В ближайшие дни в Казахстане будет сформирован и начнет работу Халық Кеңесі. Это, пожалуй, самая амбициозная попытка наладить полноценный диалог между властью и обществом после целого ряда инициатив, которые так и не дали желаемого эффекта. Разумеется, пока рано судить о жизнеспособности нового органа. Но не помешает «на берегу» обсудить, какие условия необходимы для того, чтобы он занял заметное место в политической системе страны и стал по-настоящему влиятельным. Слово экспертам.
Толганай Умбеталиева, генеральный директор Центральноазиатского фонда развития демократии:
«Вряд ли он востребован обществом и политической системой»
— Достаточно ли у Халық Кеңесі полномочий, чтобы реально участвовать в принятии государственных решений?
— Если у членов Халық Кеңесі действительно будет своя позиция, альтернативная позиции правительства, президента и других чиновников, то, возможно, у него появится шанс завоевать «место под солнцем». Под «своей позицией» я понимаю не критику и не диаметральную линию, а именно другой взгляд на обсуждаемые проблемы. В противном случае эта структура превратится в еще одну канцелярию, которая будет только утверждать и голосовать.
Поскольку пока мы можем лишь предполагать, допускаю, что Совет будет проводить экспертизу и в большинстве случаев разрабатывать законопроекты, а депутаты — работать над текстами. Ведь не все парламентарии являются профессионалами и хорошо разбираются в тех или иных вопросах. У многих из них, похоже, будет именно такая роль: выступать и давать комментарии. Тогда как серьезную аналитическую работу возьмет на себя Халық Кеңесі.
При таком раскладе этот орган станет, с одной стороны, контролером Курултая, а, с другой, теневой структурой. Но в силу того, что основные нормы и правила прописывает Администрация президента, а Халық Кеңесі будет лишь готовить законопроекты, вряд ли он сможет дорасти до влиятельного института внутри политической системы.
— Как можно обеспечить независимость Совета от государственных структур? И каким должен быть механизм отбора его членов?
— Таких прописанных механизмов у нас нет. Возможно, со временем будут нарабатываться некие неофициальные правила. К примеру, мы видели, как в Курултай вошли «друзья». Скорее всего, они придут и в Халық Кеңесі. А эти личные связи в перспективе могут стать одним из факторов, обеспечивающих определенную независимость и самостоятельность органа. Ведь они позволят в чем-то переубеждать представителей Администрации президента и того же вице-президента.
Других механизмов я пока не вижу. Конечно, официально все будет выглядеть так, как прописано в правилах, но в реальности многое будет решаться в неформальном порядке. Ведь как бы красиво ни назывался этот институт, он все же останется «пятым колесом» в политической системе.
— Не станет ли отсутствие заработной платы препятствием для полноценной вовлеченности в работу?
— Конечно, отсутствие заработной платы будет постепенно демотивировать людей, которые там заседают. Это обесценивание их времени и компетенций. Любой профессиональный, особенно интеллектуальный труд должен быть достойно вознагражден.
— А как должна быть устроена отчетность Совета перед населением?
— Не вижу смысла в отчетности Халық Кеңесі перед населением, поскольку оно не избирает его участников. К тому же у Совета не будет полномочий для принятия решений, поэтому сомневаюсь, что граждан вообще заинтересует его работа. Все же понимают, что он будет действовать в интересах власти, которая стремится сохранить свои позиции и стабильность в обществе.
— Каковы риски того, что со временем Халық Кеңесі превратится в еще одну формальную консультативную площадку?
— Риски очень высоки. Полагаю, что уже с первых дней работы он будет играть роль консультативного органа, и вряд ли этот имидж изменится. Структура, у которой нет полномочий, власти и денег, не может претендовать на какой-либо другой статус.
Честно говоря, я вообще не понимаю, зачем эта громадина была создана. Не думаю, что такой институт сегодня востребован обществом и в целом политической системой.
Казбек Бейсебаев, политолог, общественный деятель:
«Его участие в принятии государственных решений ограничено»
— По замыслу авторов конституционной реформы, Халық Кеңесі будет обладать правом законодательной инициативы, функциями общественного контроля, а также служить мостом между государством и населением, обеспечивая диалог и обратную связь.
