В Лачинском коридоре, связывающем Нагорный Карабах с Арменией, азербайджанские «экологи» провоцируют российских миротворцев на агрессивные действия. Не будем останавливаться на самой ситуации, решения которой пока не просматривается, но взглянем на неё с позиций специальной военной операции ВС РФ на Украине.
В интернете достаточно видеороликов, где «экологи» вызывают российских солдат на боксёрский поединок, вызывающе долго смотрят в глаза с расстояния полметра, обвиняют командующего миротворческим контингентом генерал-майора Андрея Волкова то в экономических преступлениях, то в потакании «армянским сепаратистам» или злобно язвят на тему буквы Z – символа спецоперации. Миротворцы проявляют поразительное хладнокровие и невозмутимость, не вступая в перебранки и игнорируя хамские выпады.
Слово «экологи» взято в кавычки, т.к. экологические вопросы такими методами, какие демонстрируют протестующие, не решаются. «Забота» о якобы неподконтрольных Баку рудниках здесь, уже давно проданных англичанам – лишь повод, в то время как логистическое сопровождение протестов (их кадровая организация, доставка палаток и питания) удивительно напоминает очередной «цветной» протест по методичке Джина Шарпа.
Протесты носят явно антироссийский характер, причём с отсылкой к событиям на Украине. С самого начала спецоперации азербайджанские СМИ в массе своей либо освещают ход боевых действий с антироссийских позиций, либо с позиций нейтрально-враждебных, когда прямых обвинений в адрес Москвы вроде бы нет, но они подразумеваются в каждой строке.
Про этнических азербайджанцев, воюющих в ВСУ, пишут положительно; про тех, кто воюет в ВС РФ, практически не вспоминают. Некоторые украинские азербайджанцы-участники войны против Донбасса стали в прессе узнаваемыми персонажами – например, один из владельцев киевского кафе Pizza Veterano, убитый при освобождении Мариуполя. Гуманитарную помощь Баку оказывает не разрушенному Донбассу, а режиму Зеленского.
На любые действия России на международной арене азербайджанцы смотрят сквозь призму их отношений с армянами. К сожалению, армяно-азербайджанские отношения – это тотальная и принципиальная вражда. В России проживают крупные диаспоры обоих народов, и она не может себе позволить пойти на поводу ни у одной из соперничающих сторон, чтобы избежать не только риска ухудшения двусторонних отношений с Баку или Ереваном, но и переноса армяно-азербайджанской вражды на территорию России (в 1990-х годах в некоторых республиках бывшего СССР имели место бытовые столкновения враждующих кавказских народов).
Москва поддерживает сбалансированное сотрудничество и Арменией, и с Азербайджаном. Но вооружений Баку больше закупал у Украины, а Ереван у России. Этого достаточно для того, чтобы азербайджанское общество охватила волна антироссийских настроений. Успешная для Баку 44-дневная война разожгла их ещё больше. Азербайджанцы считают, что российские миротворцы мешают им окончательно додавить карабахских армян. Часть армянского общества, скорбя о проигрыше, обвиняет Россию в недостаточной военной помощи. Учитывая, что власти Армении занимают не совсем дружественную позицию по отношению к Москве, складывается поразительная ситуация, когда Россия виновата у всех – и у армян, и у азербайджанцев.
Проукраински настроенные азербайджанские активисты забывают (или не знают), что классический украинский национализм, лежащий в основе идеологии нынешней украинской государственности, считает тюркскую кровь грязной и неполноценной. Украинские националисты своё презрение к русским обосновывали как раз примесью, как они считали, тюркской крови в русских.
Русские, по мнению украинских нацистов, не являются ни европейским, ни славянским народом, представляя собой «генетический мусор», помесь финно-угров, тюрок и монголов. Идеологи украинского национализма, родившие такие расистские теории, считаются на Украине героями. Азербайджанцы в курсе, что они, как тюрки, для украинского национализма – неполноценные люди?
Сейчас, когда Украина нуждается в поддержке, эта теория не упоминается, но она была очень популярна в 1990-х. Если кто-то думает, что современный украинский национализм уже не такой, то почему официальный Киев не отречётся от фигур, которые высказывали такие расистские идеи, и по-прежнему считает их героями?
