В апреле 2020 года глава государства поставил принципиальную задачу – довести расходы на науку к 2025-му до 1% от ВВП. Чуда, конечно, не случилось, но ряд важных шагов в рамках ее реализации правительство все же предприняло, в том числе вернуло базовое финансирование НИИ, занимающихся фундаментальными исследованиями. Правда, и эти достижения вскоре рискуют быть перечеркнутыми, а ученые могут вновь столкнуться с материальными трудностями. Об этом в интервью нашему изданию рассказал председатель Отраслевого профсоюза работников науки, инновационных и образовательных организаций Марат Молдабеков.
Министерство науки – казахстанским ученым: денег нет, но вы держитесь…
— Марат Зинадилович, в связи с чем вы забили тревогу?
— Действительно, в последние несколько лет финансирование науки в Казахстане не только приобрело стабильный характер, но и демонстрировало уверенный рост. Так, общий бюджет этой сферы за 2023-2025 годы увеличился в 3,5 раза и достиг 646 млрд тенге. Данное обстоятельство позволило уполномоченному органу ежегодно проводить конкурсы на грантовое и программно-целевое финансирование, что в значительной степени способствовало обеспечению занятости ученых и привлечению молодых специалистов.
Ученые только-только начали привыкать к этой стабильности, как на горизонте замаячила угроза отката назад. Судя по некоторым источникам, уже в ближайшие годы финансирование науки может существенно сократиться. Подтверждение тому мы нашли на сайте «Открытые бюджеты», где по бюджетной программе 217 «Развитие науки» определены следующие показатели: в 2025 году — 225,9 млрд тенге; в 2026-м -181,5 млрд тенге; в 2027-м – 77,6 млрд тенге.
Выходит, урезание расходов на науку государство планирует начать уже со следующего года. Если в 2026-м по сравнению с 2025-м ожидается сокращение в 1,24 раза, то в 2027-м – почти втрое. Что касается размеров финансирования отдельно по программно-целевому и грантовому финансированию, то сокращение планируется в 3,48 и 2,91 раза соответственно.
Конечно, это не может не вызывать у нас обеспокоенность. Ведь в таком случае сократится и количество научных проектов, которые получат финансирование по итогам конкурса на 2026-2028 годы (он объявляется сроком на три года). Налицо угроза развала сложившейся в последние годы стабильной системы финансовой поддержки и деятельности ученых.
— Как это сокращение объясняют в Министерстве науки и высшего образования?
— Разумеется, мы направили соответствующий запрос на имя главы МНВО. Но ответ пришел за подписью и.о. председателя Комитета науки (КН) с визой исполнителя — руководителя управления бюджетного планирования и финансов (причем после повторного нашего обращения). А это значит, что запрос пересылали нескольким исполнителям – видимо, возникли сложности, касающиеся его предмета.
В ответном письме не отрицается ожидаемое сокращение финансирования на два предстоящих года. При этом отмечается, что решением Республиканской бюджетной комиссии одобрено выделение на развитие науки (по линии КН) 377,3 млрд тенге на ближайшие три года. Плюс указывается, что эти «средства выделяются для обеспечения финансирования конкурсов научных, научно-технических проектов и программ за счет бюджетных средств на 2024-2026, 2025-2027 и 2026-2028 годы». В то же время Комитет науки признает, что не имел возможности запланировать средства для проведения конкурсов на 2027-2029 и 2028-2030 годы, что и привело к резкому сокращению будущих расходов (по сравнению с бюджетом на 2025-2027 годы).
Кроме того, в письме отмечается, что с целью увеличения финансирования развития науки при планировании бюджета на 2027-2029 годы будут предоставлены заявки для обеспечения средствами конкурсов на эти три года, а также на 2028-2030 и 2029-2031 годы. Как заявляют в КН, это позволит предоставить новые рабочие места ученым, завершившим работу с предыдущими проектами и программами, и тем самым предотвратить массовые сокращения научных сотрудников.
Как бы то ни было, нужно признать, что Комитет науки не смог защитить интересы ученых, связанные с финансированием их деятельности, перед профильными госорганами по двум конкурсам: на 2027-2029 и 2028-2030 годы. По сути, он поставил руководителей НИИ и университетов в сложное положение по обеспечению занятости сотрудников, а руководителей проектов и программ — по дальнейшему продвижению этих исследований.
— Каковы ваши рекомендации в этой связи?
— Хочется напомнить уполномоченному органу, что в соответствии со ст.8.2.1. Отраслевого соглашения между МНВО и профсоюзами на 2023-2026 годы, участником которого является и наш профсоюз, сокращение работников науки признается массовым при увольнении свыше десяти человек в месяц. Причем работодатель должен уведомить об этом людей за два месяца, а не за один, как это предусмотрено в трудовом законодательстве.
Последний в свою очередь предусматривает ограничения, касающиеся расторжения трудового договора по инициативе работодателя. Это относится к работникам предпенсионного возраста, а также к некоторым категориям женщин, воспитывающих детей. И это тоже следует учитывать. Ведь такие ограничения еще больше усугубят ситуацию, создав дополнительные трудности администрациям НИИ и университетов, а также руководителям проектов и программ.
— Как эта ситуация может отразиться на кадровом потенциале казахстанской науки?
— Очевидно, что она может привести к тяжелейшим последствиям, поскольку многие ученые начнут задумываться о смене профиля своей деятельности. А молодые исследователи, которые, как правило, владеют иностранными языками, начнут готовить чемоданы для выезда за границу. В итоге это негативно скажется на кадровом потенциале отечественной науки.
Пока научные работники в большинстве своем не информированы о трудностях, с которыми они могут столкнуться уже со следующего года. Образно говоря, сковорода под ними вот-вот начнет нагреваться, но они об этом еще не ведают. И хотя мы далеки от нагнетания обстановки, вполне возможно, что в ближайшее время научной общественности придется объединиться для отстаивания своих интересов.
Поэтому мы посчитали необходимым информировать о складывающейся ситуации работников науки, членов нашего профсоюза, чтобы они уже сейчас активно включались в защиту своей профессиональной деятельности. Подать весомый голос следует и Национальной академии наук, и общественным отраслевым академиям наук. Все эти люди и организации — большая сила, которая могла бы удержать отечественную науку от падения вследствие возможного сокращения финансирования.
В то же время мы не теряем надежды на то, что МНВО и правительство все-таки предпримут необходимые меры для предотвращения грядущих проблем.
