Ручное управление футболом

Содержание:

Алишер Аминов — о новом постановлении президента Узбекистана о развитии футбола

Алишер Аминов. Фото из архива Алишера Аминова

7 апреля 2023 года президент Узбекистана Шавкат Мирзиёев подписал постановление «О дополнительных мерах по всестороннему развитию массового и профессионального футбола». В документе достаточно много нововведений, однако есть пункты, которые обсуждаются чиновниками из года в год. С просьбой прокомментировать постановление «Фергана» обратилась к экс-кандидату в президенты Российского футбольного союза (РФС), международному эксперту ФИФА, кандидату экономических наук, автору программы развития футбола в Узбекистане Алишеру Аминову.

— Подобные документы в Узбекистане публикуются если не регулярно, то периодически. Что это – способ подстроиться под тренды, попытка исправить недостатки?

— Действительно, за 33 года независимости Узбекистана издано больше десятка подобных постановлений. Эффективность — что-то около нуля.

Цивилизованное государство с демократическими формами должно четко разграничивать полномочия власти и федераций по видам спорта. Система подразумевает, конечно, несколько уровней принятия решений, но главным, определяющим – по крайней мере, в Узбекистане, – пока является именно государственный. Указывающий прямой путь к деградации футбольной отрасли.

Мало в каких странах подобными документами занимаются первые лица государства, а не спортивная общественность. Трудно представить, согласитесь, что аналогичные функции могут взять на себя, скажем, глава Франции Макрон, канцлер Германии Шольц или премьер-министр Англии Сунак. Вряд ли они ждут, чтобы толпы жаждущих руководителей всех спортивных федераций ринулись к ним за помощью.

— Кто должен подстраховывать президента от ручного управления процессами в спорте?

— Как минимум его администрация. Но, как показало время, новый руководитель АП Сардор Умурзаков, к сожалению, так и не сделал очевидных выводов после отставки своего предшественника и советника по спорту Джабора Раджабова, который курировал сразу шесть направлений, и спорт в том числе.

Чтобы отрасль работала эффективно, нужно решить ключевые задачи на разных уровнях, четко понимая, на каких этапах государство включается, а где в его участии нет нужды.

По логике, АФУ должна была провести комплексный анализ состояния дел, разработать и утвердить программу развития футбола на ближайшие пять лет. Для этого необходимо было создать профильный комитет по развитию, куда вошли бы представители региональных федераций, члены АФУ и специалисты в сфере футбола, изучить опыт развитых футбольных стран – и уже на этой основе с учетом местных особенностей и возможностей разработать проекты развития, подразумевающие конкретные механизмы его исполнения. Затем следовало вынести документ на обсуждение футбольной общественности и утвердить на исполкоме или на конгрессе АФУ и только тогда начать работу с государственными органами власти.

— Может быть, есть движение в эту сторону?

— Нет. На сайте АФУ не найти никакой информации о проделанной работе. Предложения, которые готовились для президента, носят декларативный, популистский характер. По сути, главе государства делегировали озвучку набора тезисов, многие из которых просто не в компетенции государственной власти.

— Что конкретно вас смутило в постановлении?

— Есть нестыковки. За три недели до этого постановления вышло другое, в котором говорится о продаже государством акций своих предприятий, в том числе и акций 12 футбольных клубов. Тут возникают вопросы. Например, 100% акций «Пахтакора» принадлежат государству, а половина финансирования осуществляется структурами бывшего хокима (мэра) Ташкента Джахонгира Артыкходжаева. Каково будущее клуба в случае его выкупа Артыкходжаевым? Есть ли гарантии, что босс будет содержать и финансировать на постоянной основе, если клуб существует в неэффективной экономической системе?

В новом же постановлении говорится о закреплении за клубами спонсоров. Какого спонсора в условиях полного отсутствия экономической модели может «назначить» государство, кроме госпредприятий? Частный бизнес может быть привлечен к проекту только на принудительной основе.

В общем, где истина, непонятно. И это только то, что на виду.

