«Затяжной глобальный энергокризис положительно сказывается на росте экспорта и общих показателях экономики Казахстана. Только за первые восемь месяцев этого года экспорт РК превысил импорт на почти 20 млрд долларов. Европейские НПЗ готовы оплачивать премию за казахстанскую нефть в 18-20 долларов на фоне обостряющегося энергокризиса. Однако большие деньги притягивают коррупционеров, профессиональных мошенников и схемы по отмыванию денег», – отмечает Алина Абыкаева, MLRO-офицер с лицензией Комитета МФЦА по регулированию финансовых услуг и участник международной Ассоциации ACAMS сертифицированных специалистов по борьбе с отмыванием денег.
В сентябре британский Журнал экономической криминологии подтвердил гипотезу о том, что «экономический рост в развивающихся государствах коррелирует с повышением уязвимости к финансовым преступлениям, когда финансовая активность растет быстрее, чем возможности противодействия и надзора».
В Казахстане за последние 10 лет тоже произошли существенный рост и развитие экономики. Но этот рост имел побочный эффект: произошли принципиальные изменения в составе наиболее распространенных правонарушений, когда имущественные и уличные преступления переросли в профессиональное мошенничество.
В сентябре 2026 года Генпрокуратура РК информировала, что широко распространено использование социальных сетей и новых технологий, втягивающих потерпевших в схемы высокого инвестирования типа акций Kaspi AI, Quantum AI, Казмунайгаз, Газпром и других. Тогда же КНБ подвел свою статистику, в которой между строк в 106 правонарушениях заметен четкий окрас: «коррупция часто связана со взяточничеством, хищениями, мошенничеством, а также злоупотреблением и превышением должностных полномочий».
Среди примеров подобных правонарушений можно привести задержание группы лиц в Атырау в октябре этого года, которые незаконно экспортировали нефтепродукты с мини-НПЗ под видом печного топлива, или раскрытый канал вывоза золотосодержащей руды в Жетысу по поддельным таможенным документам и многие другие.
Существуют и схемы, когда наши граждане попадают на уловки иностранных мошенников. Так, в 2018 году в России была осуждена группа лиц, которые заключали фиктивные договора с казахстанскими и таджикскими компаниями по поставке нефтепродуктов, не имея реального доступа к продукции российских НПЗ.
К сожалению, тренд на рост финансовых преступлений, скорее всего, продолжится. По оценке Oxford Economics, цены на сырьевые товары достигнут рекордных максимумов в четвертом квартале 2026 года (с постепенной балансировкой в течение 2027 года ввиду растущего глобального спроса). Рост числа финансовых схем затронет и Казахстан ввиду растущего товарооборота и притока денег, а также укрепляющегося международного статуса страны в качестве Среднего государства.
По оценкам Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР), одним из побочных эффектов передовой цифровизации в Казахстане как раз может стать увеличение мошеннических афер. Их основными драйверами являются:
- высокие темпы цифровизации финансовых услуг;
- низкий уровень цифровой финансовой грамотности среди потребителей финансовых услуг;
- повышение изощренности финансовых махинаций и афер;
- неадекватные системы для выявления финансовых махинаций и мошенничества.
На днях МВД РК сообщило, что только за девять месяцев в Казахстане заблокировано 82 тысячи противозаконных интернет-ресурсов.
В целом скорость формирования новых видов преступлений и их масштабы ставят правоохранительную систему в положение обороняющегося. Порой правоохранительные органы тратят месяцы и даже годы на разработку одной профессиональной группы преступников. Виной тому в том числе разграничения по подследственности между различными ведомствами, несогласованность действий, дублирование функций, что приводит к срыву операций.
Что может предпринять Казахстан в этой ситуации? Зарубежный опыт Группы Эгмонт и FinCEN при Минфине США демонстрирует, что эффективный обмен информацией повышает эффективность в борьбе с финансовыми преступлениями.
Считаю, что в Казахстане также следует рассмотреть возможность создания централизованного AML-центра (Anti-Money Laundering), к примеру, на базе Агентства по финансовому мониторингу.
Такой центр мог бы заниматься:
- сбором и систематизацией информации о появляющихся схемах отмывания финансовых активов и профессионального мошенничества,
- налаживанием диалога с казахстанским обществом и бизнесом,
- поддержкой имиджа государства в глазах инвесторов.
В настоящее время казахстанские ведомства на своих официальных ресурсах публикуют сухую статистику вперемешку с достижениями госорганов и кадровыми перестановками.
Централизованный сбор информации от широкой общественности, AML-сообщества и бизнеса позволил бы расширить понимание причин возникновения определенных преступных тенденций. А регулярный обмен практическим опытом на площадке центра – эффективно информировать в рубриках Scam Alert (Мошенники) как казахстанскую общественность, так и международных инвесторов, о существующих проблемах с разбором конкретных кейсов.
Кроме того, казахстанские фирмы могут с помощью такого центра получать информацию о незаконном использовании их имени в преступных схемах.
К примеру, иностранные компании часто пытаются найти «эксклюзивный» доступ к казахстанским производителям сырья, которые в основном законтрактованы на долгосрочной основе и имеют профессиональных трейдеров, представляющих их интересы.
При этом, трейдинговому сообществу известны схемы, когда мошенники предлагают дизель марки EN590, серу, нефть и другие товары, якобы произведенные «Тенгизшевройл» и продаваемые в Сингапуре.
Профессиональные мошенники используют перехват электронной почты, подписывают документы под именем генерального директора с печатью, а также представляют фиктивные сертификаты качества продукции и экспортные лицензии государственных органов РК.
Само мошенничество заключается в получении малых платежей в размере 50-200 тысяч долларов за хранение товара, фрахтовку судна или любой другой предлог до того, как клиент поймет, что общая сделка на 40 млн долларов является простой фикцией.
Казалось бы, казахстанский бизнес в таких случаях защищен и не страдает. Однако имидж государства должен поддерживаться на соответствующем уровне как внутри страны, так и за его пределами. Особенно это важно, когда Казахстан становится ключевым игроком на международной арене и от безопасности торговли с нашей страной зависит инвестиционный климат вокруг государства.
Профессиональное AML-сообщество как раз может стать тем самым драйвером повышения профессионализма бизнеса и общества в Казахстане, придать наступательный импульс в централизованной борьбе с финансовыми преступлениями.
Абыкаева Алина MLRO-офицер с лицензией Комитета МФЦА по регулированию финансовых услуг
