19 июня 2023 года госсекретарь США завершил поездку в Китай. В Пекине Энтони Блинкен встретился с главой Китая Си Цзиньпином, главой канцелярии Комиссии ЦК КПК по иностранным делам Ван И и министром иностранных дел Цинь Ганом. Визит Блинкена в Китай стал первым для американской администрации с 2019 года. О том, как на странах Центральной Азии скажутся переговоры США и КНР, Ia-centr.ru рассказал доктор исторических наук, директор Института стран Азии и Африки МГУ Алексей Маслов.
— Может ли визит госсекретаря снизить напряженность в отношениях США и КНР? Является ли он предвестием более важной встречи Си Цзиньпина и Байдена?
— Отношения США и КНР находятся на максимально нижней точке. Следующей ступенью могла быть только полномасштабная торговая и промышленная война. Восстановление будет очень неторопливым, и оно не достигнет того уровня, который был до 2018 года.
Сейчас можно говорить не об улучшении отношений, а об их стабилизации в нижней точке. Ниже не пойдет.
До конца 2023 года можно ожидать визитов в Китай министров финансов и коммерции США, которые будут обсуждать процесс восстановления. Однако качественного улучшения отношений не произойдет до тех пор, пока США не изменят позицию по тайваньскому вопросу. В Пекине это понимают, и в этой связи показательно, что Китай не восстановил военные отношения. Горячая линия между оборонными ведомствами не восстановлена.
— Какую роль занимает Центральная Азия в стратегии Пекина? Отличаются ли декларируемые меры и проекты от тех, что предпринимаются?
— Ситуаций, когда Китай не выполняет своих обязательств или отклоняется от декларируемых мер, практически не бывает. При этом Китай не всегда прописывает все детали на бумаге. То, что нам представляется неожиданным, просто не прописано на доктринальном уровне. Активность Китая в Центральной Азии является ярким примером этого явления, поскольку в официальных документах не говорится о пределах китайского присутствия. Однако, судя по всему, Китай не заинтересован в столкновении с интересами России в регионе.
Добрососедские отношения с Москвой для Пекина важнее, чем экономические выгоды от Центральной Азии. В Китае хорошо понимают, что государства Центральной Азии являются его союзниками ровно в той степени, в которой представлены китайские инвестиции в регионе.
— Изменится ли значение государств Центральной Азии при обострении тайваньского конфликта?
— В этом случае Китаю понадобится много стран, готовых выступить в его поддержку. Для Пекина важно общественное мнение, а также голосование и количество стран, поддержавших его устремления. Государства Центральной Азии в этом плане воспринимаются как регион, который в нужный момент поддержит Китай. Во-вторых, в случае обострения конфликта и ухудшения экономических отношений с США и Европой Китаю потребуется рынок сбыта для своих товаров, а также природные ресурсы, которыми богат регион.
В случае с США будут продолжены попытки привлечения государств Центральной Азии на свою сторону. Однако государства настолько привыкли к многосторонним инвестициям, что смена одной стороны на другую вряд ли возможна.
— Центральная Азия является одной из площадок соперничества США и КНР. Вашингтон за последние полгода усилил давление на государства, сближающиеся с Китаем. Способны ли США предложить какие-либо альтернативы китайским проектам?
— Технически – да. И Вашингтон активно предлагает. Это прежде всего касается подготовки кадров, инвестиций в совместные лаборатории, особенно, например, в Казахстане и Киргизии, где активно действуют американские эмиссары.
США не нужно переигрывать Китай на том же самом поле. Необходимо не перекупать китайские контракты и не перекрывать китайские инвестиции, а предлагать новую стратегию развития.
Американское влияние на отдельные группы элит государств Центральной Азии будет продолжаться, однако значительно изменить местную политику, превратив регион в свой оплот, американцам не удастся.
Удобное расположение региона между Китаем и Россией позволяет Центральной Азии использовать блага этих государств, а также договариваться с внешними акторами. Это положение слишком удобно и выгодно, чтобы его менять.
— В одном из недавних интервью глава российской дипломатии Сергей Лавров отметил, что США используют Афганистан для дестабилизации ситуации в Центральной Азии. Этот шаг может быть направлен не только против России, но и против Китая. Продолжится ли это направление деятельности Вашингтона? Может ли оно стать камнем преткновения в намерениях государств снизить напряженность в отношениях?
— Афганистан ценен для США как точка, которую очень легко поджечь. Это хорошо понимают как в Москве, так и в Пекине. Поэтому Россия и Китай пытаются контролировать «Талибан»* с точки зрения переговорного процесса не из-за экономических или идеологических причин.
Большинство экономических проектов Китая в Афганистане как раз таки провалились из-за талибской* проблемы.
