То, что однополярный мир рушится прямо на глазах, видно многим. Непонятно, что будет после него, и сколько вообще появится новых «полюсов». Роль межгосударственных объединений тоже изменится. Какие-то из них неизбежно распадутся, но некоторые могут удержаться. Особенно — те, которые были наполнены конкретным содержанием.
Сейчас Центральная Азия оказалась в опасной ситуации. Американские и европейские чиновники во время своих визитов в регион чуть ли не открытым текстом говорят о том, что страны ЦА должны отказаться от тесных связей с Россией. В обмен, естественно, на всяческие блага. То есть, предлагают отказаться от многовекторности.
Жестокая игра геополитика
В самом упрощенном варианте геополитику можно охарактеризовать всего одной фразой Наполеона Бонапарта:
«Политика всех держав предопределена их географией».
Поэтому первое правило геополитики звучит так:
«Всегда смотри на карту».
Ну а поскольку другой географической карты у нас пока нет, то на этой мы прекрасно видим, что без участия России ни один межгосударственный союз на евразийском пространстве невозможен. Он просто не будет работать. Самыми первыми в Евразии это поняли китайцы. В итоге появилась сначала «Шанхайская пятерка», а следом — Шанхайская организация сотрудничества (ШОС). Что же касается Европейского Союза, то стоило России выйти из всех договоров с ним, как в ЕС начался если не бардак, то что-то к нему социально близкое…
По большому счету, основой для многополярного мира может стать любой из ныне существующих блоков — будь то ЕАЭС, ОДКБ, ШОС, ОТГ, АТЭС и так далее. На практике страны Центральной Азии так или иначе участвуют в четырех из обозначенных. Есть еще несколько «подпроектов» с участием стран региона. С российским участием из них — только один: условно названный журналистами «ЦА+1». Видимо, по аналогии с американским проектом С5+1.
Последний существует с 2015 года. Его считают своеобразным «ответом» США на создание ЕАЭС. Однако это — не совсем так. Может, первое время что-то подобное Вашингтон и предусматривал. Однако в 2017 году началась так называемая «торговая война» между США и Китаем, и приоритеты Вашингтона сменились.
В 2019 году в рамках проекта С5+1 госсекретарь США Майк Помпео встречался в Нью-Йорке с министрами иностранных дел стран Центральной Азии. Там он заявил:
«Я хочу ясно дать понять, что репрессивная кампания Китая в провинции Синьцзян не связана с терроризмом. Речь идет о попытке Китая стереть мусульманскую веру и культуру своих собственных граждан. Мы призываем все страны противостоять требованиям Китая по репатриации уйгуров».
Опустим тот факт, что больше всего мусульман в мире уничтожили как раз США. Но Россия для США сейчас — второстепенная цель. Еще 12 октября этого года вышла новая «Стратегия национальной безопасности США», где сказано:
«Мы будем эффективно конкурировать с Китайской Народной Республикой, которая является единственным конкурентом, обладающим как намерением, так и способностью изменить международный порядок, сдерживая при этом опасную Россию».
Итак, в проекте С5+1 Штаты четко дали понять, что страны Центральной Азии — их подчиненные.
Россия же — иное дело. В октябре 2020 года министры иностранных дел стран ЦА и России сделали совместное заявление о стратегических направлениях сотрудничества. Среди прочего, там сказано:
«Нашим национальным интересам отвечает дальнейшее активное развитие межгосударственных связей… Координация текущей работы и подготовка возможных предложений возлагаются на ответственные подразделения наших внешнеполитических ведомств».
Ключевое слово здесь: «координация». То есть, Россия в проекте «ЦА+1» (название, повторим, весьма условное) выступает, как равноправный партнер. В отличие от США, Россия не может предложить никакую идею, пока не убедит остальных в ее правильности.
В то же время, нужно признать, что в формате «подпроектов» Россия пришла в Центральную Азию позже всех. Сотрудничество с объединенной Европой, больше известное, как «Европейский Союз — Центральная Азия», началось в 2007 году. Тогда в Брюсселе приняли первую стратегию ЕС в отношении региона. В том же 2007 году начал работу так называемый Форум по сотрудничеству «Республика Корея — Центральная Азия» (имеется в виду Южная Корея). К примеру, официальное южнкорейское агентство помощи Korea International Cooperation Agency (Корейское агентство международного сотрудничества, KOICA) занимается обучением и стажировками в Сеуле чиновников из Центральной Азии.
