Еще в 1992 году тогдашний президент Турции Тургут Озал заявлял, что «тюркский мир станет доминирующим фактором на евразийском пространстве от Балкан до Китайской стены», назвав XXI век «веком турок». Премьер Султан Демирель, говоря о «турецком мире от Адриатики до Великой китайской стены», характеризовал саму Турцию как «культурный центр и исторический магнит для новосуверенных государств», обозначив один из векторов внешней политики Анкары после распада СССР. Сегодня Анкара нацелена на создание Pax Ottomania, который наделяет Турцию статусом если не великой, то «надрегиональной» державы, активно продавливающей свои интересы. Гуманитарное проникновение Турции в Среднюю Азию начало конвертироваться в более тесное военное и военно-техническое сотрудничество с Казахстаном, Киргизией и Узбекистаном. Какое значение имеет тюркский вектор для внешней политики Турции? Зачем Анкара активизирует политику в Центральной Азии? Каковы интересы Турции в регионе? Может ли Анкара стать ключевым партнером Казахстана и других центральноазиатских государств в военно-технической сфере? Об этом корреспондент EADaily поговорил с младшим научным сотрудником отдела Ближнего и постсоветского Востока ИНИОН РАН тюркологом Разилем Илшатовичем Гузаеровым.
— Турция активно продвигает идею тюркского единства. Тюркский вектор стал одной из ключевых констант внешнеполитического курса Анкары. Особо заметную роль в данном контексте играет Организация тюркских государств (ОТГ), которая получила свое новое символическое название в 2021 году на саммите в Стамбуле. Более того, ОТГ опубликовала программу тюркское «Видение-2040», в разработке которой, как сообщается, принял участие и Нурсултан Назарбаев. Разиль Илшатович, как вы можете охарактеризовать тюркский компонент внешней политики Анкары? Какое значение имеет Организация тюркских государств?
— Турция ведет многовекторную внешнюю политику, охватывающую широкий перечень стран и организаций. Что касается Организации тюркских государств, то политика Турции в данном контексте имеет особую важность с точки зрения формирования туркоцентричной подсистемы международных отношений, где Анкара станет безусловным лидером. А одна из задач деятельности на тюркском направлении — это универсализация общественной жизни тюркского пространства на основе турецкого примера. На данный момент Турция акцентирует внимание на культурной и социально-гуманитарной областях, что, в свою очередь, необходимо для продвижения своих идей в регионе и формирования лоббистских структур. Анкара на данный момент не способна конкурировать с Москвой и Пекином в вопросах сотрудничества со странами региона в экономической сфере и сфере безопасности, поэтому стремится использовать свое преимущество в виде «мягкой силы».
Последние успехи организации наблюдаются именно в гуманитарной сфере. Среди них можно перечислить создание единых учебников тюркской истории, литературы, географии и т. д., которые создают ощущение неразрывности истории развития тюркских народов. Наметилась тенденция на возрождение дискурса о едином тюркском алфавите, как минимум о возобновлении обсуждения этого вопроса экспертами. В 2022 году была создана медиаплатформа «Тюркский мир», объединяющая информационные агентства тюркских стран. Данная платформа видится как институт для унификации информационных пространств тюркских государств.
Среди последних успехов ОТГ также можно назвать создание Тюркского инвестиционного фонда с уставным капиталом 500 миллионов долларов. Официально основной целью фонда обозначено содействие экономическому развитию стран-участниц через расширение региональной торговли и поддержку экономической деятельности стран-участниц. Долгое время Турция спонсировала проекты в рамках тюркского вектора внешней политики. Фонд должен способствовать развитию экономического сотрудничества в рамках организации и усилению взаимодействия между странами, что может позволить Анкаре извлекать больше выгод от объединения.
Таким образом, Турция настроена на развитие Организации тюркских государства и углубление сотрудничества государств-членов. Однако следует предположить, что в кратко- и среднесрочной перспективах главным направлением в рамках ОТГ будет гуманитарное сотрудничество.
— В нашем предыдущем интервью мы говорили о возможном столкновении интересов Турции и России в Центральной Азии. В то же время сама Анкара, помимо Москвы, должна учитывать конкуренцию со стороны Китая, Европейского союза, США, а теперь и аравийских монархий Залива. Каковы ключевые интересы Турции в Центральной Азии? Каковы конкурентные преимущества политики Анкары в государствах региона?
— Турция стремится развивать отношения со странами Центральной Азии наравне с другими нерегиональными игроками в качестве лидера тюркского мира. Как уже отмечалось выше, Анкара вкладывает большие средства и усилия в развитие сотрудничества в гуманитарной сфере. Активно действует Организация тюркских государств. Самаркандский саммит организации в 2022 году прошел под интересным названием «Новая эра тюркской цивилизации». Это значит, что идеи и логики, продвигаемые Анкарой, находят отклик и поддержку в странах региона.
