В интервью CNN Turk поздно вечером 28 сентября президент Реджеп Эрдоган дал понять, что Турция собирается усилить военное присутствие на оккупированном с 1974 года Северном Кипре. Кроме того, Ак-Сарай объединит усилия по «защите» турок-киприотов с дипломатическими усилиями по продвижению идеи признания так называемой «Турецкой Республики Северного Кипра» («ТРСК»), которые, по мнению Эрдогана, в конечном итоге «принесут свои плоды». Об этом же он, в числе прочего, не забыл упомянуть, выступая с трибуны Генеральной ассамблеи ООН. Стратегия признания «ТРСК» международным сообществом как одного из двух государств на острове «на основе суверенного равенства и равного международного статуса» была утверждена на очередном заседании Совета национальной безопасности в июле. Турецкими экспертами и дипломатами выработана «Иерусалимская формула», предполагающая постепенное движение к искомой цели путём постоянного привлечения внимания общественности, лоббистских пропагандистских усилий и т.д. Так, на очередных «Всемирных играх кочевников» в Изнике Эрдоган появился в сопровождении президента Киргизии Садыра Жапарова и лидера «ТРСК» Эрсина Татара, с которым ранее встречался президент Азербайджана Ильхам Алиев, а проправительственное издание Yeni Şafak распространило слух о ежедневных полётах по маршруту Москва – Анталья – «ТРСК». Во всём этом сложно не углядеть признаков скоординированной кампании по легализации марионеточного образования, занимающего более трети территории острова.
29 сентября планы по наращиванию военного присутствия на Кипре подтвердил министр иностранных дел Мевлют Чавушоглу: «Мы отправим на остров как войска, так и оружие для защиты общины киприотов-турок», – заявил он, выступая в эгейском городе Денизли. В настоящее время контингент Турции на Кипре насчитывает около 40 тысяч военнослужащих, включая мотопехотные дивизии, подразделения «Коммандос» и батальон морской пехоты (общая численность населения «ТРСК» немногим менее 400 тысяч человек, большая часть которых – переселенцы с «материка»).
Заседание Совета национальной безопасности под руководством президента и грозные заявления турецких лидеров (о подоплёке которых – ниже) последовали вслед за ранее принятым решением Белого Дома снять ограничения на введённые в 1987 году военные поставки международно признанной «греческой» Республики Кипр на южной части острова на 2023 финансовый год. В Никосии возвестили об «исторической вехе», знаменующей растущие стратегические отношения с США. В Вашингтоне особо не скрывают, что речь идёт о поощрении небольшого островного государства в так называемой «борьбе с отмыванием денег» и за отказ российским военным судам заходить в кипрские порты для дозаправки и обслуживания. Равно как и обретающее новое качество американо-греческое военно-техническое сотрудничество, эти действия греческих властей острова вызывают обеспокоенность в Анкаре, обеспокоенной отказом администрации Байдена от своей традиционной политики баланса между противостоящими друг другу союзниками по НАТО в пользу Греции и Кипра. Призывая Вашингтон «отменить» решение, нарушающее военный баланс в Восточном Средиземноморье в пользу «кипрско-греческого дуэта», турки говорят о неизбежной, в противном случае, гонке вооружений на разделённом острове.
Власти же признанной только Анкарой «ТРСК» заявляют о том, что решение США нанесло ущерб (не слишком-то, заметим, эффективным) усилиям по урегулированию давнего этнополитического спора. Более того, «турки-киприоты рассматривают отмену Соединенными Штатами ограничения на продажу оружия и разрешение экспорта даже смертоносного оружия кипрско-греческой администрации как угрозу своему существованию», – заявил немногим ранее министр иностранных дел «ТРСК» Тахсин Эртугрулоглу.
В свою очередь, министр иностранных дел Республики Кипр, опытный политик Иоаннис Касулидис в интервью The Wall Street Journal заявил об опасениях по поводу возможного втягивания острова в очередной турецко-греческий конфликт: «Турецкая армия размещена на нашем острове, и мы опасаемся, что любой конфликт в Эгейском море затронет нас напрямую, потому что нас будут использовать как самое слабое звено во всей этой истории».
Национальная гвардия Республики Кипр состоит из 10 тысяч призывников и 50 тысяч резервистов при ограниченном военном потенциале. Военный бюджет республики на 2020 год составил 414 миллионов долларов. Численность вооруженных сил Греции – 130 тысяч призывников и более 220 тысяч резерва. Военно-морской флот и военно-воздушные силы оснащены современным оружием с годовым бюджетом в 4 миллиарда долларов. В последние годы основной задачей вооруженных сил Греции была защита островов Эгейского моря и территориальных вод страны от восточных соседей. Возможности по защите «греческого» Кипра, находящегося в полутора часах полёта по воздуху весьма ограничены, в то время как военные возможности Турции намного превосходят греческие, так что неудивительно, что Афины стремятся компенсировать разницу потенциалом интенсификацией сотрудничества с Пентагоном.
