В 2022 г. помимо традиционных миграционных проблем, связанных с иммиграцией из Средней Азии, Россия столкнулась в этой сфере с процессами, которые ранее вообще не проявлялись, либо же протекали в гораздо более слабой форме. Первым из них стала массовая «антивоенная» эмиграция, а вторым – еще более масштабный приток беженцев с охваченных войной территорий Украины.
Опасения в связи с массовым возвращением на родину трудовых мигрантов из стран Средней Азии, высказывавшиеся их властями в связи с началом СВО, на деле оказались сильно преувеличенными. Если в январе-ноябре прошлого года, по данным МВД РФ, на миграционный учет было поставлено 11,9 млн чел., то за 11 месяцев 2022 г. – уже 15,5 млн, или на 30% больше. В абсолютном выражении прирост числа зарегистрированных иностранцев составил 3,5 млн чел., что во многом является заслугой» МВД. На протяжении предыдущего года ведомство неоднократно напоминало находящимся в России выходцам из стран СНГ, что с 1 января период их льготного пребывания в связи с окончанием эпидемии COVID-19 заканчивается, и теперь они обязаны оформить все положенные по закону документы. Эта работа, которая велась в том числе через посольства и национальные диаспоры, дала заметный эффект. Если за январь-февраль 2021 г. на учет было поставлено 1,1 млн иностранных граждан, то за первые два месяца 2022 г. – уже 2,3 млн.
Причем рост числа зарегистрированных иностранцев продолжился и в дальнейшем. Так, за январь–март 2022 г., когда военные действия на Украине уже были в самом разгаре, на учет было поставлено 3,8 млн чел., тогда как за аналогичный период 2021 г. – чуть менее 2 млн. За первое полугодие 2022 г. МВД было зарегистрировано 8,1 млн иностранных граждан, а за тот же период предыдущего года – 5,2 млн. То есть, несмотря на начало СВО, число поставленных на учет мигрантов постепенно увеличивалось, а разрыв с прошлогодними показателями нарастал. А это свидетельствует о том, что заметного оттока мигрантов на родину не произошло. Напротив, наблюдался их некоторый приток в Россию, который, однако, оказался не столь значительным, как мог бы быть в мирных условиях, когда экономика испытывала острый дефицит рабочей силы. Об этом свидетельствует динамика их «легальной» численности. Так, количество оформленных патентов на право ведения трудовой деятельности в РФ выросло с 1 млн 910,5 тыс. до 2 млн 23,1 тыс., или всего на 5,9%. А количество действительных патентов за этот период вообще выросло всего на 2,5%.
Подробная миграционная статистика, показывающая текущие потоки мигрантов по странам и регионам, на конец декабря 2022 г. доступна лишь за январь-сентябрь. За этот период на миграционный учет МВД РФ было поставлено 12,8 млн мигрантов, что на 3,5 млн больше показателей за тот же период 2021 г. Показательно, что разница между 2021-м и 2022 г. по числу зарегистрированных мигрантов оказалась такой же, как и по данным за январь-ноябрь. А это означает, что увеличения притока трудовых мигрантов в конце этого года не произошло и большая часть прироста пришлась на первое полугодие.
Абсолютное большинство мигрантов прибыли в Россию из стран Средней Азии, на которые (вместе с Казахстаном) приходится 3/4 всех зарегистрированных МВД РФ иностранцев. При этом почти 2/3 всех мигрантов прибыли в Россию из двух стран Средней Азии – Узбекистана (37,9%) и Таджикистана (26,4%). В совокупности на миграционный учет в России было поставлено 8,3 млн граждан этих стран. Доля третьей по интенсивности трудовой миграции страны региона Киргизии на этом фоне невелика и составляет всего лишь 6,4% (821 тыс. регистраций).
Количество мигрантов из европейских стран СНГ на этом фоне невелико. Граждан Украины за девять месяцев на учет было поставлено 871 тыс., Белоруссии – 428 тыс., Молдавии – 125 тыс. В совокупности из трех этих государств в России было поставлено на миграционный учет 1,4 млн чел., что составляет 11,1% от общего числа регистраций. Во многом это является результатом СВО, нарушившей привычную конфигурацию миграционных потоков. Однако сокращение объемов трудовой иммиграции в Россию из Молдавии и Украины началось задолго до ее начала и было вызвано главным образом подписанием обеими странами в середине 2010-х гг. соглашений о евроассоциации, открывших возможность для трудовой эмиграции их населения в страны ЕС.
Заметный рост в последние годы демонстрировала лишь иммиграция из Белоруссии, выходцы из которой благодаря членству в ЕАЭС пользуются в России теми же трудовыми правами, что и российские граждане. Примечательно, что с Украины за 9 месяцев 2022 г. в России было зарегистрировано почти такое же число мигрантов, как из Киргизии, хотя население последней в несколько раз меньше.