По сути, в новом постановлении президента Узбекистана исправлялись те ошибки, которые были сделаны в предыдущем. Это лишь свидетельство того, что в АП нет компетентных экспертов, которые могли бы оценить правильность и обоснованность решений. Курирующий их работу советник по вопросам спорта основывался исключительно на доверии руководства министерства спорта и АФУ. В итоге получается, что люди, которые готовили документы, дискредитируют своей некомпетентностью президента Узбекистана.

— Например?

— Мы помним ситуацию с «Пахтакором», когда его спонсировали структуры Алишера Усманова. Как только его бизнес ушел с узбекских металлургических комбинатов и обещал построить новый стадион, государство, как один из акционеров, выступило гарантом. Хорошо это или плохо – другой вопрос, но сам факт, что «Пахтакору» помогли пережить тяжелые времена, имеет место. Так что вполне вероятно развитие событий, при котором выкупленные у государства клубы начнут умирать: снизятся бюджеты, пострадают футболисты, академии.

В идеале государство должно принять решение, а регулирующие органы – разработать систему, которая поможет клубам существовать. Иначе можно прийти к ситуации, аналогичной сложившейся в Кыргызстане, где для участия в высшей лиге с трудом набирается 6-8 клубов.

— Неужели узбекские клубы такой неликвид?

— Ни один из узбекских клубов нельзя считать перспективным с финансовой точки зрения активом. Никто не отбивает и десяти процентов от расходов. Клубы ничего не получают за реализацию телевизионных прав, с посещаемостью тоже не все радужно. Да, в Намангане зачастую собираются полные трибуны, но ведь «Навбахор» периодически организовывает бесплатный вход. Это свидетельствует о низкой платежеспособности населения.

Однако, например, хоккейный клуб «Хумо» на стадии плей-офф в марте-апреле собирал свыше 7 тысяч болельщиков на домашних матчах. Тогда как футбольные клубы Ташкента – по 2-3 тысячи на «Пахтакоре», по 1 тысячи на «Бунедкоре» и по 300 человек на «Олимпике», не больше.

Алишер Аминов и ФК «Бухара». Фото из архива Алишера Аминова

Нельзя рассматривать этот вопрос с одной точки зрения: купит кто-то клуб или нет. Скажем, всегда находятся покупатели для «Андижана», который является частным активом, но все равно остается под контролем хокимията (администрации). Так или иначе, частные владельцы аффилированы с государством и покрывают расходы на клуб за счет государственного бюджета: выигрывают тендеры, получают госзаказы.

— Хокимы будут руководить футболом.

— Они всегда контролировали региональный и клубный футбол. Другое дело, что в постановлении фигурирует термин «назначаются» — следовательно, выборы исключены. С одной стороны, честно, но это противоречит уставам ФИФА, конфедераций и национальных ассоциаций. Если кто-то решит написать жалобу в Комитет по этике ФИФА, сославшись на постановление президента, есть все основания думать, что на АФУ могут наложить санкции с формулировкой «вмешательство государства в дела общественной футбольной ассоциации».

Клубы не учатся создавать зрелище, не стараются привлечь и удержать внимание болельщиков, не выстраивают отношения со спонсорами.

Эффективность их деятельности снижается за счет чрезмерного вмешательства государства, налицо слабое влияние рыночных мотиваторов – таких как конкуренция, удовлетворение потребностей клиентов, внедрение инноваций.

— В постановлении говорится о создании Фонда поддержки футбола Узбекистана.

— Сама идея правильная, так как проекты развития футбола должны иметь не только финансовую поддержку правительства Узбекистана, государственных компаний и бизнеса, но и конкретные механизмы их реализации. Это цивилизованная форма с участием государственных чиновников и бизнеса в составе попечительского совета. Вопрос лишь в эффективности реализации. Давайте вспомним, сколько подобных фондов поддержки создавались еще в 90-е годы, затем с приходом Мираброра Усманова, а с появлением Умида Ахмаджанова Фонд поддержки вообще закрыли и деньги, примерно около $2 млн, которые накопил Усманов, впоследствии просто исчезли.

