Курс евро при переводах по международной платежной системе Сообщества всемирных межбанковских финансовых телекоммуникаций (SWIFT) в последние месяцы продолжает падать.
В апреле этого года он достиг минимума за три года, а его разрыв с долларом увеличился на 11 процентных пунктов. Учитывая, что именно по нему ведутся торговые расчеты внутри ЕС и еврозоны, позиции евро в SWIFT еще слабее. В 2012 году 45% транзакций проходили в евро, в долларах — менее 30%. Судя по тому, как развивается ситуация, будущее этой валюты выглядит не слишком оптимистично, и утрата влияния евро — это не краткосрочное или временное явление, а, вполне вероятно, долгосрочная тенденция.
Во-первых, геополитическая ситуация ухудшается, и последствия будут ощущаться еще долго. После начала украинского кризиса ЕС и его государства-члены заморозили около 300 миллиардов евро резервов ЦБ РФ и около 19 миллиардов евро активов российских олигархов — впервые за всю историю Евросоюз запретил использовать такое количество финансовых средств крупной экономики. Недавно велись дискуссии о конфискации этих ресурсов и передаче их для поддержки Украины. Исходя из своих геополитических целей, ЕС пошел на такие крайние меры, как односторонняя заморозка и даже конфискация активов ЦБ страны и личных средств ее граждан, и такой поступок не может не привести к серьезным политическим, экономическим и финансовым последствиям. Иностранные центробанки готовы держать активы ЕС, особенно в евро, потому что они верят, что те сохранятся и даже вырастут в цене, а также могут быть использованы в любое время. Это отражает не только доверие к Европейскому союзу, но и привлекательность облигаций его стран-членов. Это вопрос взаимной выгоды для блока и третьих сторон. Тем не менее санкции Запада создали плохой прецедент, и в долгосрочной перспективе это была ошибка по отношению к евро.
США уже сделали из доллара оружие, но у внешнего мира сейчас нет других вариантов, кроме как подчиниться ему. При этом даже доминирующий доллар постепенно теряет доверие и влияние. Евро не обладает статусом валюты-гегемона, и его положение относительно хрупкое. Изначально другие государства считали его более безопасной альтернативой доллару. Например, Россия с 2014 года продвигала дедолларизацию, но от евро не избавлялась. Это также причина, по которой у нее остались такие крупные резервы в евро. Однако украинский кризис изменил все, и евро также начал использовать свой относительно ограниченный статус безопасной валюты для введения санкций против центрального банка суверенной страны. Это насторожило другие державы, которые задумались об уходе от долларовой зависимости: получается, что хранить евро тоже опасно, а это сильно омрачает перспективы интернационализации денежной единицы ЕС.
Во-вторых, экономический спад, вызванный украинским кризисом, ослабит долгосрочный статус евро. В отличие от американо-российских связей, торгово-экономические отношения РФ — ЕС были тесными и взаимовыгодными, однако развернувшийся конфликт полностью изменил их характер. Москва, конечно, понесла определенные убытки, но на самом деле Европа тоже потеряла очень многое. Найти новых покупателей российских энергоресурсов несложно, но ЕС отказался от дешевой энергии, из-за чего его экономическая конкурентоспособность ослабла. В то же время блок потерял и относительно большой рынок сбыта и инвестиций, поэтому поиск новых потребителей европейских промышленных товаров заметно осложнился. На волне ухода западных компаний из России предприятия стран ЕС также понесли большие потери, чем американцы, из-за их многочисленности, масштаба и солидной базы в этой стране. Статистика показывает, что разразившийся украинский конфликт привел к отрицательной динамике экономик государств ЕС и еврозоны, уровень инфляции в регионе остаётся высоким, а кризис стоимости жизни усугубляется. Экономика является основой валюты: деньги сильны, когда экономика процветает, и слабеют, когда та идет на спад. Евросоюз уже столкнулся с рядом структурных проблем, включая недостаточную экономическую и фискальную интеграцию на континенте, сдерживание высокого уровня благосостояния, старение населения, низкий уровень цифровизации и так далее. Конфликт на Украине будет в дальнейшем снижать долгосрочную конкурентоспособность экономики ЕС, что еще сильнее пошатнет фундамент евро.
В-третьих, непосильным бременем для валюты ЕС является «немецкая проблема». Германия, на долю которой приходится почти 30% объема производства еврозоны, это крупнейшая экономика блока и якорь устойчивости евро. За последние два десятилетия именно высокие показатели немецкой экономики регулировали еврозону и ее деньги, особенно во время кризиса суверенного долга, когда Германия сыграла роль настоящего ядра стабильности. Однако именно эта страна больше других пострадала от украинского кризиса. Из-за чрезвычайно тесных торгово-экономических связей Москвы и Берлина последний больше всего выигрывал от закупок дешевой российской энергии, и немецкое производство получало наибольшую выгоду от сбыта на рынке РФ. Поэтому из-за произошедших событий гордая обрабатывающая промышленность Германии понесла огромные убытки, что пошатнуло основы экономики государства.
В четвертом квартале 2022 года немецкая экономика сократилась на 0,5%, а в первом квартале 2023 года — еще на 0,3%, что означает, что в стране началась техническая рецессия. Существуют разные мнения об экономических перспективах Германии, но все сходятся во мнении, что в своем развитии она столкнулась с существенными трудностями. Еще до украинского кризиса рост экономики Германии застопорился из-за таких факторов, как старение населения, неэффективная энергетическая трансформация и низкий уровень цифровизации, а разразившийся конфликт еще сильнее омрачил ее перспективы. Если экономика Германии рухнет, она утянет за собой всю еврозону. Немецкие экономические проблемы также влияют на социальное и политическое развитие государства и на принятие решений внутри ЕС. Германия, вероятно, станет негативным фактором для региона, а банковский союз и фискальная интеграция еврозоны отложатся на неопределенный срок.
Рождение евро — это не только результат логического развития интеграции, но и ответ на произвол доллара, а также продукт стремления ЕС к денежному и финансовому суверенитету. Международное сообщество возлагало на него большие надежды, надеясь, что он сможет уравновесить гегемонический доллар и придать стабильности глобальной финансовой системе. Совпадение или нет, но тем не менее Соединённые Штаты оказались тесно связаны со всеми взлетами и падениями евро. 1 января 1999 года эту валюту официально ввели в обращение, и всего три месяца спустя вспыхнула война в Косово, которая стала для евро первым серьезным ударом. В 2008 году в США разразился финансовый кризис, который затем перекинулся на Европу в виде кризиса суверенного долга, — континент пострадал намного сильнее Америки, а еврозона чуть не развалилась. Украинский конфликт также связан с долгосрочной политикой НАТО под руководством США по сдерживанию России. Ущерб, нанесенный на сегодняшний день Европе, уже превосходит вред, причиненный Вашингтону, а евро резко обесценился по отношению к доллару.
Раньше евро был полон сил, а сейчас он вялый и слабый. Но такое его состояние — совсем не то, что желает видеть Европа и весь мир. Нормальный и здоровый рост евро отвечает потребностям правильного многополярного развития международной валютной системы.
Автор: Чжан Цзянь — помощник директора Китайской академии современных международных отношений и глава Европейского института
