Тема глобальной деколонизации может свести двух азиатских гигантов
Специализирующееся на международной повестке китайское издание The Global Times опубликовало редакционную статью под названием "Мы морально поддерживаем деколонизацию Индии". Индийско-китайские отношения сложны и неоднородны из-за конкуренции и разного восприятия исторического опыта. Однако потенциальный масштаб этих связей колоссален, и Пекин, похоже, готов их развивать. Подробнее — в материале "Известий".
Всеобщая деколонизация
The Global Times, которое иногда называют рупором Коммунистической партии Китая (что является некоторым преувеличением), не скрывает удовлетворения тем, как правительство Нарендры Моди проводит деколонизацию и "подчеркивает независимую уверенность". Как одно из доказательств издание приводит открытие в Нью-Дели нового здания парламента. В торжественной речи, посвященной этому событию, премьер-министр страны заявил, что "новый парламент — это не просто здание, а свидетельство самостоятельности Индии".
Кроме того, издание призывает Индию не позволить Западу в соответствии со старыми колониальными привычками вбить клин между двумя великими народами, ибо "Азия и весь мир достаточно велики, чтобы вместить одновременный подъем Китая и Индии".
Хотя эта статья и не является официальной позицией китайских властей, однако она представляет своего рода послание, цель которого — сформировать соответствующую мирную повестку в китайско-индийских отношениях, ныне не самых теплых, отметил в беседе с "Известиями" старший преподаватель кафедры стран Восточной Азии Восточного факультета ГАУГН Андрей Волынский.
По его словам, китайское руководство в последние годы, реализуя свою внешнеполитическую стратегию, обращает значительное внимание на формирование соответствующих дискурсов. Они служат альтернативой западному неолиберальному видению. Часть этого процесса — умелое использование китайскими политиками и авторами постколониальной и деколониальной повесток.
— Статья — своего рода предостережение Индии на фоне сообщений американской стороны о возможности сближения Индии с блоком НАТО и все еще нерешенного индийско-китайского приграничного конфликта, бенефициаром которого авторы статьи считают западный неоколониализм, — отметил Волынский.
Тезис о совместном лидерстве двух цивилизаций отнюдь не нов. После Второй мировой войны, когда приблизительно в одно и то же время Индия обрела независимость (1947 год), а в Китае завершилась гражданская война (1950 год), идея о создании нового, азиатского полюса силы, независимого от мировых держав, была очень популярна и продвигалась национальными политическими элитами. Ее подкрепляло обоюдное желание Пекина и Нью-Дели не присоединяться ни к одному из лагерей в холодной войне.
Сложный исторический опыт
Однако все изменилось в 1962 году. Пограничный конфликт, мгновенно переросший в пусть кратковременную, но войну, нанес огромный ущерб двусторонним отношениям, причем проигравшей войну Индии особенно. Вторая индо-пакистанская война, в которой КНР оказала поддержку Исламабаду, и еще одно столкновение на границе в 1967-м году только увеличили образовавшуюся пропасть в отношениях.
Если для Китая этот конфликт остался практически незаметным, то для Индии события оставили глубокую историческую травму, рассказал в подкасте "Известий" руководитель Центра Индоокеанского региона ИМЭМО РАН Алексей Куприянов.
— В индийском национальном мифе война 1962 года представляется как "предательский удар в спину", хотя, по сути, эти события стали следствием серии обоюдных ошибочных решений, основанных на неправильных оценках намерений друг друга. Вследствие этого кризиса сегодня в индийском политическом классе сложно найти политика, которого можно было бы именовать прокитайским, — отметил эксперт.
Лидерство и автономия
Впрочем, вопреки расхожему мнению, противостояние Пекина и Нью-Дели не является экзистенциальным ни для одной из сторон. Иными словами, ни Индия, ни Китай не угрожают государственности друг друга. Более того, ни пограничные споры вокруг регионов Аксайчин и Южный Тибет, ни военно-политическое сотрудничество КНР и Пакистана не оказывают влияния на все более возрастающее экономическое сотрудничество.
В 2022 году объем торговли между двумя странами вырос на 8,4%, до $135,98 млрд. Для сравнения: аналогичный показатель между Индией и США за этот же период составляет $128,55 млрд. В то же время Нью-Дели не может не беспокоиться на тему растущего влияния китайского капитала в Южной Азии, которую считает зоной своего политического и экономического влияния. Для Пекина остается актуальным тенденция переноса транснациональными компаниями части производств из КНР в Индию.
По данным Международного валютного фонда, 35,5% роста мировой экономики будет обеспечиваться Индией и Китаем. По этой причине стремление Запада создать экономический и геополитический противовес в Индо-Тихоокеанском макрорегионе для сдерживания КНР очевидно.
Однако Нью-Дели, несмотря на активные двусторонние контакты с США, действует максимально прагматично, и то, в чем некоторые хотят увидеть желание "усидеть на двух стульях", в реальности является лишь следованием внешнеполитической концепции "стратегической автономии". Такой же рациональный расчет является основным мотивом развития отношений с Россией и поддержки политики БРИКС. И с точки зрения национальной идеологии тема деколонизации, продвигаемая националистическим правительством Моди, играет в этой концепции существенную роль.
Смените тон
В этом свете особенно показательной получилась реакция индийского правительства на претензии, высказанные главой евродипломатии Жозепом Боррелем относительно "нарушения" Индией антироссийских санкций. Как известно, доля российской нефти в индийском импорте с февраля 2022 года выросла в 35 раз. Соответственно, экспорт энергоносителей в ЕС также показал реактивный рост. Например, объемы поставляемого из Индии в Европу дизельного топлива увеличились троекратно. Боррель сначала увидел в этом "поставки "отмытой" российской нефти", но уже спустя сутки после ответа из Нью-Дели передумал и предложил обсудить этот вопрос "как друзья".
Отношения с бывшей метрополией тем более далеки от идеальных. В марте было объявлено о срыве торговых переговоров с правительством Великобритании из-за позиции последнего относительно сикхского сепаратизма. В мае же британская пресса сообщила о желании Нью-Дели вернуть на родину тысячи драгоценностей, вывезенных на остров с ее территории, в частности знаменитый алмаз "Кохинур", ныне украшающий корону королевы Елизаветы.
Британцы, с индийской точки зрения, были полноценными иноземными завоевателями, которые выкачивали ресурсы из колонии, отмечает Алексей Куприянов. По его словам, империя была выстроена за счет интересов Индии, на ее богатствах и труде ее крестьян. Результатом стала деурбанизация и деиндустриализация Индии.
— В то же время Британия оставила глубокий след в ее политической культуре. Так что индийские элиты, получившие образование в бывшей метрополии, создавали суверенное государство в специфической постколониальной среде. Нарендра Моди во многом поставил борьбу с этими элитами, которую он называл бандой с Хан Маркета (Хан Маркет — элитный район Нью-Дели — "Известия"), в центр своей предвыборной программы. Он опирался, с одной стороны, на фермерское большинство, но, с другой, и на новый городской средний класс, который был недоволен уровнем своего представительства в политике, — рассказал эксперт.
Таким образом, потенциальное политическое сближение КНР и Индии хотя и естественно ввиду очевидных геополитических обстоятельств и экономических связей, но сопряжено с большим количеством неразрешенных проблем, которыми постараются воспользоваться США. В то же время идея деколонизации — осознанное в Пекине и Нью-Дели условие для будущего глобального лидерства двух этих стран.
