В третьей части нашей беседы с кыргызским политологом Игорем Шестаковым мы говорим о пользе российских санкций для экономик стран Центральной Азии и юбилее ЕАЭС.
– Главный вопрос, который сейчас широко обсуждается во многих странах: удалось ли западным акторам «оторвать РФ и КНР от стран Центральной Азии»? Какой в этой связи может быть прогноз?
– Безусловно, нет. Вернемся к 2023 году, для Кыргызстана он стал знаковым по количеству визитов представителей ЕС и США. Я даже не буду называть точное количество – через день, а то и каждый день мы встречали дипломатов, послов, представителей различных зарубежных миссий, посланцев различных НКО.
Старт этому положил госсекретарь США Энтони Блинкен, который встретился с главами внешнеполитических ведомств стран ЦА в Астане в феврале 2023 года. Именно с этого момента стал звучать знакомый всем лозунг: «Оторвать РФ и КНР от ЦА». Последующая цепочка событий и связанные с ними приезды дипломатов и чиновников в Кыргызстан должны были усилить посыл Блинкена, что, в общем-то, и делалось. Последний визит Кэмерона весной 2024 года – тоже из этой серии, но, если вы помните, «отрыв был конкретизирован» конкретным посылом дипломата:
«Мы не говорим Кыргызстану или любой другой стране, что вы должны сделать выбор, или что мы просим вас не делать выбор в пользу партнерства и торговли с Россией или Китаем или с кем-либо еще… И для нас важно, чтобы Великобритания была здесь и говорила, что она хочет быть вашим партнером в развитии образования, партнером в борьбе с изменением климата, партнером в развитии бизнеса, партнером в предоставлении молодежи новых возможностей для самореализации в вашей стране», – говорил Кэмерон.
Собственно, это уже не намек, а вполне конкретная программа действий, в которой регионы ЦА являются зоной интересов Соединенного Королевства. Наверное, так настойчиво не звучал бы голос экс-премьера Великобритании, если бы была достигнута главная цель – изоляция КНР и РФ. Плюс Британия за последние годы заявила о себе как об игроке на рынке труда нашего региона. Да, пока счет идет на тысячи, но и в США тоже лет 5 назад было их немногим более 10 тысяч, а сейчас уже в Чикаго под 80 тысяч. Понятно, что до Москвы и Подмосковья, где только кыргызстанцев не менее 700 тысяч, еще очень далеко. Но, приоткрыв пока небольшую щель в дверном миграционном проеме, Лондону важно показать, что шанс попасть в Англию есть. А трудовая миграция – это мощнейший инструмент мягкой силы в ЦА.
В целом, повторюсь, но санкции пошли на пользу странам ЦА, в выигрыше осталась и Россия. Достаточно посмотреть, к примеру, на товарооборот РФ с регионами стран Азии, становится понятно, что прошедший и начавшийся год демонстрируют устойчивую динамику. Я уже неоднократно говорил: благодаря такому «отрыву» в Кыргызстане, к примеру, колоссальный толчок в развитии получила легкая промышленность, различные другие отрасли экономики, которые до СВО находились «в спячке».
Опять-таки надо смотреть, а что предлагает коллективный Запад и США странам ЦА? Математика ведь простая, именно поэтому лидеры ЦА уже приобрели «иммунитет» и, скажем так, последствий за невыполнение указаний «Вашингтонского обкома» уже никто не боится. Конечно, это дипломатическая игра, но я смотрю, к примеру, на реакцию Садыра Жапарова и понимаю, что президент дорожит доверием и дружбой со стороны руководства КНР и РФ и ему не хочется приносить их в угоду интересов других стран.
…Что в итоге пообещал Кэмерон? Прозвучало – будет открыт фонд «поддержки центральноазиатского бизнеса». Большое место в переговорах было уделено и сотрудничеству Кыргызстана в области гуманитарных проектов – все это скорее по линии НКО, чем серьезные экономические предложения. Повторюсь, все это не сопоставимо ни со строительством русских школ, ни с российским проектом газификации Бишкека и реализации других масштабных кампаний.
Писали, что Кэмерон был недоволен военной базой в Канте, проектами газификации и требовал… допустить на территорию республики агентов МИ-6.
Что будет завтра – сказать сложно, но ясно, что догнать Россию и Китай по масштабам инвестиций и участию в экономиках стран просто невозможно.
– Юбилейное заседание ЕАЭС состоялось в Москве. Банально, но хочется спросить: на Ваш взгляд, каковы главные итоги деятельности экономического союза, не сказались ли события в «Крокусе» на деятельности Союза?
– Все-таки это два разных события. Давайте про юбилей ЕАЭС. Накануне в СМИ была негативная волна, одни эксперты сравнивали ЕАЭС с ЕС, что не вполне приемлемо, другие апеллировали к населению, которое не в курсе «свободного движения товаров и человеческих ресурсов». То есть фон создавался и задавался таким образом, чтобы не говорить о текущих проблемах внутри Союза, а говорить или, правильнее сказать, внушить мысль, что ЕАЭС просто нет.
Теперь обратимся к статистике, которая собирается из разных источников.
