Mehr (Иран): Эксперты ставят под сомнение эффективность новой экономической войны Трампа против Ирана
Ключевой вопрос: если военное давление не смогло принудить Иран к капитуляции, почему Вашингтон полагает, что повторение экономической политики последних десятилетий приведет к иному результату?
Спустя шесть месяцев после начала войны, политика США в отношении Ирана являет собой не столько признак новой стратегии, сколько возвращение Вашингтона на проторенную дорогу, которую он десятилетиями испытывал и которая так и не смогла заставить Тегеран принять его требования. Администрация Дональда Трампа, будучи убежденной, что военное давление в короткие сроки поставит Иран на колени, развязала эту бессмысленную войну. Однако теперь, после провала в достижении заявленных целей, санкции и экономическое давление вновь становятся краеугольным камнем американской политики.
Это изменение можно рассматривать как одно из важнейших свидетельств стратегического тупика, в котором оказался Вашингтон перед лицом Ирана. На начальном этапе сорокадневной войны риторика администрации Трампа была сосредоточена на быстрой победе и навязывании американской воли. Предполагалось, что военный потенциал Ирана будет подорван в кратчайшие сроки, и Тегерану не останется иного выбора, кроме как принять требования Вашингтона. Однако затягивание конфликта и устойчивость иранского сопротивления продемонстрировали, что расчеты в Вашингтоне не оправдались.
Сегодня Трамп объявляет о начале «самой жесткой экономической операции» против Ирана. Эта политика призвана через давление на финансовые сети, компании, правительства, маршруты транспортировки нефти, валютные потоки и даже систему регистрации судов поставить экономику Ирана под еще более мощный пресс.
Но основной вопрос остается открытым: если военное давление не смогло сломить Иран, почему Вашингтон полагает, что повторение экономической политики, опробованной десятилетиями, способно привести к иному исходу?
Возврат к уже испытанной политике
Репортаж китайского телеканала CGTN о новой стратегии Трампа фокусируется именно на этом сомнении. Рассматривая «экономическую войну Трампа против Ирана», китайский медиаресурс подчеркивает, что многие из новых шагов Вашингтона являются ничем иным, как продолжением политики, проводившейся в течение многих лет.
За десятилетия санкционного давления Иран создал разветвленные сети противодействия финансовым и торговым ограничениям. Таким образом, новые санкции не обязательно означают появление нового инструментария; в большинстве случаев речь идет об ужесточении применения старых методов.
Даже если это давление и способно нанести определенный урон иранской экономике, ключевая проблема для США остается неизменной: санкции считаются политически успешными лишь тогда, когда они меняют поведение противоположной стороны. На сегодняшний день нет убедительных свидетельств того, что ужесточение экономического давления само по себе способно заставить Тегеран принять требования Вашингтона.
Бывший спецпредставитель США по Ирану Роберт Мэлли предостерегал именно об этой логической ошибке. Он указывал, что самоуверенное убеждение «если давление не сработало, значит, усиленное давление обязательно подействует» может оказаться опасной иллюзией. Примечательно, что критика политики Трампа звучит не только из уст зарубежных оппонентов, но и со стороны американских экспертов и политических деятелей, которые открыто подвергают сомнению состоятельность данного подхода.
Больше санкций не гарантируют положительный результат
Американская журналистка Лора Роузен полагает, что новые санкции отчасти являются попыткой продемонстрировать, что Вашингтон продолжает действовать, чтобы избежать очередной военной эскалации.
Если это предположение верно, то «экономическую войну» Трампа следует рассматривать не как стратегическую инициативу, а как попытку управления тупиковой ситуацией. Тупиком, в котором Штаты не могут достичь своих военных целей, но при этом не готовы признать свои неудачи и ограничения.В таких условиях экономическое давление представляется менее затратным инструментом, чем прямая война. Однако и этот инструмент не обходится без издержек.Американский сенатор-демократ Джек Рид предупреждает, что Иран является влиятельным игроком в мировой энергетике и не будет безмолвствовать перед лицом усиленного давления. По его мнению, ужесточение санкций против Тегерана способно вызвать ответные реакции в регионе.Этот аспект вскрывает одно из фундаментальных противоречий политики Трампа. Вашингтон пытается увеличить цену давления для Ирана, однако Иран, в свою очередь, способен переложить часть этих издержек на США, их союзников и мировой рынок. Следовательно, экономическое давление — это отнюдь не улица с односторонним движением.