— Много внимания уделяется массовому футболу.

— И это правильно. Очень важная тема. Базовая. Пренебрежение к массовой физической культуре, к здоровому образу жизни населения может поставить под угрозу здоровье нации. Еще в конце XX века практически остановились научные исследования в области организации и управления массовой физической культурой, формирования здорового образа жизни. Текущую ситуацию иначе как кризисом не назовешь. Ухудшение состояния здоровья и уровня физподготовки в условиях социальных, экономических и экологических проблем свидетельствует о несостоятельности традиционного подхода к физическому воспитанию школьников.

В сущности, на плаву остается лишь предоставление услуг в форме спортивного зрелища. Здесь футбол вне конкуренции. В связи с этим приоритетное направление развития созидательной активности молодежи – развитие игровых видов спорта.

На мой взгляд, что касается массового футбола, задача должна быть сориентирована на доступный и популярный мини-футбол, так как во всех школах и вузах имеются спортивные залы. Систематические занятия учащихся в школьных секциях по мини-футболу, проведение внутришкольных и вузовских турниров для мальчиков и девочек, а также для студентов – вот важная цель. Надеюсь, она будет реализована.

— Как вам идея с легализацией букмекерской деятельности?

— Государство видит упущенную прибыль и пытается изменить тенденцию, следуя мировым трендам. Но есть проблема: негативное отношение к букмекерским конторам в обществе.

В стране с гигантскими социальными проблемами ежегодно выбрасывать $140 млн государственных средств, делая приоритетом только спортивные клубы, — аморально.

Например, таджикские клубы тратят в совокупности $4 млн, и при этом частных клубов в стране становится все больше.

Но руководства АФУ и ПФЛ (Профессиональная футбольная лига) не желают, да и не способны заниматься экономикой. Положение дел устраивает многих руководителей клубов, агентов и менеджеров. Это выгодно тем людям, которые не развивают футбол, а наживаются на нем.

— Разве ПФЛ работает непродуктивно? Кажется, генеральный директор лиги Диер Имамходжаев популярен среди болельщиков.

— Имамходжаев не имеет успешного опыта проведения соревнований и пришел во времена Ахмаджанова только потому, что много критиковал узбекский футбол. Вообще, Ахмаджанов привлек несколько журналистов, чтобы просто закрыть им рот. Кто-то из них потом ушел, но Диёр остался. Будучи журналистом, он нахватался верхушек, но за шесть лет ничему так и не научился. Единственное, что он хорошо умеет, как и любой журналист, — это пиар. Причем собственный. Непрофессионал руководит профессиональной лигой, умело пуская пыль в глаза.

Диёр Имамходжаев. Фото с сайта stadion.uz

— Например?

— Взять проблему с лицензированием. Имамходжаев говорит, что Узбекистан по числу лицензированных клубов находится в Азии среди лидеров, при этом он не делает разницы между количеством и качеством. А мы ведь помним, сколько клубов имеют долги перед футболистами и тренерами, что входит в условия лицензирования. И все сразу встает на свои места.

Соответственно, возникает вопрос: как клубы-должники вообще получили лицензии? Ответа нет, потому что процесс выдачи лицензий – закрытая процедура.

Многие клубы недовольны положением дел, они пытаются донести до руководства свою позицию, но Имамходжаев ничего и никого слушать не хочет. Впрочем, клубы сами виноваты в том, что терпят такое отношение к себе. Все победы на международной арене ПФЛ присваивает себе, а неудачи вешает на клубы. Вообще, это привычная практика.

— Что имеется в виду?

— Недавно в Узбекистане прошел чемпионат Азии U20, вызвавший массу нареканий в плане организации. Но все недостатки списали «одним ударом», ведь турнирный успех затмевает проблемы. Тем более что президент Узбекистана почтил турнир личным присутствием, вручив призы победителям. Но что будет с ребятами дальше – вопрос. История подсказывает, что локальные успехи юношеских команд были и раньше – на чемпионате мира в Мексике, например. Но если национальная лига слаба по всем параметрам, талантливая молодежь не может развиваться. Молодые игроки просто не получают игровой практики на высоком уровне.