Эскалация вокруг Кипра разворачивается на фоне растущей греко-турецкой напряжённости в Эгейском море. 26 сентября послы Греции и США вызывались в МИД Турции для заявления протеста против размещения американской бронетехники на двух островах Эгейского моря. На распространённых турецкими спецслужбами аэрофотоснимках предположительно зафиксированы пришвартованные к островам Лесбос и Самос гружёные военной продукцией американские корабли.
Отвечая на соответствующий вопрос, представитель Госдепартамента Нед Прайс отделался общими фразами: «Мы продолжаем призывать наших союзников по НАТО – в данном случае Турцию и Грецию – к совместной работе по поддержанию мира и безопасности в регионе и разрешению их разногласий дипломатическим путем. Мы призываем все стороны избегать риторики и избегать действий, которые могут еще больше усугубить напряженность. Суверенитет Греции над этими островами не ставится под сомнение, но мы призываем все страны, включая наших союзников, уважать территориальную целостность и суверенитет и избегать действий, которые могут разжечь напряжённость».
Эрдоган уже не первый раз критикует Вашингтон за игнорирование международных соглашений, таких, как Лозаннский и Парижский договоры, предусматривающие отказ от размещения на «эгейских» островах военных баз. Напомнив о нескольких предпринимавшихся ранее в сторону Вашингтона демаршей, он добавил: «Чего мы ожидаем от Вашингтона, так это того, что он не направит Грецию в неправильном направлении».
3 октября МИД Турции решительно осудил «включение греко-кипрской администрации в программу партнерства c бюро Национальной гвардии США в рамках программы Минобороны США». Очередной шаг США через две недели после отмены эмбарго на поставки оружия Никосии, «невозможно объяснить ни под каким предлогом. Этим шагом США, пойдя дальше нарушения баланса на острове между двумя сторонами, сами заняли позицию поддержки одной из сторон. Таким образом, США утрачивают возможность играть конструктивную роль в процессе справедливого, прочного и длительного решения проблемы Кипра. Турция в качестве страны-гаранта [на Кипре] будет продолжать совершать все необходимые шаги для обеспечения безопасности турок-киприотов».
Ужесточение позиции Эрдогана в «кипрском вопросе» обусловлено как стремлением упрочить позиции среди националистического электората, так и давними проблемами с турками-киприотами, усугубившимися «подписанием в апреле спорного протокола, согласно которому жители северного Кипра получат в этом году 235 миллионов долларов в обмен на ограничения, которые сузят свободу выражения мнений, подорвут гражданское общество и повысят роль религии». 53-страничный документ, начинающийся с утверждения о том, что «остров Кипр является частью Анатолии в политическом и культурном отношении с 1571 года» (год османского завоевания), рассматривается оппонентами «ПСР» и её лидера как средство официального оформления аннексии северного Кипра Турцией. Выходящая на острове независимая ежедневная газета местных турок Yeniduzen назвала протокол «соглашением о капитуляции», упрочить которую способна анонсированная Эрдоганом дополнительная переброска войск. Нашлись и недовольные строительством правительственного комплекса стоимостью 140 миллионов долларов недалеко от разделяющей остров «зелёной линии», являющимся одним из приоритетов турецкого президента. Большинство турок-киприотов хотят большей автономии от излишне тесных объятий – например, в форме федерации с «материком». Эта тенденция набрала популярность с 2018 года по мере падения турецкой экономики, что не могло не отразиться и на благосостоянии и финансовом благополучии островитян, вынужденных «использовать доллары и евро для оплаты аренды и покупки автомобилей и бытовой техники, в то время как им платят в девальвирующей турецкой валюте».
Считается, что, несмотря на экономический кризис, большинство населения «материковой» Турции поддерживает Эрдогана, и жёсткая позиция в отношении Никосии и Афин может переключить внимание избирателей от социально-экономических проблем с прицелом на июньские выборы 2023 года. Разговоры о новом вторжении на север Сирии под предлогом расселения в приграничной полосе нескольких сотен тысяч беженцев несколько приутихли, отношения с Израилем нормализуются, и в этой ситуации – обратить взоры на заведомо более слабого «исторического врага» – вполне логичный эмоционально-патриотический приём.
Насколько он сработает – покажут ближайшие месяцы.
Андрей Арешев
