Первый весенний месяц в спокойном Туркменистане вступил в свои права, «насытив» политическую повестку множеством знаменательных событий, связанных с предстоящими 26 марта выборами в парламент и органы местного самоуправления.
16 марта во всех избирательных округах началось досрочное голосование по выборам депутатов меджлиса, членов велаятских, городских и этрапских халк маслахаты и генгешей.
В это же день в Туркменистан прибыла миссия наблюдателей Бюро по демократическим институтам и правам человека ОБСЕ, а также международные представители миссии от СНГ во главе с генеральным секретарем СНГ Сергеем Лебедевым, которые посетили избирательные участки, оценили их готовность к выборам, побеседовали с членами участковых комиссий.
Немного уточняющих цифр: на места депутатов национального парламента претендуют 258 кандидатов, 168 из них были выдвинуты от трех политических партий – Демократической, Партии промышленников и предпринимателей и Аграрной партии. Остальные 116 кандидатов баллотировались от групп граждан.
Туркменские власти уже отрапортовали о полной готовности к работе 2644 избирательных участков в стране и 42 – за рубежом.
Казалось бы, все идет «как по маслу»: никаких «громких» негативных заявлений и недовольства коллективного Запада по поводу ущемлений в правах того или иного неугодного кандидата, либо предварительной подготовки к выборному процессу (как это происходит сейчас, к примеру, в связи с прошедшими в минувшее воскресенье выборами в Казахстане).
Однако не все так просто: и если проследить за цепочкой событий, случившихся за последнее время в Туркменистане, становится весьма очевидным, что англосаксы вовсе не дремлют и продолжают играть по привычной для себя наработанной годами схеме по дискредитации органов местной власти и страны в целом.
Так, 9 марта в новом ежегодном докладе Freedom House, который «исследует» уровень свободы и демократии в мире и называется «Свобода в мире 2023: 50-летие борьбы за демократию», из 57 стран мира, признанных несвободными, Туркменистан вошел в список «худшим из худших», пропустив вперед только Южный Судан и Сирию. Уровень политических и гражданских свобод в государстве в целом, по мнению «исследователей», составил всего 2 балла из 100 возможных.
Самое интересное, что поставили столь низкие баллы потому, что в своем докладе Freedom House даже нейтральный Туркменистан причислили к стране, где, оказывается, «прокремлевские пропагандистские усилия стали более агрессивными за границей: официальные лица в Туркменистане поддерживают имидж Москвы и отказались признать аннексию Россией территории Украины, а также критикуют демократии за поддержку Киева».
Более того, 14 марта Туркменистан, помимо Афганистана и Северной Кореи, был признан самой «негостеприимной» страной мира согласно Welcoming Countries Rank, составленному сайтом Passport Index. Удивительно, что этот рейтинг основывается не на дружелюбии и приветливости граждан, а на количестве других стран, обладатели паспортов которых могут приехать в данную страну без виз.
Ну и, безусловно, стоит упомянуть о рассмотрении в начале марта четвертого периодического доклада по имплементации положений Международного пакта о гражданских и политических правах, когда Комитет ООН по правам человека устроил целую экзекуцию официальной делегации Туркменистана во главе с заместителем министра иностранных дел Вепой Хаджиевым, которому пришлось отвечать на ряд провокационных вопросов на разные темы.
Понятное дело, что туркменской стороне предъявляли обвинения во всех смертных грехах: в гендерной дискриминации и ущемлении в правах женщин, в жесточайшей коррупции в стране и т. п. Оппоненты остались весьма недовольны тем, что делегация в своих ответах постоянно апеллировала к национальному законодательству, такое недовольство, в принципе, более чем странно, поскольку любая деятельность органов власти должна осуществляться в соответствии с установленными в стране нормативными правовыми актами.
Не удовлетворившись такими результатами, страновой директор Фонда ООН в области народонаселения в Туркменистане Олаф Ронни Линдстром добился встречи с другим заместителем министра иностранных дел Мяхри Бяшимовой. Она состоялась 15 марта в Ашхабаде, в ходе неё собеседники обсудили вопросы сотрудничества в области репродуктивного здоровья, гендерного равенства и расширения прав и возможностей женщин страны.
Не отстаёт в данном контексте и Европейский банк реконструкции и развития, который в марте предложил женщинам-предпринимателям поддержку в рамках программы «Консультации для малого бизнеса», способствующей, по утверждению банка, переходу «к открытой рыночной экономике» в стране.
Причем еще в прошлом году за счет средств «щедрого» ЕБРР было запущено два тренинга для женщин: «Исполнительное лидерство» и «Как перейти от ручного управления к построению системного бизнеса».
Да и в целом Европейский банк реконструкции и развития настроен «крайне серьёзно» по отношению к вливанию денежных средств в Туркменистан. Кредитный портфель на реализацию в стране 28 проектов ЕБРР на конец прошлого года оценивался на 35 млн евро: большая часть средств, а это 96% (33 млн евро), нацелена на инвестиции в промышленность, торговлю и АПК, а 4% (2 млн евро) – на вложения в финансовые институты.
Всемирный банк также выражает свою готовность к дальнейшему сотрудничеству с Туркменистаном: 16 марта исполнительный директор ВБ Доминик Фавре провел встречу с министром финансов и экономики Сердаром Джораевым по вопросам, связанным со вступлением Туркменистана во Всемирную торговую организацию и «освоением» страной 20 млн долларов, которые банкиры сподобились выделить на оперативное реагирование страны на пандемию.
В свою очередь, ведущие компании Великобритании жаждут сотрудничать с Туркменистаном в сфере зелёной энергетики: 14 марта они устроили круглый стол с участием представителей местных государственных структур, где попытались рассказать обо всех прелестях расширения партнерства в области возобновляемых источников энергии.
Представляется, что продвигать эти и другие английские блажные идеи, к слову, уже давно непопулярные на самом «замерзающем» Западе, придется только что назначенному английскому чрезвычайному и полномочному послу в Туркменистане Стивену Конлону, который горит желанием приступить к своим обязанностям в мае этого года…
Между тем сам Туркменистан весьма сдержанно относится к столь «теплому» отношению англосаксов к нему и больше ориентируется на российский вектор.
Не далее как 16 марта в ходе туркмено-татарстанского делового форума в Ашхабаде Туркменистан предложил расширить взаимовыгодное сотрудничество с одной из российских республик – Татарстаном, назвав в качестве стратегических направлений интеграции такие сферы, как энергетика, промышленность, транспорт, торговля, цифровые технологии.
А 26-27 апреля представители Туркменистана примут участие в международном форуме «Транспортная логистика Каспийского региона 2023» в Астрахани, где будут обсуждаться вопросы Волжско-Каспийской транспортно-логистической экосистемы и международных транспортных коридоров Большой Евразии.
Ключевой целью мероприятия явится объединение экспертов предпринимательского сообщества, руководителей органов государственного управления из России, Ирана, Индии, Азербайджана, Казахстана, Туркменистана для поиска эффективных бизнес-стратегий в условиях глобальных изменений транспортных потоков и превращения Каспийского региона в ключевой узел магистральных направлений Евразии: Север-Юг, Запад-Восток, Север-Восток, Юг-Запад.
Хочется верить, что «благочестивые» намерения англосаксов не смогут перечеркнуть эти грандиозные планы.
Марат Нургожаев, по материалам: Ритм Евразии