— Кажется, что ситуация с молодыми футболистам в последние годы выравнивается.

— Согласен. Приоритет узбекской экономической модели — продажа футболистов в более сильные лиги. Раньше проблема заключалась в том, что клубы задерживали молодых футболистов в надежде заработать на них побольше, и далеко не всегда это срабатывало. В последние годы тенденция действительно меняется. Даже в сборной U20, победившей на домашнем турнире, были легионеры.

— Но и в узбекской Суперлиге много молодых ребят. В том же ташкентском «Олимпике» средний возраст футболистов чуть выше 20 лет.

— «Олимпик», по сути, является олимпийской сборной Узбекистана и содержится за счет госбюджета, но в кулуарах сейчас гуляет информация о том, что за футболистов «Олимпика» взялся известный российский агент с сомнительной репутацией Герман Ткаченко. Теперь, по всей видимости, команда будет готовить игроков на продажу через агентство, которое сделало себе имя благодаря трансферам Шомуродова.

Выиграет ли от этого узбекский футбол? Будем надеяться. Получилось ли у Шомуродова? Парень играет в среднем по 20 минут за матч в «Специи», которая стоит на вылет из Серии А. Есть еще примеры – Урунов и Яхшибоев, например, которые уехали, блеснули и вернулись. Сколько заработали на этих трансферах клубы и менеджмент в связке с агентами – вопрос к правоохранительным органам.

— Наверняка футбольные люди в руководстве АФУ держат руку на пульсе.

— Хотелось бы верить.

— Кстати, как вы оцените работу вице-президентов Ассоциации Равшана Ирматова и Одила Ахмедова?

— Ирматов набрался определенного опыта в оперативной деятельности, «оброс мышцами» во внутриполитической борьбе. Теперь он – системный чиновник. Новое президентское постановление – во многом его работа. Но качество документа лишний раз свидетельствует о том, что у Ирматова нет квалифицированной команды. Постановление рождает кучу вопросов, на которые у руководства АФУ вряд ли найдутся ответы.

Равшан Ирматов. Фото с сайта uzfifa.net

На фоне Ирматова абсолютно провальной выглядит ситуация с Ахмедовым. Где он и чем занимается – неизвестно. Яркий пример того, как хороший футболист, не получив должного образования в области спортивного права и экономики, не пройдя необходимые ступени, превратился в плохого чиновника.

— Может быть, он занимается организацией предстоящего чемпионата CAFA. Вообще, насколько это нужная организация?

— В штабе CAFA в Душанбе я его не встречал. Что касается организации, то Центральная Азия долго оставалась единственной зоной, где не было региональной федерации. Из-за этого регион не имел гарантированного места в исполкоме АФК, поэтому на выборах в 2011 году «пролетели» и узбекский, и иранский представители. Зато в исполкоме оказались Мальдивы. Парадокс!

С идеей создания CAFA выступил в свое время бывший глава узбекского футбола Мираброр Усманов, предложивший создание организации в обмен на поддержку президента АФК Салмана Аль-Халифа. Первым президентом ассоциации стал сам Усманов, а офис находился в Ташкенте. Пока у Усманова был интерес, он финансировал организацию, а когда интерес упал, CAFA осталась без денег.

Члены CAFA поставили вопрос о смене генсека Максумова, и на тот момент президент АФУ Ахмаджанов назначил на пост Санжара Ризаева, для которого это стало началом карьеры.

Мультинациональной, с привлечением всех представителей центральноазиатских федераций в аппарат, CAFA стала только с переездом в Таджикистан. Президентом ассоциации является Рустам Эмомали, он же председатель Национального совета Таджикистана, мэр Душанбе. Понятно, что управление CAFA – не главная из его многочисленных задач. Основная нагрузка возложена на генерального секретаря Улугбека Каримова, который работал в Федерации футбола Таджикистана, но его полномочия ограничены. При этом Улугбек старается соблюдать демократические формы управления.