В январе – декабре 2023 года в рамках ЕАЭС отмечен рост промышленного производства на 3,7%, объема выполненных строительных работ – на 8,6%, оборота розничной торговли – на 6,6%. Грузооборот за этот период вырос в Кыргызстане (на 8,2%) и Казахстане (на 3,1%), пассажирооборот – в Армении (на 63,3%), России (на 12,8%), Казахстане (на 10,3%), Кыргызстане (на 8,7%) и Беларуси (на 7,8%). Уровень зарегистрированной безработицы по ЕАЭС составил 0,8% от численности рабочей силы.
Составлена стратегия направлений развития евразийской экономической интеграции до 2025 года с последующей их реализацией. Стратегия-2025 ознаменовала собой переход от этапа становления ЕАЭС к этапу проектной интеграции. По сути, сейчас уже все понимают, что благодаря ЕАЭС многие экономики в странах «не схлопнулись», а люди не растеряли рабочие места. Дальнейшее развитие ЕАЭС – это вопрос интеграции и кооперации, вывод на рынок новых производств, единых стандартов, регулирование таможенного законодательства и др. Это такое, условно говоря, «светлое завтра».
Теперь о «факторе Крокуса». Безусловно, звучавшие в первые дни после трагедии эмоциональные призывы разных политиков из РФ снять безвизовый режим со странами ЦА были объяснимы и понятны. Сейчас они, скажем так, не связаны со всеми странами ЦА, хотя МИД Кыргызстана выражает обеспокоенность затянувшимися проверками наших сограждан в российских аэропортах и на границах. Я хотел бы напомнить всем, для чего и с какой целью создавался ЕАЭС. Буквально на вторые сутки после трагедии в «Крокус Сити Холле» «ВЭС 24» опубликовал мой комментарий, который до сих пор не потерял актуальность:
«Во-первых, это было желание постсоветских республик поддержать бизнес и экономики своих стран. Во-вторых, были инициированы, в том числе и Россией, такие важные преференции, как свободное перемещение людей в рамках стран – участниц ЕАЭС. Поэтому на Евразийский союз надо смотреть шире – здесь возможности не только жителей ЦА работать в России, но и наоборот.
И важно, что в рамках этого союза заработал безвизовый режим, который значительно упрощает гражданам процесс трудоустройства, поиска жилья, адаптации в другой стране. Я это говорю к тому, что создание ЕАЭС было долгим и трудным процессом – согласовывались все моменты, наконец, изучались возможности стран. Все это происходило с участием не просто чиновников и депутатов, активное участие принимали первые лица государств-участников, а также эксперты и ученые.
Поэтому могу сказать, что в основе безвизового режима лежала потребность экономик в рабочей силе, их скорейшей интеграции в производственный процесс. Разумеется, потребности экономики РФ сыграли не последнюю роль.
Теперь о другом, о том, что могут и не знать чиновники, принимающие решения… Кыргызстан стал активным участником ЕАЭС в 2015 году, когда в республике происходила активная смена власти. Были и у нас «горячие головы», которые утверждали, что «у Кыргызстана свой путь в сторону Запада».
Так вот, Кыргызстан стал страной – участницей ЕАЭС благодаря именно жителям республики, так называемому действующему принципу «народной дипломатии», той «мягкой силе», которая и потребовала от властей участие страны в экономическом союзе. Почему?
Кыргызстанцы увидели не просто мифические перспективы возрождения «СССР 2», а, что называется, осознали реальную пользу. Бизнес увидел ее «в свободном движении товаров», а население – «в свободном перемещении». Да, с одной стороны, появлялась уверенность в завтрашнем дне, с другой – в отличие от ЕС, где существует жесткий регламент, связанный с получением визы и правилами пребывания в Европе, ЕАЭС давал и дает право всем находиться в любой стране (участников союза) без таких документов.
Я не буду вдаваться сейчас в экономическую составляющую ЕАЭС – статистики и аналитики на этот счет много, заявлений тоже хватает. Наш евразийский союз движется в торгово-экономическом плане вперед, развивая экономики. Попытки Запада санкциями затруднить этот процесс провалились. Очевидно, следующий этап должен заключаться в создании некой идеологии, которая объединит всех и, главное, задаст вектор развития на будущее.
А сейчас важно понять, каким образом осуществляется подбор работников, как распределяются квоты и где в итоге оказываются приглашенные трудовые мигранты… Но это вопросы к профильным российским ведомствам, и они не связаны с «безвизом» – правом работать в любой стране ЕАЭС. Это также вопрос и к ЕЭК, в составе которого есть департамент по вопросам миграции, где работают представители всех стран союза. Но чем там заняты в плане усовершенствования миграционных механизмов, увы, абсолютно неизвестно».
Я бы хотел в контексте свободного передвижения работников (не мигрантов и гастарбайтеров, а именно работников по законам ЕАЭС) подчеркнуть, что евразийский рынок – это тоже один из ключевых механизмов формирования евразийского гражданина. Для правительств стран Союза необходимо достигнуть результата, что «ЕАЭС – союз возможностей», тогда и стран-участниц станет больше, не исключая и страны ЕС, которые уже интегрированы в евразийскую экономическую повестку, к примеру, Венгрия.
Поэтому остается надеяться, что ЕАЭС будет развиваться, как и экономики стран-участниц.