В рамках ОТГ особое внимание привлекают попытки Турции привлечь Туркменистан к полноценному членству в организацию. В данном же контексте наблюдается немалый интерес к вопросу транспортировки туркменского газа в Европу через обсуждаемый уже не одно десятилетие Транскаспийский газопровод.
Наблюдается тенденция на усиление других аспектов межгосударственных отношений со странами Центральной Азии. Турции регион интересен с точки зрения возможности реализации совместных крупных проектов и поставок турецкой продукции в страны региона. За 2022 год показатели торговли Турции со странами региона достигли отметки в 11 миллиардов долларов, демонстрируя тенденцию к росту. Основными партнерами здесь выступают Казахстан и Узбекистан. Анкара будет стремиться, чтобы турецкий бизнес все активнее действовал в регионе и привлекался к различным проектам во всех сферах.
Затрагиваются и вопросы безопасности. Так, в 2021 году Киргизию и Таджикистан с официальным визитом посещал министр обороны Турции Хулуси Акар. Главной темой встреч стало усиление военного сотрудничества стран на фоне опасений ухудшения ситуации в Афганистане. Турция стремилась использовать конъюнктуру развития событий в регионе для усиления своего влияния.
В ходе одного из предвыборных выступлений Реджеп Тайип Эрдоган сказал, что они будут развивать «Ось Турции». Следует предположить, что центральноазиатский вектор внешней политики Турции будет одной из составляющих этой самой оси.
— Как ранее сообщало EADaily, правительство Казахстана хочет закупить у турецкой компании OTOKAR 834 единицы ББМ ARMA за 4,4 миллиарда долларов. По информации турецкого издания Yeni Safak Казахстан также намерен купить турецкую бронетехнику еще на 3,6 миллиарда долларов. Разиль Илшатович, на каком уровне находятся отношения между Турцией и Казахстаном? На ваш взгляд, как можно охарактеризовать военно-техническое сотрудничество Анкары с другими странами Центральной Азии: поставляет ли Турция вооружения в государства региона?
— Казахстан является главным торговым партнером Турции в регионе. Товарооборот стран в 2022 году достиг отметки 4,7 миллиарда долларов. Стороны выражали намерение увеличить объемы двусторонней торговли до 10 миллиардов долларов. Турецкие инвестиции в Казахстан превысили 4 миллиарда долларов, а казахстанские в Турцию — около 1 миллиарда долларов. В ходе переговоров Реджепа Тайипа Эрдогана и Касым-Жомарта Токаева в 2022 году стороны обозначили перспективы вывода двусторонних отношений до стратегического уровня через укрепление торгового, инвестиционного, гуманитарного сотрудничества. Казахстан интересен Анкаре благодаря относительно развитой инфраструктуре, на основе которого можно реализовывать совместные проекты. Не стоит забывать и о привлекательности Казахстана с точки зрения его энергетического потенциала. В данном контексте в двусторонних отношениях часто поднимается тема Транскаспийского маршрута.
Что касается новостей о закупке 834 единиц ББМ ARMA Казахстаном, то Министерство обороны страны уже опровергло данную новость. Отмечается, что компания Otokar стремится выйти на казахстанский рынок. Однако на данный момент проходят только испытания военных изделий. Вполне вероятно, что Астана сделает ставку либо на разработку собственной бронемашины, либо же локализацию производства иностранных образцов.
Из других стран региона выделяется Киргизия, которая получила турецкие ударные БПЛА Bayraktar TB2 и даже применила их в ходе эскалации на киргизско-таджикской границе. До этого Бишкек закупал у Турции различные военные изделия: бронежилеты, средства связи, автомобили и т. д. А в ходе встречи посла Киргизии в Турции с главой Агентства оборонной промышленности Турции было объявлено о возможности создании в Киргизии совместного кыргызско-турецкого оборонного предприятия. О дальнейшей судьбе переговоров на данный момент ничего неизвестно.
С другими странами региона сотрудничество в военной сфере находится на более низком уровне. Однако в последние годы турецкий ВПК активно развивается и представляет новые изделия от БПЛА до баллистических ракет. Все это сопровождается активным пиаром турецкого ВПК. Анкара будет предлагать свои услуги и товары в этой сфере странам Центральной Азии, представляя их как возможность укрепления собственной безопасности. Торговля вооружением — хороший способ привязать к себе страны региона, потому что контракты о закупке сопровождаются обучением персонала, технической поддержкой и т. д., связывая страны на долгосрочную перспективу.