Победить в 44-дневной войне Азербайджан смог благодаря военной помощи Турции. Можно констатировать, что официальный Баку проводит политику подмены самобытной азербайджанской идентичности общетюркской с упором на турецкую. Лозунг «мы – азербайджанцы, мы – турки», помимо давней турецко-армянской вражды и этнокультурной близости, привлекателен для экзальтированной части граждан экономическими успехами Турции в последнее десятилетие и её агрессивно-напористым внешнеполитическим курсом.
Если убрать пропагандистскую шелуху, увидим, что идеологически Азербайджан живёт по принципу «национальный облик и суверенитет – в обмен на турецкое оружие и поддержку».
Здесь не стоит забывать, что в Великую Отечественную войну Турция склонялась к союзу с Гитлером и подумывала о нападении на Советский Союз. На советско-турецкой границе стояли в готовности сотни тысяч турецких солдат. Лишь победа Красной армии под Сталинградом поменяла мнение турецких властей.
Азербайджанский народ принёс свою жертву на алтарь Великой Победы. Но сегодня молодое поколение азербайджанцев стремятся поменять память о подвиге их прадедов на турецкую идентичность. Такой поворот неизбежно приведёт к забвению значимости Великой Победы и опосредованному оправданию нацизма. Мы видим это уже сейчас, когда откровенно неонацистский характер украинской радикальной националистической идеологии, воспевающей как героев карателей дивизии СС «Галичина», запрещённой в России ОУН-УПА и др. прогитлеровских формирований, не мешает Азербайджану симпатизировать киевскому режиму.
В дальнейшем такая тенденция будет усиливаться от поколения к поколению, как, к примеру, у прибалтов, которые в 1950-х помнили ужасы нацизма, а в 2022 г. считают своих домашних фашистов образцом для идеологического подражания. Азербайджанцы должны решить: либо они сохраняют связь поколений и не отрекаются от памяти о предках, либо они становятся турками и от неё отрекаются.
В последнем случае переход из азербайджанцев в турки обязательно потребует оправдания деяний Турции во Вторую мировую войну, а деяния эти таковы, что неизбежно повлекут отчуждение азербайджанцев от исторического наследия Великой Победы.
Переориентация на Турцию актуализирует вопрос азербайджано-иранских отношений. Иран небезосновательно опасается азербайджанского сепаратизма в приграничных северо-западных провинциях, существование независимого Азербайджана не совсем отвечает его интересам. Тем не менее, Тегеран не намерен враждовать с Баку. Зато с Тегераном конкурирует Анкара за звание лидера в исламском мире.
Сегодня по обе сторона Аракса не так уж редки всполохи напряжённости и враждебной риторики. Опасность прямой эскалации будет возрастать по мере того, как в условиях рушащегося однополярного миропорядка Тегеран и Анкара вступят в более острую фазу противостояния. «Отуреченный» Азербайджан будет затянут в воронку конфронтации вне зависимости от желания правящих элит. Отказ от собственной национальной идентичности в пользу турецкой, которая будет для азербайджанцев новой, чтобы ни говорилось официально на эту тему, не оставит прикаспийской стране выбора.
Далее, переориентация на Анкару заставляет Баку считать историческими обидчиками Иран и Россию, а Турцию – другом и спасительницей. На официальной странице президента Азербайджана Советская Россия именуется оккупантом. Очевидно, что протурецкость Азербайджана опирается, по крайней мере, частично, на антироссийскость. Там же говорится: «Благодаря деятельности патриотически настроенных людей, выдающихся представителей интеллигенции было обеспечено духовное развитие азербайджанского народа, сохранены его историческая память, национальная культура».
Так зачем же приносить эту культуру в жертву сиюминутной протурецкой политике? Зачем отрекаться от многовекового соработничества русских и азербайджанцев на благо общей государственности (Российская империя, Советский Союз) и добрососедских отношений Российской Федерации и Азербайджана?
Владислав Гулевич
