Однако и сторонники жёсткой линии своего не упустят
16 ноября на городском стадионе Диярбакыра при стечении 33 тысяч болельщиков, размахивавших турецкими флагами и распевавшими Istiklal Marsi, состоялся товарищеский матч футбольных команд Турции и Шотландии, завершившийся со счётом 2:1. «И в городе, и на стадионе царила очень приятная атмосфера. Наша сборная и народ Диярбакыра были едины. Они заполнили стадион и аплодировали. Город, стадион, болельщики, результат – все было хорошо. Проведение такого матча в Диярбакыре сделало нас очень счастливыми как федерацию, так и всех наших граждан», – порадовался глава национальной Федерации футбола Мехмет Бююкекси, особо отметивший роль в организации матча президента Реджепа Эрдогана. Имеется, правда, подозрение, что многие болельщики были не местными уроженцами, а организованно перевезёнными жителями других провинций, включая активистов правящей «Партии справедливости и развития» («ПСР»), коих заблаговременно снабдили билетами.
В городе «прописаны» два делящих местный стадион футбольных клуба – Diyarbakırspor и Amed SFK, играющий в третьем эшелоне турецкой футбольной лиги и получивший в 2015 году своё нынешнее название от курдского названия города (Амед). Поддержка клуба со стороны местной «курдской» администрации не даёт покоя фанатам-националистам команд соперников, да и властям, периодически обвиняющим Amed в связях с вездесущей «РПК». Пик гонений, сопровождавшихся дисквалификациями, нападениями и задержаниями, пришёлся на 2016 год, однако националистические страсти тлеют и по сей день, при том, что, к примеру, в 2020 году этническими курдами были только 8 из 18 игроков В частности, болельщикам клуба периодически запрещается посещать игры за пределами Диярбакыра, а когда всё же это удаётся, они сталкиваются с националистическими и расистскими выходками. Во время сентябрьского матча в Диярбакыре против клуба из Бурсы, болельщики которого имеют репутацию убежденных националистов, его игроков сопровождали на стадион и обратно на бронетехнике, а на поле бросали различные предметы. Несколько местных болельщиков были задержаны за появление на матче с флагами Курдистана. Эта давняя местная традиция, характерная и для Курдского автономного региона в Ираке, также едва ли свидетельствует о местном происхождении тех, кто в патриотическом порыве размахивал в ходе матча с шотландцами флагами «кемалистской» республики.
Как отмечает востоковед Саид Гафуров, всё, что говорит (а мы добавим от себя – и то, что делает) сегодня Эрдоган, следует рассматривать не как отражение реальности, а как целенаправленную электоральную политику. Опросы общественного мнения не свидетельствуют в пользу его однозначной победы, недооценивать оппозицию, несмотря на отсутствие у неё до сих пор единого кандидата, не следует. В то же время, нынешний турецкий президент – непревзойдённый политический тактик, тонко чувствующий конъюнктуру момента и умеющий выкарабкиваться из любой, казалось бы, безнадёжной ситуации. Как и многое другое происходящее сегодня в Турции, первая игра национальной сборной, прошедшая в неофициальной столице «Турецкого» Курдистана, несёт явный предвыборный оттенок: неустойчивые позиции властей и их неоднозначные шансы на победу обуславливают обострение борьбы за голоса избирателей курдского происхождения.
Некоторые наблюдатели отмечают смягчение позиции правительства по отношению к «прокурдской» «Партии демократии народов», пользующейся достаточно широкой поддержкой на юго-востоке Турции и отчасти у крупных городах. Конечно, проправительственная пропаганда и националисты – союзники «ПСР» по-прежнему приписывают «ПДН» тесные связи с запрещённой в Турции «Рабочей партией Курдистана», влияние которой уже далеко не так велико, как на гребне успехов партизанского движения в 1990-х годов. «ПДН» по-прежнему находится под угрозой ликвидации по суду с перспективой запрета на занятие политикой сотням активистов. Однако в начале ноября, неожиданно для многих, переговоры с её (и ещё двух оппозиционных партий) представителями провёл не кто иной, как один из ведущих функционеров «ПСР», министр юстиции Бекир Боздаг. Предметом переговоров стали предполагаемые конституционные изменения в части защиты права женщин на ношение хиджаба и защиты семейных ценностей, являющихся предметом особой (и опять, таки, политически мотивированной) заботы президента Эрдогана. В настоящее время альянс «ПСР» и «Партия националистического движения» (ПНД) не располагает в Великом Национальном Собрании необходимым числом голосов, чтобы провести изменения через парламент, либо же вынести их на референдум, как это пообещал сделать Эрдоган в случае необходимости.