Китайский фактор — ахиллесова пята стратегии Трампа
Одной из наиболее серьезных проблем новой политики Трампа является вопрос ее реальной реализации на международной арене. Вашингтон угрожает наказанием странам и организациям, оказывающим Ирану помощь в финансовой, нефтяной и торговой сферах. Однако проведение такой политики в жизнь возможно лишь в том случае, если Америка сможет заставить крупнейших экономических партнеров Ирана подчиниться ее требованиям.
Французский аналитик Арнольд Бернар выражает сомнения в реальной возможности применения санкций против Китая. Он напоминает, что Вашингтон уже пытался ранее нанести удар по некоторым китайским НПЗ, закупающим иранскую нефть, однако реакция Пекина и потенциальные издержки от санкций против крупных китайских финансовых институтов сделали серьезное проведение этой политики затруднительным.Этот момент имеет критическое значение. Введение санкций против Ирана — это одно, а попытка навязать их Китаю — совершенно иное. Если Вашингтону для реализации своей новой политики придется нацелиться на крупные китайские банки и финансовые организации, вопрос перестанет быть просто «давлением на Иран» и может перерасти в полномасштабный экономический и финансовый кризис между двумя мировыми державами.Именно поэтому заявление о «самой жесткой экономической операции» сталкивается с реальностью, когда Штатам приходится претворять свои угрозы в жизнь.
Пустые угрозы или начало нового кризиса?
Бывший американский посол в Израиле также расценил заявления Трампа как «информационный шум и пустые угрозы», указав, что Вашингтон не располагает адекватными инструментами для их реализации, которые не обернулись бы ответным ударом по самим Штатам.
При этом он подчеркнул, что даже если угрозы Вашингтона серьезны, Иран готов нести издержки и выдерживать давление, а также располагает средствами, позволяющими нанести ответный удар по США, ее партнерам и мировой экономике. Иран — это страна с критически важными энергетическими ресурсами, стратегическим положением и сетью региональных связей. Чем сильнее давление со стороны США, тем выше вероятность ответных действий, что, в свою очередь, может значительно повысить цену политики Трампа.
CNN и признание затяжного характера войны
Американская телекомпания CNN в своем анализе новой стратегии Трампа подчеркнула, что успех экономической войны против Ирана потребует месяцев, а то и лет непрерывного давления, а также поддержки со стороны Китая, Европы и стран региона. Именно этот момент, пожалуй, является наиболее разительным контрастом между первоначальными обещаниями Трампа и текущей реальностью.Война, которая должна была быть скоротечной, затянулась. Военное давление, призванное принудить Иран к капитуляции, зашло в тупик. И теперь политика, которая должна была стать альтернативой войне, сама требует многолетней изматывающей борьбы. Этот разрыв между обещаниями и реальностью представляет собой наиболее уязвимое место политики Трампа в отношении Ирана.В начале войны Вашингтон говорил о быстрой смене расклада сил; сегодня же речь идет о непрерывном давлении в течение месяцев и даже лет для достижения экономических целей. Сама по себе эта смена риторики свидетельствует о том, насколько далеки были первоначальные расчеты Штатов от реальных возможностей и воли Ирана.
Новая политика или признание поражения?
В конечном счете новую экономическую политику Трампа невозможно рассматривать в отрыве от итогов военной кампании. Если бы США достигли своих военных целей, им в принципе не потребовалось бы объявлять о масштабной и новой «экономической операции». Возврат к ужесточению санкций в текущих условиях свидетельствует о том, что военный инструмент не смог дать ожидаемого Вашингтоном политического результата.Разумеется, санкции способны нанести экономический ущерб Ирану и усилить давление на его экономику и энергетический рынок. Однако нанесение экономического ущерба и достижение политической победы — это две разные вещи.Трамп сейчас испытывает рецепт, который до него уже применяли против Ирана многочисленные администрации США. Масштабные санкции, политика максимального давления, вторичные санкции и попытки изолировать Иран от мировой экономики — все это уже было опробовано многократно.Таким образом, ключевой вопрос не в том, могут ли США усилить давление — вероятно, могут. Вопрос в том, сможет ли оно достичь той цели, которую не смогло достичь военное давление. По прошествии шести месяцев Вашингтон возвращается не с новой стратегией, а с ужесточенной версией старой политики — политики, испытанной десятилетиями, но так и не сумевшей сломить Иран. В этом смысле «экономическая война» Трампа является не столько признаком новой американской мощи, сколько свидетельством исчерпания ее опций перед лицом Ирана; повторением того давления, которое должно было заставить Тегеран капитулировать, но теперь, после провала на военном поле, вновь становится основным инструментом Вашингтона.
Источник:»INOсми.ру» (Mehr, Иран)