По темпам прироста иммиграции первое место занял Таджикистан, граждан которого в России прибыло на 66,7% больше, чем в январе-сентябре прошлого года. По этому показателю он незначительно опередил Украину (62,8%) и в полтора раза – Узбекистан (43,4%). По всем прочим странам темпы увеличения иммиграции были на порядок ниже. Любопытно, что на фоне небольших в абсолютном выражении миграционных потоков из Эстонии и Латвии в относительном выражении они увеличились довольно значительно. Иммиграция в Россию из Эстонии выросла на треть (с 7,9 до 10,5 тыс.), а из Латвии – на 15% (с 13 до 14,9 тыс.) и лишь из Литвы незначительно сократилась. На фоне значительной по объему «антивоенной» эмиграции из России в Прибалтику эти цифры, возможно, свидетельствуют об оттоке русского населения из этих стран в Россию, вызванном усилением давления на него со стороны властей после начала СВО. По Закавказью небольшое увеличение текущей иммиграции наблюдалось из Азербайджана и Грузии, тогда как граждан Армении в январе-сентябре 2022 г., напротив, было зарегистрировано меньше, чем годом ранее.
С количеством украинских беженцев в Россию складывается не до конца понятная ситуация. По информации ТАСС, ссылающегося на источник в силовых структурах, с февраля в Россию прибыли более 5 млн украинских беженцев, в том числе свыше 721 тыс. детей. При этом в пунктах временного размещения находятся всего лишь 42 тыс. чел., включая 12 тыс. детей. Остальные разместились самостоятельно, у родственников или эмигрировали в третьи страны. При этом РИА «Новости» со ссылкой на немецкий статистический агрегатор Statista приводит гораздо более скромные цифры. По его данным, на 3 октября в России были зарегистрированы почти 2,9 млн беженцев с Украины, по числу которых она занимала первое место в мире. Еще 1,5 млн украинских беженцев прибыли в Польшу, чуть более 1 млн – в ФРГ, около 0,5 млн – в Чехию. Куда делись беженцы, которые не входят в число поставленных МВД на миграционный 871 тыс. граждан Украины, до конца не ясно.
Скорее всего, под 5 млн украинских беженцев имеется в виду число фактов пересечения границы России со стороны Украины, а отнюдь не количество зарегистрированных на территории РФ беженцев. Об этом свидетельствует тот факт, что, по сведениям того же немецкого ресурса Statistа, с февраля по 13 декабря 2022 г. границу Украины с Польшей пересекли 8,2 млн чел., а в обратном направлении – из Польши на Украину выехали 6 млн чел. Если учесть число транзитных беженцев, перебравшихся в другие страны ЕС, то цифра как раз приближается к 1,5 млн, оставшихся на территории Польши.
То есть значительная часть бежавших в Россию выходцев с Украины вернулась на присоединённые территории, либо же выехала в страны ЕС. В России же, учитывая эвакуацию населения с правобережья Херсонской области, находятся, по-видимому, более 3 млн украинских беженцев.
Особого внимания заслуживает натурализация граждан стран СНГ в России. На первом месте по числу случаев предоставления российского гражданства за девять месяцев 2022 г. оказалась Украина, граждане которой получили 260,5 тыс. российских паспортов. Вторую позицию уверенно занимает Таджикистан (119,6 тыс.). По сравнению с прошлым годом это число ставших гражданами РФ таджикистанцев (69,7 тыс.) выросло почти в два раза.
Для сравнения: граждане Узбекистана за тот же период получили российских паспортов в 6 с лишним раз меньше – всего 19,3 тыс. С какой целью Россия за неполный год предоставила гражданство выходцам из Таджикистана, число которых сопоставимо с населением крупного районного центра, остается загадкой. В перспективе такая политика приведет, а отчасти – в наиболее привлекательных для переселенцев из Средней Азии регионах – уже приводит к формированию этнических анклавов. Как показывает опыт Новой Москвы, Калужской и Московской областей, и об этом «Ритм Евразии» не раз писал с возрастающей тревогой, результатом такой политики является обострение отношений с местным населением и латентные этнические конфликты, имеющие высокие шансы перерасти в открытые.
Третий из ключевых миграционных процессов 2022 г. – «антивоенная» эмиграция из России – пока остается предметом оценок и предположений. Статистика Росстата и данные Пограничной службы ФСБ по числу фактов пересечения границы позволяют сделать выводы лишь о масштабах миграционных потоков, которые по мере развития ситуации могут существенно менять направленность и масштаб.
Александр Шустов, по материалам: Ритм Евразии
