2 сентября премьер-министр Ирака Мухаммед Шиа ас-Судани заложил камень в основание будущей железной дороги, связывающей арабскую республику с соседним Ираном. Торжественная церемония прошла на пограничном переходе в городе Шаламче в провинции Басра. Иранскую сторону представлял первый вице-президент Мохаммад Мохбер.
Железнодорожное сообщение позволит паломникам из Ирана посетить священные для них места в провинциях Эн-Наджаф и Кербела, заявил глава правительства Ирака. Со своей стороны, представитель Ирана выразил уверенность в том, что железная дорога изменит Западную Азию, интенсифицирует торговые обмены между двумя странами, соединит их соответствующие железнодорожные системы, синхронизированные с международными транспортными маршрутами.
Соглашение о строительстве железной дороги, соединяющей две страны, было подписано в 2021 году, переговоры велись четыре года. Строительство участка протяжённостью 32 км, включающего в себя три станции и мост, соединяющий Иран с Ираком через Шатт-эль-Араб, планируется завершить при поддержке Ирана через полтора года.
Впервые о проекте было объявлено в 1978 году, за год до Исламской революции в Иране, вскоре после которой между Ираком и Ираном началась подпитываемая англосаксами кровопролитная война, продлившаяся 8 лет и унесшая жизни миллионов людей.
В 1990 году страны разморозили дипломатические отношения. В 2005 году, после свержения Саддама Хусейна и прихода к власти в Ираке шиитских политических сил, отношения между странами стали постепенно улучшаться. Тегеран оказывал помощь Багдаду в противодействии силам международного терроризма.
«Замороженный» несколькими десятилетиями ранее проект принёс бы значительные выгоды обеим соседним странам, и вот президенту Ирана Эбрагиму Раиси и премьер-министру Ирака Мухаммеду Шиа аль-Судани удалось заключить сделку.
По словам директора по информации Министерства транспорта Ирака Майтама аль-Сафи, «железнодорожная линия в конечном итоге свяжет иракские города Наджаф и Кербела», упрощая передвижения паломников, посещающих города-святыни на территории Ирака. Каждый год около 3 миллионов иранцев совершают паломничество к шиитским святыням в Ираке, в то время как от 2 до 3 миллионов иракцев посещают Иран, следуя к святыням Имама Резы в Мешхеде, религиозным центрам Кербелы и Кума, посещая оздоровительные курорты и др., и этот поток ещё более возрастёт.
Несмотря на значительные культурные связи, объем торговли между двумя странами пока сравнительно невысок, даже при наиболее оптимистичном сценарии составляя не более половины от желаемых 20 млрд. долл. Торгово-экономической стагнации способствовали несколько факторов, включая сокращение торговли электроэнергией; падение экспорта бензина и дизельного топлива; конкуренцию со стороны коммерческих конкурентов Ирана (таких, как Китай, Индия, США, Турция и ОАЭ), избыточную бюрократию и отсутствие эффективных и быстрых возможностей для транзита (данную проблему отчасти и призвана решить новая железнодорожная ветка).
Согласно недавним статистическим данным, ненефтяная торговля между Ираком и Ираном достигла 8,9 миллиарда долларов в 2021 году, но за последние два года экспорт из Ирана сократился по 20 различным категориям. Фарзад Пилтен, глава западно-азиатского офиса Организации по развитию торговли с Ираном, отметил 60-процентное снижение экспорта газа и 80-процентное снижение экспорта бензина в Ирак.
Показатели Ирана отстают от других экспортеров, опустившись на четвертое место по экспорту в Ирак после ОАЭ, Турции и Китая. До сих пор логистика трансграничной торговли тормозится необходимостью перегрузки товаров из иранских грузовиков в иракские, что приводит к многодневным заторам и излишним дополнительным финансовым затратам.
Завершение проекта железной дороги Шаламче – Басра обещает значительно увеличить торговлю за счет снижения транзитных расходов до 20 процентов и помочь Ираку компенсировать серьёзный дисбаланс в торговле с соседней страной. В 2018 году Иран экспортировал в Ирак товаров на сумму около 9 миллиардов долларов, в то время как экспорт в обратном направлении составил всего 58 миллионов долларов.
В более широком контексте, стратегическая цель Ирана – стать ключевым региональным транзитным узлом, обусловленная выгодным географическим положением страны на перекрестке Азии и Европы. Признавая эту геополитическую возможность, администрация Раиси, уделяющая большое внимание политике «Взгляд на Восток» и «Соседство», приступила к реализации амбициозных планов по развитию имеющегося транзитного потенциала.
