В предстоящем долгом соперничестве с Россией и Китаем военная мощь США будет играть огромную роль, но невоенные силовые инструменты тоже необходимы для гарантии способности конкурировать и побеждать. Наиболее важным из подобных средств является экономика, значение которой общепризнанно. Поэтому и наша исполнительная власть, и конгресс работают над обеспечением существенного роста и технологического превосходства Америки.
Однако мы серьезно пренебрегли другими инструментами силы, которые имели основополагающее значение для победы в холодной войне: умение подать себя всему миру, навык доносить правду до населения стран, управляемых авторитарными режимами, и умение разоблачать дезинформацию, распространяемую теми же самыми режимами.
Стратегические коммуникации и взаимодействие с зарубежной общественностью и лидерами необходимы для формирования глобальной политической среды таким образом, чтобы поддерживать и продвигать американские национальные интересы. Однако на этой решающей арене соперничающие с нами Россия и Китай буквально «обкладывают нас со всех сторон».
Милитаризованное стремление России оспорить итоги холодной войны и возродить свою империю в значительной степени опирается на СМИ. <…> Они в основном атакуют Соединенные Штаты и весь Запад и служат для их подрыва и раскола.
итай применяет гораздо более комплексный подход. Он организовал невероятную глобальную стратегическую операцию по пропаганде и иностранному влиянию, выделив огромные суммы денег на создание современного медиа-аппарата, нацеленного на внутреннюю и мировую аудиторию. Его информационное агентство «Синьхуа» имеет почти 180 корпунктов по всему миру (и нет ни одной страны на планете, где бы не работала как минимум одна китайская радиостанция, телеканал или интернет-издание). Компании Поднебесной покупают доли в зарубежных СМИ во многих государствах, особенно в Африке, Латинской Америке и некоторых частях Азии. Китайские теле- и радиопередачи, веб-сайты и публикации легко доступны в Соединенных Штатах, но взаимности со стороны Китая нет и в помине. Более 500 учреждений «Институт Конфуция», якобы созданных для продвижения китайского языка и культуры, распространяют пропаганду Пекина по всему миру. Масштабы его усилий — и число используемых механизмов — не имеют себе равных в мире.
Соединенные Штаты, напротив, после холодной войны в значительной степени демонтировали свои стратегические средства пропаганды и воздействия на зарубежную аудиторию. Информационное агентство США (USIA), наш основной инструмент для взаимодействия с иностранной общественностью на протяжении всей холодной войны, присутствующее в 150 странах, было ликвидировано в 1999 году. Отдельные его части были инкорпорированы в Государственный департамент, а большинство наших структур и технологий для работы с мировой общественностью распались и атрофировались. Отсутствие приоритетного внимания к американским стратегическим коммуникациям и взаимодействию на протяжении многих лет наиболее ярко иллюстрируется тем фактом, что должность заместителя госсекретаря в Госдепартаменте, отвечающего за организацию этой работы, 40% времени с момента ее создания в 1999 году была занята чиновниками, не утверждавшимися сенатом. А При Дональде Трампе и Джо Байдене этот показатель вообще достиг 90%.
Стратегические коммуникации и публичная дипломатия в США распределены между 14 агентствами и 48 комиссиями. Тем не менее Госдепартаменту, который должен управлять этим сложным хозяйством, не хватает не только финансовых и человеческих ресурсов, но и, что немаловажно, полномочий для координации, интеграции и синхронизации этих разрозненных и несконцентрированных усилий. Кроме того, отсутствует общегосударственная международная стратегия коммуникации и взаимодействия, и, конечно же, нет ощущения их срочной необходимости. Короче говоря, страна, которая, собственно, и изобрела связи с общественностью, уступает в этом плане <…> России и все более тоталитарному Китаю по всему миру.
Наш подход должен отличаться от их политики. Наше преимущество перед Советским Союзом в стратегических коммуникациях во время холодной войны заключалось в том, что USIA и наши радиовещатели, такие как «Голос Америки*», просто говорили правду. Мы должны продолжать это делать. Однако в те дни у нас была заинтересованная публика в СССР и Восточной Европе. Глобальная аудитория сегодня настроена гораздо более скептически, поэтому мы должны разработать новые подходы для эффективной подачи контента.
Решение состоит не в том, чтобы заново создавать USIA, — мир уже ушел вперед. Но можно предпринять ряд мер как исполнительных, так и стратегических, чтобы резко улучшить нынешнее плачевное состояние дел в нашей пропаганде. Многие из них президент может реализовать немедленно, в то время как другие потребуют действий конгресса.
Прежде всего, Белый дом и Государственный департамент должны разработать план глобального покрытия мира нашими стратегическими коммуникациями таким образом, чтобы продвигать интересы национальной безопасности США. Этот план должен включать дорожную карту взаимодействия с зарубежной общественностью и лидерами, особенно в странах Африки к югу от Сахары и Латинской Америке. В основе этого документа должно лежать значительное расширение программ по обмену, в рамках которых американские музыканты, спортивные деятели и артисты отправляются за границу, а иностранные студенты прибывают в Соединенные Штаты при государственной поддержке.
Кроме того, нам нужны более агрессивные усилия для взлома защитных коммуникационных систем, которые позволяют Китаю и России распространять «ложные нарративы» в пределах своих границ, не встречая противодействующих независимых взглядов. Мы также должны выделить дополнительные ресурсы Глобальному центру взаимодействия Государственного департамента, организации, ответственной за разоблачение и дискредитацию иностранной дезинформации. Эти меры, среди прочего, придадут особое значение нашим стратегическим коммуникационным усилиям.
В рабочем плане сенат должен быстро утвердить Элизабет Аллен, кандидатуру, выдвинутую президентом на пост заместителя госсекретаря по общественной дипломатии. Президент и конгресс должны уполномочить госсекретаря и, в частности, этого заместителя госсекретаря синхронизировать усилия по внешнеполитическому стратегическому взаимодействию всех элементов исполнительной власти, включая Министерство обороны, которое тратит на эти программы во много раз больше, чем Госдеп, но оторвано от нашей дипломатической стратегии. Байден также должен назначить высокопоставленного чиновника Совета национальной безопасности, ответственного (и обладающего соответствующими полномочиями) за то, чтобы стратегические коммуникации стали неотъемлемой частью каждого процесса принятия решений СНБ. Президент и конгресс должны обеспечить, чтобы госсекретарь имел право на стратегическое руководство Агентством глобальных СМИ, которое управляет всем зарубежным вещанием в США. Наконец, у наших союзников есть свои собственные средства стратегических коммуникаций, и нам нужны новые усилия для координации наших взаимных возможностей, возможно, через новый офис в НАТО.
Но это только «стартовый набор» действий. Потребуется гораздо больше для укрепления этого важнейшего инструмента американской мощи — инструмента, который был столь необходим для нашего успеха в холодной войне и приобретет еще большее значение в предстоящем нам глобальном противостоянии с противником.
Роберт Гейтс (Robert Gates) — министр обороны США в 2006-2011 годах
Источник: «INOсми.ру» (The Washington Post, США)
