Значительная часть электората Казахстана может осознать, что она окажется под угрозой фактического апартеида, и начнет сопротивляться, не дожидаясь решения проблем с националистами от властей республики, считает глава Евразийского аналитического клуба Никита Мендкович
Никита Мендкович
Депутаты мажилиса (нижняя палата парламента) Казахстана на пленарном заседании в среду согласились с изменениями и дополнениями депутатов сената (верхняя палата) в проект законодательных поправок, которыми закрепляется необходимость использования казахского языка в рекламе и вывесках, и только при необходимости — на русском и других языках. Таким образом, документ считается принятым парламентом и направляется на подпись главе государства.
— Никита, это решение носит технический характер или нам имеет смысл бить тревогу насчет притеснения русского языка?
— Этот законопроект носит заведомо провокационный характер. Он был внесен группой-депутатов националистов во главе с Бериком Абдыгалиулы, известным как член комиссии по реабилитации репрессированных, к которым он причислял бандитов советских времен, которые, по его собственным словам, «не являются преступниками, а просто убивали красных».
Этот зоологических националист связан с США, и, к сожалению, его инициативы в парламенте активно поддерживаются определенной политической группировкой, которая в этом году также лоббировала попытки полностью перевести школы на казахский язык и ряд других антирусских мер.
На текущий момент речь идет о том, будет ли этот закон заблокирован президентом, будет ли наконец реакция властей Казахстана на эти безудержные националистические выходки, или же будет продолжена политика потворства этим экстремистам.
— Какие будут последствия для Токаева, если он примет/отклонит этот законопроект?
— Если законопроект будет отклонен, это будет означать, что власть осознала проблему и пытается решить ее, сократив усилившиеся ксенофобские движения в стране. Напомню, что в 2020 году они уже привели к масштабному погрому в Кордайском районе, вследствие которого до 20 тысяч человек бежали из Казахстана.
Если власть и дальше будет потворствовать экстремистам и неонацистам, речь может идти об угрозе самой власти.
На текущий момент большинство населения Казахстана остается русскоязычным, включая этнических казахов, которые, как показывают последние исследования, более свободно говорят по-русски, чем по-казахски. Более того, попытка заигрывать с националистическим дискурсом на последних парламентских выборах уже привела к резкому падению правящей партии «Нур-Отан». Она, в сравнении с предыдущим избирательным циклом, уже не досчиталась около миллиона избирателей.
Ситуация может развиваться. В конце концов, значительная часть электората может осознать, что она может оказаться под угрозой фактического апартеида, и начнет сопротивляться, создавая свои организации, не дожидаясь решения проблем от власти, если власть продемонстрирует неспособность с ними справиться.
Все это может привести к тому, что не Токаев и нынешняя генерация элит, а кто-то другой будет решать вопросы внешней и внутренней политики Казахстана.
— Как раз есть версия, что все эти националисты подняли голову в том числе потому, что транзит власти затянулся, и Токаев не до конца контролирует ситуацию. Насколько это имеет значение?
— Я с этим не согласен. Напомню, что известный пособник нацистов, нынешний министр образования Асхат Аймагамбетов был назначен на высокий государственный пост еще в 2017 году, когда транзит власти еще не начинался. То есть где-то в 2016-2017 году началась инкорпорация в государственную элиту группы националистов-экстремистов, причем, тесно связанных с США.
Это не пустые слова. Тот же Аймагамбетов сделал карьеру при поддержке фонда Сороса. Ряд платежей, которые он получал, уже будучи чиновником, можно интерпретировать как взятки. Недавно в Казахстане был мощный скандал, связанный с тем, что была опубликована его фотография с нынешним директором ЦРУ, и это опять-таки подтверждает его тесные связи с американской элитой.
Но на все это закрывают глаза, потому что есть определенная квота на нацистов, и их держат в аппарате.
— Есть два прогноза насчет будущего русского языка в Казахстане. С одной стороны, это международный язык, и заменить его будет трудно, с другой, общество становится более казахским. Что из этого перевесит?
— Общество становится более казахским по крови, но русский язык все равно сохраняет лидирующие позиции. Если сравнить показатели свободного владения русским языком и его использования сейчас и 10 лет назад, то мы не найдем больших изменений.
Более того, сейчас численность русскоязычных классов в школах растет быстрее, чем казахских, несмотря на то, что прирост населения происходит в основном за счет казахской молодежи. Люди стараются дать своим детям русскоязычное образование, как завещал великий казахский поэт Абай.
— Расскажите еще, пожалуйста, про американские биолаборатории в Казахстане. Это серьезная проблема или мы ее несколько преувеличиваем?
— Это безусловно серьезная проблема. В настоящий момент на территории Казахстана действует две полноценных биолаборатории, контролируемых США: в поселке Гвардейский Джамбылкой области и центральная референс-лаборатория в Алматы.
Эти объекты были построены на деньги США и сейчас продолжают работать на американские и немецкие деньги, причем на именно деньги департамента обороны и Бундесвера. В них в качестве научных сотрудников работают представители Вооруженных сил США, Германии и Великобритании. Фактический контроль над ними осуществляют американские офицеры, которые находятся в Казахстане под формально дипломатическим статусом.
По сути эти две лаборатории давно превратились в военные базы США, которые только на бумаге значатся за Минздравом Казахстана. Сейчас еще пытаются построить третью лабораторию с более высокой степенью защиты. Очевидно, что речь идет о серьезных рисках для региона, поскольку идет работа над опасными для человека штаммами с целью разработки биооружия.
Казахстан тем самым грубо нарушает обязательства в рамках ШОС и ОДКБ, которые запрещают размещать военные объекты третьих стран. Нужна жесткая реакция президента страны по ликвидации этих объектов, которые фактически не подчиняются власти Казахстана, хотя находятся на территории республики. Президент должен отстоять свой суверенитет от американских колонизаторов.
— Будет ли Москва на это жестко реагировать?
— Москва прорабатывает этот вопрос. В этом году в лабораторию в Алматы по настоянию Москвы была допущена военная инспекция, но потом оказалось, что оттуда на момент инспекции американские военные были убраны, и теперь они строят новую биолабораторию на юге страны. Есть документы, доказывающие, что работы не прекращались и деньги на эти лаборатории продолжают выделяться Пентагоном.
— Как вы в целом считаете, идеи евразийской интеграции — это утопия или мы можем создать что-то эффективное?
— Евразийская интеграция безальтернативна, во всяком случае в ряде областей, включая экономику и оборону. Наша экономика и промышленность создавалась в рамках общего пространства, территориальные кластеры дополняли друг друга, и разрушение хозяйственных цепочек в 90е нанесло серьезный удар. Евразийский экономический союз как раз направлен на восстановление этих отношений и уже показал позитивное влияние на экономику и развитие промышленности во всех странах-участницах.
То же самое касается обороны. Ситуация в Афганистане показала, что нам неоткуда ждать помощи, кроме нас самих. Американцы, которые 20 лет заявлял, что берут на себя ответственность за ситуацию в регионе, бежали, оставив соседей наедине с террористами.
Очевидно, что евразийским и постсоветским государствам нужно выстраивать коллективную оборону. Нас за нас никто не защитит, мы сами ответственны за свое будущее.