Потребность в таком канале давно назрела. У общества накопилось немало вопросов и нареканий в адрес государства, которое далеко не всегда слышит своих граждан, несмотря на то что позиционирует себя как «слышащее». Показательный пример — петиция о возврате прежнего часового пояса, отклоненная под предлогом необходимости данного решения для удобства управления страной.
Но что изменится на практике с приходом Халық кенесі? Станет ли он тем местом, куда казахстанцы смогут обращаться со своими проблемами и рассчитывать на их решение? Пока сказать трудно, поскольку еще не определены порядок его формирования и механизм функционирования. При этом вариаций, как можно организовать этот диалог и контроль, множество. Совет мог бы стать своего рода аналогом платформы Е-өтініш или перенять опыт комитета партийного контроля из советского прошлого.
Можно приветствовать и то, что Халық Кеңесі будет разрабатывать проекты законов и вносить их в Курултай, а также готовить предложения и рекомендации по основным направлениям внутренней политики государства, укреплению общественного согласия, общенационального единства и солидарности. Однако есть принципиальная разница между тем, чтобы инициировать законы, и тем, чтобы их принимать.
Напомню, упраздненный Сенат был той последней инстанцией, которая как раз занималась принятием законов и направляла их на подпись президенту. Плюс в верхнюю палату избирались по два депутата от каждой области и по три — от мегаполисов, что позволяло ей быть тем самым мостом, через который осуществлялся диалог между центром и регионами.
Тогда как Халық Кеңесі является лишь консультативным органом и не входит в законодательную ветвь власти. У него нет полномочий, которыми наделен Курултай. Он не будет каким-либо образом влиять на правительство, заслушивать отчеты министров и требовать его роспуска. Да, он может активно участвовать в принятии государственных решений, но достаточно ограничено. Поэтому ожидать, что Совет станет влиятельным органом и будет диктовать политическую повестку, особо не приходится.
По всей видимости, этот орган каким-то образом объединит все общественные советы при областных акиматах. Тем самым, наверное, и будет обеспечено региональное представительство. Но, учитывая, что акиматы сами же их и организовывали, можно предположить, что аналогичный механизм применят и при формировании Халық Кеңесі. А это означает, что он будет сильно зависеть от исполнительной власти. Соответственно, говорить о его полной независимости не приходится.
Из этого следует другой важный вопрос: как именно Халық Кеңесі собирается осуществлять диалог между государством и населением? И самое главное — перед кем будет подотчетен?
Как видим, чем ближе запуск Халық Кеңесі, тем больше возникает вопросов. Если на них не будет дано четких ответов, есть все риски того, что со временем он просто превратится в большую консультативную площадку с ограниченными полномочиями.
Чингиз Лепсибаев, руководитель общественного фонда Eurasian Expert Council:
«Риски его превращения в консультативную площадку есть»
— Для того, чтобы Халық Кеңесі стал сильным институтом, необходимо учесть опыт работы общественных советов в стране за последние 11 лет. Здесь требуется, во-первых, участие в его рядах реально популярных и авторитетных представителей экспертного сообщества и лидеров мнений. Во-вторых, имплементация результатов деятельности Совета в законодательные нормы. В-третьих, обсуждение на его площадке действительно важных для общества и государства вопросов.
Полагаю, полномочий Совета для участия в принятии государственных решений вполне достаточно. И главное тут – право законодательной инициативы. А чтобы обеспечить его независимость, необходимы репрезентативный механизм формирования повестки, а также политическая решимость обсуждать проблемы и вызовы в работе государства. Ну и, конечно, сильный председатель.
В идеале при формировании состава Халық Кеңесі, помимо обнародованных категорий граждан, должны учитываться и дополнительные критерии: опыт работы в гражданском секторе, НПО и СМИ, образование, реализованные успешные проекты, публичность. Иначе он может превратиться в аналог некоторых общественных советов, где гражданское общество представляют бывшие акимы и действующие депутаты.
Что касается отсутствия заработной платы, то не думаю, что этот фактор будет отражаться на качестве работы. Общественные советы функционировали на таких же условиях. Тем более что участие в ХК является строго добровольным.
При этом должна быть обеспечена отчетность Совета перед населением — через публичные слушания, открытые заседания и выезды в регионы. С графиками и презентациями по отдельным направлениям работы.
Риски того, что Халық Кеңесі превратится в еще одну консультативную площадку, безусловно, есть. Но будем надеяться, что необходимость в экспертном сопровождении законодательной деятельности и получении обратной связи обусловят его эффективность.
