Есть момент, который многие запоминают на всю жизнь: впервые идёшь на избирательный участок с новеньким паспортом. Для одних это формальность, для других настоящее событие. В сентябре 2026 года, с 18 по 20 число, такой момент пережили сотни тысяч граждан России таджикского происхождения. Кто-то пришёл сам, кто-то с родителями, кто-то сразу после пар в университете.
Ещё недавно о таджиках в России говорили почти исключительно как о тех, кто приехал на заработки. Стройка, рынок, такси, чужой город, чужой язык. Эта картина долго казалась единственной. Но люди не остаются в одной роли навсегда. Получив российский паспорт, человек получает и право голоса, и вместе с ним ощущение, что решения, которые принимаются в стране, касаются и его тоже. Выборы стали для многих первым по-настоящему личным разговором с государством, где ответ даётся не словами, а бюллетенем.
Сколько именно таджиков пришли на участки, точно не скажет никто: российская статистика не считает избирателей по национальности. Перепись 2020 года зафиксировала более 350 тысяч человек, назвавших себя таджиками, а ещё многие граждане с таджикскими корнями записаны иначе или вовсе не указали национальность. Но цифра здесь не главное. Бюллетень ничего не знает о происхождении человека, в урне все голоса равны. Гражданство перестаёт спрашивать, откуда ты родом, и начинает спрашивать, что ты хочешь для своей страны.
Об этом же говорил со мной Муким Майболиев, руководитель таджикской общины в Тверской области. Разговор получился не о цифрах и не о политике в узком смысле, а о людях. По его словам, таджики, принявшие российское гражданство, всё активнее участвуют в общественной и политической жизни страны. А главные перемены он видит в молодом поколении, в тех, кто родился в России или вырос здесь. Это, считает он, новое поколение: дома оно сохраняет таджикскую культуру, язык, обычаи, а за порогом дома всё увереннее включается в жизнь своей новой родины.
Одну фразу он произнёс так, что она запомнилась надолго: раз мы приняли гражданство России, значит, должны соблюдать её законы и трудиться во благо этой страны. Простые слова, но за ними целая жизненная позиция, в которой нет ни обиды, ни оглядки, а есть понимание: паспорт даёт права и накладывает ответственность. Таджикская община в Твери, по его словам, давно стала одной из самых активных общественных организаций региона и сотрудничает с областным правительством.
Особенно интересно смотреть на молодых, на тех, кто приехал в Россию ребёнком или родился уже здесь. Они ходят в российские школы и вузы, спорят на русском, шутят на русском, смотрят те же фильмы и слушают ту же музыку, что и их одноклассники из Казани, Рязани или Новосибирска. Дома их ждут плов, бабушкины рассказы и родной язык, в школе и в университете русская речь и русская литература. Эти миры не вытесняют друг друга, а срастаются в одну биографию. Из таких ребят вырастают врачи, инженеры, предприниматели, юристы, будущие управленцы. Люди, которые одинаково уверенно чувствуют себя и за семейным дастарханом, и на деловой встрече в Москве.
Это не растворение, а скорее встреча двух культур внутри одного человека. Русская среда даёт молодому таджику образование, карьерные возможности, профессиональное сообщество. Таджикские корни дают то, чего иногда не хватает сверстникам: семейную крепость, уважение к старшим, привычку к труду. Из этого сплава получаются люди, которых в стране будут замечать всё чаще.
Пока рано говорить о массовом политическом представительстве. В Думе таджикская община представлена одним подтверждённым именем, а о региональных и муниципальных депутатах сводных данных нет: национальность кандидатов обычно не публикуется. Не стоит и путать происхождение с национальностью: родиться в Душанбе, как депутат Виктор Бут, ещё не значит быть таджиком. Возможно, людей с таджикскими корнями в местной власти больше, чем видно со стороны. Их просто никто не пересчитывал по фамилиям, и это хороший знак: в политику приходят не как представители общины, а как люди со своими идеями и делом.
И всё же у этой истории уже есть живое доказательство того, что путь от Таджикистана до российского парламента возможен.
Рахим Азимов родился в 1964 году в Шурабе, городке на севере Таджикистана. Дальше была Россия: Ленинградский горный институт, промышленность, госслужба, Кировская область. В 2015 году он стал депутатом Законодательного собрания региона, в 2016-м получил мандат в Государственной Думе, в 2021-м был переизбран. В сентябре 2026 года ЦИК внёс его в список 450 избранных депутатов нового созыва, и это уже третий срок. Таджикские источники писали, что он не забывает родной Шураб и помогал строить там современную школу. Российская карьера и память о родине у него не спорят друг с другом.
Азимов показал, что такой путь пройти можно. Следующий шаг за теми, кто сегодня сидит за партой в российском вузе, готовится к первой работе или только собирается на свои первые выборы. Кто знает, может быть, через несколько лет в списках избранных появятся фамилии, за которыми будет стоять уже не одно имя, а целое поколение, выросшее между двумя культурами и выбравшее своим домом Россию.