— Штаб переезжает?

— Насколько мне известно, вскоре будет принято решение оставить штаб в Душанбе еще на четыре года. Узбекистан мог бы претендовать на возвращение офиса в Ташкент, но Салман Аль-Халифа хорошо помнит, каких дров наломал Ахмаджанов, успевший за короткий срок своего правления испортить отношения с руководством АФК.

— Что с участием сборной России в чемпионате CAFA?

— Договор между CAFA и РФС так и не был подписан. В бюджете CAFA на проведение такого турнира средств не предусмотрено. ФИФА выделяет CAFA $1 млн на проведение турниров юношеских и женских команд, но не на национальные сборные. При этом офис, работающий в Душанбе, после пандемии провел большое количество турниров на достаточно высоком организационном уровне. Так или иначе, турнир состоится, просто теперь больше расходов ляжет на участвующие команды.

Как ни странно, сборной России этот турнир был нужнее, чем членам CAFA.

У них как раз есть четкий план подготовки к отборочным играм чемпионата мира и Кубка Азии, да и приглашение сборной РФ не выглядело политически простым в условиях санкций. Генеральный секретарь РФС Митрофанов назвал несколько абсурдных причин — жара, плотный график, но на самом деле причины могут быть другие. Руководство РФС до последнего тянуло решение и не смогло договориться по финансовым условиям с организаторами. Хотя, полагаю, бюджет турнира вряд ли был значительным для РФС.

Вообще, если подводить итоги года, руководство в РФС полностью провалило самый важный участок работы. Питая надежды остаться в европейском футболе, оно вело какие-то демагогические переговоры с представителями ФИФА и УЕФА, которые держали фигу в кармане.

РФС не предпринимал активных действий по вхождению в АФК. Подписали, к примеру, в Душанбе меморандум о сотрудничестве с Федерацией футбола Таджикистана, но если провести анализ эффективности этой работы за последние полгода, она равна нулю. Ни совместных семинаров, ни приглашения таджикских коллег для обмена опытом. Ни один российский специалист от РФС так и не приехал в Душанбе. Прямая ответственность на этом направлении полностью лежит на президенте РФС Дюкове и генеральном секретаре Митрофанове.

— CAFA ограничена турнирами с участием сборных?

— На мой взгляд, под эгидой CAFA мог бы появиться клубный турнир для команд, занявших, к примеру третье-четвертое места в национальных чемпионатах. К участию в нем можно пригласить российские и белорусские клубы.

При подготовке программы развития футбола в Таджикистане в рамках ее международной деятельности я обсуждал концепцию этого проекта в офисе CAFA, предлагал детально продумать идею создания турнира, провести переговоры на политическом и футбольном уровне. В данном случае не обязательно участие чемпионов стран CAFA, которые и так могут играть между собой в азиатских клубных турнирах: практически все призеры национальных чемпионатов так или иначе задействованы в Лиге чемпионов АФК. А у соревнований между командами, занявшими 3-4 места, в условиях дефицита международной игровой практики – неплохие перспективы. Уверен, что такой турнир вызовет интерес со стороны болельщиков.

— Вы говорите о подготовке программы развития для Федерации футбола Таджикистана. Как идет реализация?

— Прежде чем приступать к работе, потребовалось много времени для всестороннего анализа состояния футбольной отрасли в стране, изучения специфики и финансовых возможностей, которыми обладают ФФТ и правительство республики. Полагаю, Таджикистан двигается в правильном направлении, но потребуется очень много усилий и средств для того, чтобы создать несколько важных, фундаментальных образовательных программ по подготовке специалистов на базе образовательных учреждений Таджикистана. Необходима также разработка, утверждение и реализация государственной подпрограммы развития футбола в рамках действующей программы развития спорта, прежде всего, в части создания пяти региональных центров футбола и реконструкции стадионов.

Источник