Этой фотографии ровно 55 лет. На ней — Лена, практикантка факультета геологии Ташкентского государственного университета им. В.И.Ленина (ныне Национальный университет Узбекистана им. Мирзо Улугбека). Сделана фотография в августе 1969 года в Таджикистане, в горах Дарваза, недалеко от Тавильдары, на золотом прииске. Автор фотографии — российский журналист Андрей Захватов, который сегодня, к сожалению, уже не помнит ее фамилии. Но хорошо помнит, что студентка из Ташкента была в этом районе на практике в поисковом отряде Анатолия Вобликова в Южной Геофизической Экспедиции, который занимался электроразведкой ВЭЗ на плато Даштако в поисках золота. Редакция посчитала его рассказ интересным, и публикует этот рассказ полностью от первого лица.
В ту поездку в горы Дарваза в наш отряд на должности младших техников включили двух девушек-практиканток – Тамару из геологического техникума уральского города Миасса и Лену из Ташкента, после 3 курса факультета геологии университета. Поговаривали, что Лена была дочкой какого-то большого начальника и настояла на том, что практику будет проходить не в кабинетах, а в настоящих горах и обязательно на золоте. В те годы конкурсы красоты проводились только за рубежом, но, по нашему мнению, в любом конкурсе она затмила бы любую красавицу.
Каждый день мы уходили в горы – поднимались на плато Даштако, где вели работы по ВЭЗ – вертикальному электрическому зондированию — и определяли, где и какие коренные породы лежат в основании альпийских лугов. Возвращались в лагерь вечером, ужинали и вскоре ложились спать. И вот однажды, когда почти весь наш отряд, кроме практиканток, быстро, почти бегом спустился с плато, и ужинал, мы увидели, как к нашему лагерю бежит Тамара. Срывающимся на плач голосом она сказала: «Там, у родника… Почти на самом выходе на плато… Лене там плохо с сердцем! Потеряла сознание, я бегом сюда…».
Мы сразу взяли лошадь, фонари и одеяло и поспешили к роднику. Лошадь не пригодилась, а одеяло оказалось не лишним. Лена лежала у родника без сознания и мы, насколько это было возможно, положили ее на одеяло и вернулись в лагерь в полной темноте. В палатке Лена пришла в себя – видимо сказался перепад высот.
Сердце у нее билось, наверное, с частотой 150 ударов. Лена плакала и говорила, что боится умереть. Лекарства от сердца были, но совсем не те, что надо. Речи о перевозке Лены в Душанбе за несколько сот километров не было, и рано утром следующего дня с другом побежали в кишлак Шугноу, чтобы по рации вызвать вертолет. Вызов наш приняли, но когда прилетит вертолет – не сказали, хотя мы очень настаивали, чтобы прилетел побыстрее. Вертолет пришлось ждать двое суток, и все это время мы по очереди растирали ее холодные руки и ноги. Наконец, рано утром новый для того времени Ми-8 приземлился и забрал Лену в больницу Душанбе. А еще через неделю наши работы на плато были закончены, и в конце августа за нами пришла та же большегрузная машина.
Наступил сентябрь. Все мои друзья, работавшие летом кто где, вернулись к учебе. Однажды утром я шел в школу, в свой последний 10-й класс и по пути встретил Лену. Немного постояли с ней, поговорили. Оказалось, что она приехала из Душанбе в экспедицию, – утверждать отчет о практике. Мимо нас и тоже в школу с хитрой улыбкой прошла моя одноклассница, и я уже знал, что все старшие классы сегодня будут говорить о том, что я стоял на улице и болтал с такой красавицей, которую «живьем» редко, где можно встретить.
Постояв еще немного, я сказал Лене, что скоро начнется первый урок, и она, прощаясь, протянула мне руку: «Спасибо тебе, Андрей». Рука у Лены была теплой. Я не знал, что ответить, только улыбался. И только потом, много позже, вспоминая эту встречу, я понял, что так искренне и такими простыми словами можно поблагодарить только за спасенную жизнь.
Вот такая простая история. Но сейчас известно, что в конце апреля – начале мая 2024 года в Ташкенте встретились выпускники факультета геологии, окончившие его в 1974 году по специальности «Геологическая съемка и поиски месторождений полезных ископаемых». До развала Советского Союза все работали в геологии по выбранной специальности. В «лихие 90-е» многие переехали из Узбекистана, некоторые поменяли профессию. Сегодня 10 однокурсников живут в Узбекистане, 9 – в России, 2 – в США, 1 – в Израиле, остальные, к сожалению, покинули мир. Из группы один стал доктором геолого-минералогических наук, двое – кандидатами геолого-минералогических наук. Егоров Тимофей Тимофеевич стал заслуженным геологом Республики Саха (Якутии).
Интересно, может быть, кто-то помнит эту девушку и этот случай? Как сложилась ее судьба?