Но раньше всех успели японцы. Они с 2004 года сотрудничают с регионом в проекте «Центральная Азия плюс Япония», где Туркменистан имеет лишь статус наблюдателя. Более того: в конце 2016 года тогдашний премьер-министр Японии Синдзо Абэ предложил создать фонд развития для Центральной Азии с капиталом в 30 миллиардов долларов. Последняя встреча в рамках диалога «Центральная Азия плюс Япония» прошла 15 апреля этого года — в модном нынче формате видеоконференции. Как видим, даже СВО России на Украине не нарушила японские планы.
Право на выбор
Но в том-то и дело, что США, ЕС, Южная Корея и Япония после начала СВО стали недружественными для России. Поэтому продолжающееся сотрудничество с ними стран Центральной Азии выглядит, мягко говоря, некрасиво. Можно все списать на пресловутую многовекторность, но она, как показало время, — всего лишь один из способов выживания элит.
Тем не менее, в пользу России в Центральной Азии играет не только то, что она ведет себя со странами региона на равноправных началах. Наиболее существенно то, что всем вышеперечисленным странам и ЕС региону предложить нечего.
Что показывает статистика?
Товарооборот Кыргызстана c Россией в прошлом году составил $2,5 млрд, а с Южной Кореей — $55,3 млн. Кыргызстан и вся Европа в 2021 году наторговали почти на $673,3 млн, с Японией — на $18,78 млн, а с США — почти на $105,7 млн.
Доля России в прошлогоднем товарообороте Казахстана составила $24,2 млрд, всего ЕС в совокупности — $29 млрд, США — $2,2 млрд, Южной Кореи — $2,67 млрд, Японии — $1,1 млрд.
Товарооборот между Узбекистаном и Россией в 2021 году составил $7,517 млрд, США — почти $500 млн, Японией — почти $170 млн, ЕС — $3,9 млрд, Южной Кореей — $1,8 млрд.
Товарооборот Таджикистана и России 2021 года составил $1,353 млрд, ЕС — $436,5 млн, Японии — $88,9 млн. По США есть данные 2020 года — $15,284 млн. По данным 2020 года, товарооборот Таджикистан — Южная Корея составлял $53,562 млн.
Российско-туркменский товарооборот 2021 года — почти $865,1 млн, а с ЕС — $1,859 млрд. С Южной Кореей Туркменистан в прошлом году наторговал на $361,9 млн. Товарооборот США — Туркменистан по данным 2020 года составил $45,7 млн. В тот же период Туркменистан и Япония продали друг другу товаров почти на $116,058 млн.
Разумеется, во всех странах есть еще инвестиционные вложения в экономические проекты, которые превышают товарооборот между перечисленными государствами и некоторыми странами ЦА. Но идут они, в основном, в сырьевой сектор и те сферы, где можно заработать «быстрые деньги». К тому же (о чем до сих пор не принято вспоминать) инвесторы вывозят из страны прибыль.
Но и с инвестициями не все так просто. По данным МИД РФ, Россия — один из ведущих инвесторов в Центральной Азии. Накопленные российские активы, без учета капиталовложений из третьих стран, составляют здесь около $20 млрд. В регионе работают более 17 тысяч предприятий с российским капиталом. Российское содействие ряду государств региона с 2008 года по 2022 год превысило $6 млрд…
Теперь — о китайском проекте «Один пояс — один путь» (ОПОП). Соглашения о сотрудничестве в нем с Китаем подписали 148 стран и 31 международная организация. Но внимание Центральной Азии КНР уделяет больше всех не только из-за общих границ, но и потому, что через регион идут важные торговые пути в Европу. Поэтому Пекин очень заинтересован в том, чтобы в Центральной Азии — от Ашхабада до Астаны во власти были, как минимум, лояльные Китаю люди, а в самих странах было спокойно. Поэтому активность США в Центральной Азии Китай и не устраивает, что он прекрасно понимает, во что оборачиваются в итоге американские средства, выделяемые на «развитие демократии». Тем более что американцы своих намерений в отношении Китая и России не скрывают…
Вернемся к географии. Она давно сделала за Центральную Азию выбор: быть с Россией в дружбе. Альтернатива этому — не быть совсем. Отменить географию нельзя, как бы этого ни хотелось представителям всевозможных элит в Центральной Азии, которые получают от США деньги за идеологическое оболванивание своих соотечественников. И если им кажется, что Россия сдает свои позиции, то их спонсоры так явно не думают.
