Что стоит за этой встречей китайского политика с президентом Казахстана?
Президент Касым-Жомарт Токаев на встрече с заведующим отделом международных связей Центрального комитета Коммунистической партии Китая Лю Цзяньчао подчеркнул "вечное всестороннее стратегическое партнерство" двух стран. Политолог, председатель ОФ "Ассоциация исследователей Китая" Казбек Майгельдинов считает, что взаимодействие Казахстана и КНР развивается поступательно, это подтверждают показатели в торгово-экономической, инвестиционной и культурно-гуманитарной сферах. Новые горизонты стратегического сотрудничества будут обозначены в рамках предстоящего второго саммита "Центральная Азия – Китай" в июне текущего года.
— Казбек Умирзакович, что представляет собой политическая фигура заведующего отделом международных связей Центрального комитета Коммунистической партии Китая Лю Цзяньчао в Китае?
— Лю Цзяньчао является одной из ключевых фигур в дипломатическом аппарате КНР. Он начинал свою карьеру в Министерстве иностранных дел и занимал различные дипломатические посты, где я хотел бы отметить его работу в качестве представителя Китая и Великобритании в 90-х годах. Я думаю, что это дало ему значительный опыт взаимодействия с западными странами. Также он работал как официальный представитель МИД КНР, где отвечал за публичную дипломатию и формирование имиджа Китая на международной арене. То есть в области публичной дипломатии и продвижения мягкой силы Китая у него очень богатый бэкграунд.
Работа в отделе пропаганды КПК сделала его, я считаю, центральной фигурой продвижения китайской модели политической коммуникации. Ну и, конечно, назначение его заведующим отделом международных связей ЦК КПК делает его ведущим стратегом китайской дипломатии в отношении Евразии и Центральной Азии в частности. Все это говорит о его богатом опыте. При этом важно отметить, что в целом его роль в региональной политике выходит за рамки классической дипломатии, потому что он управляет взаимодействием Китая с иностранными партиями и политическими движениями. Это очень важный момент, который делает его инструментом реализации мягкой силы КНР в Центральной Азии.
— Что стоит за этой встречей китайского политика с президентом Казахстана?
— Визит в Казахстан Лю Цзяньчао как высокопоставленного функционера Коммунистической партии Китая, отвечающего за выстраивание долгосрочной стратегии страны, мы можем рассматривать как демонстрацию стратегической значимости Казахстана в китайской внешней политике. Это очень важный месседж. Встреча Лю Цзяньчао и Токаева подтверждает опять-таки тезис о том, что КНР рассматривает Казахстан не просто как транзитную страну для своей инициативы "Пояс и путь", а как стратегического союзника. Контекст встречи – это подготовка к саммиту "Центральная Азия – Китай".
Я думаю, что это очень важный момент, потому что формат саммита впервые как раз таки в Китае был реализован на уровне глав государств. После этого, как мы знаем, Соединенные Штаты Америки также провели такой же саммит на уровне глав государств, что говорит о повышении значимости Центральной Азии.
— Как вы объясните востребованность этого формата? И какое значение имеет предстоящий визит Си Цзиньпина в Астану для дальнейшего развития двусторонних отношений?
— Формат "Центральная Азия — Китай" очень важен. С одной стороны, Китай хочет занять лидирующую роль в регионе вместо России, можно даже сказать, в качестве альтернативы российского влияния. Ну, и КНР, конечно, это делает через экономическое доминирование. Плюсы в том, что страны ЦА, в том числе Казахстан, получают китайские инвестиции в инфраструктуру, идет формирование транспортного коридора, который снижает зависимость от России, с другой стороны, это очень важно для того, чтобы сам Казахстан через Транскаспийский международный маршрут превратился в международный транспортный хаб.
— На встрече с Лю Цзяньчао президент Токаев подчеркнул, что казахско-китайское "вечное всестороннее стратегическое партнерство" развивается по восходящей и устремлено в будущее. Какие ключевые факторы способствовали укреплению связей между Казахстаном и Китаем в период президентства Токаева?
— Казахстан и Китай сейчас являются стратегическими союзниками. И если мы будем рассматривать ключевые факторы в этом отношении, — это, конечно же, экономика инвестиций. То есть Китай для Казахстана сейчас является основным торговым партнером. Товарооборот между двумя странами уже перевалил за 40 миллиардов долларов. И в новом "золотом 30-летии" отношений Казахстана и Китая ставится цель достигнуть уже 50 миллиардов долларов. В рамках инициативы "Пояс и путь" сейчас реализуется более 40 инвестиционных проектов, более 50 совместных проектов. Это очень важный показатель.
С точки зрения геополитики, на сегодняшний день Казахстан использует сотрудничество с Китаем для диверсификации внешнеэкономических связей и снижения зависимости от России.
Конечно же, нельзя не отметить такие важные для сотрудничества между Казахстаном и Китаем направления, как энергетическое сотрудничество, увеличение китайских инвестиций в казахстанские нефтегазовые активы, формирование новых торговых маршрутов (это очень важно для снижение зависимости от российских транзитных путей).
— Насколько прагматична позиция Казахстана в поддержке инициатив Си Цзиньпина по построению справедливого мирового порядка?
— На сегодняшний день Казахстан поддерживает идею многополярного мира, то есть стремится к стратегическому балансу. Конечно, здесь важно учитывать нюансы. Да, мы получаем дешевые китайские кредиты, инвестиции в инфраструктуру, но, с другой стороны, в последующем есть риски того, что Китай может использовать эти же экономические механизмы как инструмент давления. Сам фактор угрозы долговой зависимости перед КНР есть, есть реальные примеры такого сценария. Поэтому Казахстану необходимо продолжать сотрудничество с Китаем, но с учетом национальных интересов, не допуская напора китайских инвестиций.
— Токаев на Нацкурултае в Бурабае говорил о "масштабной трансформации мира" и "эволюции" в контексте глобальных вызовов, "утрате актуальности глобализма" и росте "государственного национализма". Как это соотносится с внешнеполитическим курсом Казахстана, который традиционно стремился к многовекторности?
— Президент, говоря о масштабной трансформации мира и эволюции, имел ввиду, что Казахстан готов к новому балансу сил, но при этом будет играть самостоятельную роль. То есть мы будем усиливать сотрудничество с Китаем, с западными странами, но и интеграция с Россией также продолжится, потому что в любом случае полновекторная традиционная политика, которой придерживается наша страна, дает свои плоды сегодня. Даже при том, что рост государственного национализма присутствует, мы, возможно, где-то будем пересматривать принципы многовекторности через усиление внутреннего суверенитета, но баланс между востоком и западом, между крупными державами мы будем соблюдать, потому что это необходимо, чтобы не попасть в зависимость от одного центра силы.
То есть мы как страна, придерживающаяся мультивекторной внешней стратегии, будем лавировать между глобальными игроками, при этом укрепляя свой национальный суверенитет.
РК и КНР на сегодня являются стратегическими партнерами, но при этом Казахстан в любом случае пытается избежать полной зависимости. Это очень важный момент. Баланс мы соблюдаем и, соответственно, будущие отношения будут зависеть от экономической ситуации и геополитики. Но если анализировать, то на сегодняшний день наши основные приоритеты мы соблюдаем. И в дальнейшем, конечно же, будем продвигать как раз таки "важность учета голоса средних держав", о котором президент неоднократно говорил с высоких трибун.