Против ожиданий, лидер радикальных националистов Девлет Бахчели, возглавляющий «ПНД» вот уже четверть века, не только не осудил переговоры с «курдскими сепаратистами», но и назвал их «естественным шагом» в процессе работы над новой редакцией Основного закона. Между тем, ещё совсем недавно тот же Бахчели наиболее яро призывал к закрытию «ПДН», а когда в 2021 года Конституционный суд вернул обвинительное заключение для внесения процессуальных изменений – призывал разогнать и сам этот суд.
Предполагается, что иск о закрытии партии отложат в «долгий ящик», по крайней мене, до завершения июньских выборов 2023 года. Высказывается и предположение о том, что стратегической целью консультаций между «ПСР» и «ПДН» является предотвращение поддержки со стороны последней оппозиционных кандидатов (в частности, «народных республиканцев»), которое стало бы крупным успехом для правящего альянса. «Правящая партия, ПСР, незадолго до выборов хочет заключить мир с курдской общиной, не нужно быть политическим аналитиком, чтобы понять это», – таково мнение спортивного обозревателя Мерта Айдына.
«Оттепель» в отношении вчерашних преследуемых противников, обвиняемых во всех смертных грехах, прослеживается и по некоторым другим шагам властей, меняющих гнев на (скорее всего, временную) милость. Так, брошенному 6 лет назад за решётку сопредседателю «ПДН» Селяхеттину Демирташу предоставлен отпуск для посещения в Диярбакыре отца, восстанавливающего здоровье после сердечного приступа. В конце октября, после полуторагодовой кампании, удалось освободить из тюрьмы бывшего депутата ВСНТ от «ПДН» Айсель Туглук, которой врачи поставили диагноз «деменция». Одновременно в конце октября в Анкаре, Стамбуле, Маниссе, а также Мардине, Диярбакыре, Урфе и Ване полиция в достаточно грубой форме задерживала журналистов по стандартному обвинению в работе на «террористов» из «РПК».
Предыдущая «курдская инициатива» турецкого правительства стартовавшая в начале 2013 года посещением провластными депутатами тюрьмы на острове Имрали для встреч с Абдулой Оджаланом, сошла на нет после убийства при невыясненных обстоятельствах полицейских в Джейланпынаре, что стало поводом к проведению широкомасштабных полицейских и военных операций. По мнению некоторых наблюдателей, потеря контроля «ПСР» в 2019 году контроля над Стамбулом, Анкарой и Измиром, где также проживает немало курдов, до некоторой степени была связана с протестным голосованием сторонников «ПДН». Возможно, история повторяется – «курдский след» теракта на улице Истикляль в Стамбуле активно раскручивается высокопоставленными чиновниками, такими, как министр внутренних дел Сулейман Сойлу, вновь начались обстрелы северных районов Сирии и Ирака, в то время как в «РПК» открещиваются от какой-либо причастности к взрыву, унесшему жизни нескольких человек. По мнению политолога Икбаля Дюрре, «самое главное, что публично прозвучало обвинение в адрес США. Это очень серьезно. Такие заявления не делаются, если на руках нет неопровержимых доказательств. Заявления о причастности к теракту курдов, звучащие сегодня из уст некоторых политиков и экспертов, на мой взгляд, не профессиональны и поверхностны. Наоборот, сегодня между курдами и Эрдоганом идёт некоторое сближение. Зачем курдам сейчас мутить воду? Я не вижу в этом никакой логики».
Нет сомнений, что именно в Ак-Сарае располагают наиболее достоверными социологическими данными, по-видимому, свидетельствующими о необходимости сделать некоторые новые шаги навстречу многочисленной курдской общине с её высокими демографическими показателями и политической активностью. Однако основа диалога, как и 10 лет назад, по-прежнему видится весьма шаткой и подверженной колебаниям политической конъюнктуры, и противников у неё, причём не только в стане оппонентов, более чем достаточно. А значит, с высокой степенью вероятности, возможная реинкарнация «курдской весны» обернётся такой же постановкой, как и тщательно режиссированные «патриотические» флэш-мобы на стадионе в Диярбакыре.
Александр Григорьев