К нынешней внутренней железнодорожной сети Ирана протяжённостью 14,3 тыс. км планируется добавить ещё 10 тыс. км в ходе успешного строительства ещё нескольких десятков участков. Установив семь стыковочных соединений с сопредельными странами, Иран достиг самодостаточности в инженерных услугах, строительстве железных дорог и производстве рельсов, даже экспортируя железнодорожные вагоны и локомотивы собственного производства.
Географически Иран расположен на линиях основных евразийских железнодорожных маршрутов: Восток – Запад и Международный транспортный коридор Север – Юг (INSTC). Первый из них соединяет страны АСЕАН и Китай с европейскими рынками, в то время как второй призван связать через Иран Россию с Индией.
Железнодорожный проект Шаламче – Басра особенно важен для транзитного маршрута. Через Месопотамию Иран сможет выйти к сирийскому порту Латакия и его транзитным мощностям. Кроме того, железная дорога из Иран в Ирак может быть продолжена и до Саудовской Аравии и Кувейта. Согласно имеющейся информации, Саудовская Аравия изучает идею соединения железных дорог с Ираном через Кувейт и Басру, что откроет путь к прямой сухопутной связи между Ираном и странами Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ).
В свою очередь, Ирак получит непосредственный доступ к рынкам стран Центральной Азии, Афганистана и Азербайджана. Объёмы грузоперевозок железной дороги на юге Ирака после завершения строительства железнодорожного участка Шаламче – Басра может возрасти более чем втрое. Интеграция этого маршрута со значительными мощностями иранских портов Хорремшехр и Имам Хомейни позволит довести их годовой грузооборот до 500 миллионов тонн.
Ранее, 20 августа министерство транспорта в Багдаде объявило о соглашении с Турцией о соединении железных дорог Ирака и Турции через 133-километровую линию с целью связать большой порт Аль-Фао с Европой в рамках «Дороги развития». Таким образом, как объясняет экономист Майтам аль-Амили, для Ирака железнодорожное сообщение с Ираном является частью более широкого и амбициозного проекта протирающемся от Китая до Европы.
Однако амбиции ещё недавно оккупированной американцами страны «сопряжены с заметными проблемами и геополитическими сложностями», отмечает интернет-издание TheCradle. Политический аналитик Махмуд аль-Хашеми говорит о «серьёзных американских препятствия, с которыми столкнутся планы Ирака по морскому и сухопутному соединению с Ираном и Китаем». Будучи хорошо осведомлёнными о позитивном влиянии этих проектов на Ирак США «хотят, чтобы эта страна была частью их конфликта с Китаем, Ираном и Россией». По словам источника в правительстве в Багдада, «уже более десяти лет идёт международный конфликт за контроль над международными транспортными линиями, в центре которых находятся Ирак и Сирия, основными полюсами которых являются Китай, Россия, Иран и Соединенные Штаты». Мобилизация оккупационных сил по линии границы Ирака с Сирией и вооружение местных племён увязываются с «попытками Вашингтона заблокировать проект железной дороги из Басры в порт Латакия через сирийские города Абу-Камаль и Дейр-эз-Зор».
Серьёзную озабоченность вызывает и деструктивное влияние американской пропаганды на формирование общественного мнения в Ираке в отношении сотрудничества с Ираном. По словам журналиста Хасана аль-Шаммари, «как местные, так и международные СМИ подчиняются американской медиа-машине, которая направляет общественное мнение в соответствии со своей политикой». В то время как любые проекты между Ираком и Саудовской Аравией, Иорданией или Турцией встречаются с одобрением или нейтрально, любой аналогичный проект с Ираном моментально встречает хорошо организованную медийную атаку, что полностью относится и к строительству железной дороги между Шаламче и Басрой. Противники развития связей с соседней страной опасаются его потенциально негативного влияния на иранский порт Аль-Фао. Так, бывшие губернатор Басры Ваэль Абдул Латиф и министр транспорта Амер Абдул-Джаббар предупреждали, что железная дорога перенаправит судоходство в иранские порты, что приведет к росту цен и снижению конкурентоспособности Аль-Фао. Однако, как отметил на недавней пресс-конференции официальный представитель Багдада Бассем аль-Авади, «правительство заложило первый камень в фундамент проекта после экономического обоснования, обеспечив экономическую и политическую безопасность Ирака и не ставя под угрозу суверенитет и экономику страны».
В случае реализации проекта железной дороги Шаламче – Басра она служит зримым символом прогресса на пути к качественно иному уровню связей между соседними странами. В то же время можно не сомневаться, что геополитические преемники сил, способствовавших развязыванию в 1980 г. кровопролитной ирано-иракской войны, будут пытаться торпедировано неугодные им проекты региональной интеграции.
Александр Григорьев
