В 1944 на сторону оперативной группы НКГБ, действовавшей в районе белорусских Барановичей под видом партизан, перешло 49 солдат и офицеров так называемого «Восточномусульманского полка СС». Позже к партизанам перешел еще 71 человек этого полка. В результате этого перехода в полку началось разложение: 250 человек фашисты направлили в концлагеря, а еще несколько человек расстреляли за связь с партизанами.
Таким образом, операция советской разведки под кодовым названием «Басмачи» дала свои первые результаты. Все перешедшие к партизанам 119 человек — целиком заслуга сына простого туркменского дехканина и советского разведчика Ага Бердыева. Историки спецслужб сообщают о нем немного. Но и того, что известно, хватает, чтобы поставить его в один ряд с более прославленным Николаем Кузнецовым…
Борьба за души
Выпускник физико-математического факультета Ярославского педагогического института Ага Бердыев имел «белый билет». То есть, был признан непригодным к военной службе. И это — несмотря на то, что Ага работал в контрразведке ГПУ Туркменской ССР с 1929 года. Однако, когда началась Великая Отечественная, на фронт Бердыева не брали долго. В конце концов, призыва он добился. Но отправили его не на фронт, а в Отдельную мотострелковую бригаду особого назначения (ОМСБОН) НКВД СССР. Там он числился под именем Назармамеда Дурдыева. Командовал ОМСБОН сам нарком внутренних дел Лаврентий Берия, а общее руководство осуществлял легендарный Павел Судоплатов.
В начале 1942 года советская разведка получила информацию, что нацисты из числа военнопленных — уроженцев Средней Азии и Казахстана — организовали «Туркестанский полк», а позднее — более известный сейчас «Туркестанский легион». Судоплатов в своих воспоминаниях писал, что «легион» был серьезным противником. По данным НКВД-НКГБ, в разное время немецкое командование направило на фронт до восьми батальонов из его состава.
Также Судоплатов вспоминал:
«В декабре 1942 года на Юго-Западном фронте мы захватили в плен нескольких солдат «Туркестанского легиона». В ходе их допросов выяснилось, что часть солдат легиона была настроена просоветски, а вступили в него, чтобы сохранить жизнь, были готовы в удобный момент перейти на сторону Красной Армии. Кроме того, нами были получены заслуживающие доверия данные, что в легионе действовали подпольные организации».
Также советская разведка знала, что нацисты отправляют военнопленных красноармейцев из Средней Азии и Казахстана не только на фронт, но также в разведывательные и диверсионные школы. Тогда Судоплатову и пришла в голову идея операции «Басмачи». Вестись она должна была по двум направлениям: разведка и пропаганда. «Станрадар» уже рассказывал про одного из участников этой операции — таджика Рахима Бурханова. Ага Бердыев — второй, о ком известно.
Под видом перебежчика в июне 1943 года Бердыев перешел к немцам. У них разведчику предстояло выполнить три задания. Во-первых, сообщить немецкой разведке и эмигрантским кругам, что якобы в Ашхабаде существует пантюркистская группа. Цель — перехват каналов связи противника с существующим в Туркмении антисоветским подпольем. Задание номер два — вступить в «Туркестанский легион» и добиться занятия в нем руководящего положения. Цель — собирать и сообщать НКГБ СССР подробные данные о «легионе». Третье задание — сблизиться с пронацистской частью туркменской эмиграции и внедриться в ее среду. Получил Бердыев и кодовое имя: «Ичиан», или «Скорпион».
Переброску Бердыева подтверждает и Судоплатов:
«Для внедрения нашей агентуры в туркменские националистические формирования с целью их разложения нами был заброшен в 1943 году в тыл противника спецагент «Ичиан», он же Бердыев Ага, туркмен, уроженец Ашхабада, беспартийный, с высшим образованием. «Ичиан» учился в России, окончил математический факультет Ярославского пединститута. Выбор на него пал не случайно. Он сотрудничал с нами с 1929 года, имел большой опыт разработки пантюркистской подпольной организации в Средней Азии «Тюркбирлиг».
Естественно, немецкая разведка устроила Ага Бердыеву серию проверок и провокаций. Однако Ага Бердыев благополучно все их преодолел. В итоге от него все же отстали. Нацисты поверили легенде «Ичиана», создали ему сравнительно хорошие условия жизни и предложили выступать с обращениями, а также составлять листовки-воззвания к туркестанцам – бойцам Красной Армии.
Незримые бои
Бердыев согласился на все условия немцев, потому что еще перед уходом за линию фронта ему на этот счет дали вполне конкретные инструкции:
«Если в формировании «легиона» будут принимать участие туркменские националисты-эмигранты, вам необходимо связаться с ними, всемерно добиваясь завоевания у них авторитета. Вашей задачей в этом случае является проникновение в руководящие эмигрантские центры. С этой целью вам разрешается выступить в эмигрантской прессе с серией статей националистического характера».
После прохождения всех проверок, Бердыева направили в Смоленск в распоряжение штаб-квартиры абверкоманды 103, которая располагалась там с октября 1941 по сентябрь 1943 года. Позывным абверкоманды 103 был «Сатурн». Именно о ней потом будет написан роман Василия Ардаматского «Сатурн почти не виден», по которому сняли кинотрилогию «Путь в «Сатурн», «Конец «Сатурна» и «Бой после победы».
Долго в Смоленске Бердыев не задержался. Поскольку немцы намечали использование «Ичиана» для шпионской и диверсионной работы в тылу Красной Армии, то для прохождения специальной подготовки его направили в Варшаву, а затем — в разведшколу в германском Луккенвальде.
Однажды в разведшколу приехали представители «Туркестанского национального комитета» во главе с казахом Оразом Имановым. В беседе с Имановым Бердыев, чтобы выполнить третью часть задания, предложил свои услуги по работе в ТНК. Иманов обещал переговорить по этому вопросу с руководителем Туркменского отдела «комитета» Рамазаном Курбановым и устроить Бердыеву с ним встречу. Встреча в итоге состоялась, и Курбанов представил «Ичиана» самому Вели Каюм-хану, который к тому времени претендовал на пост главы всей «туркестанской эмиграции». Каюм-хан, подключив нужные связи в Берлине, затребовал Бердыева к себе, и со временем «Ичиан» стал старшим пропагандистом «Восточномусульманского полка» СС. Там он, как пишут историки, начал работу по моральному разложению полка, продолжая отправлять в Центр сведения о готовившихся к заброске в наш тыл шпионах и диверсантах.
В документах об этом сообщается:
«Представленные «Ичианом» данные о деятельности разведывательных органов противника и работе туркестанских националистических формирований представляют значительный оперативный интерес. В частности, «Ичианом» установлено 67 агентов немецкой разведки, намечавшихся к заброске или заброшенных в наш тыл, и, кроме того, он знает в лицо значительное число лиц, обучавшихся в разведывательных школах в Луккенвальде и Аренсдорфе. Большая часть этой агентуры намечалась к заброске в Среднюю Азию».
Сам же полк перебросили в район станции Юратишки Барановичской области для борьбы с партизанами. Остальное читателю уже известно. Возвращаться назад Бердыеву было уже нельзя. Поэтому он остался в опергруппе, а в сентябре 1944 года его направили в распоряжение НКГБ Узбекской ССР. Там Бердыеву присвоили новое кодовое имя: «Стрела». Под ним Ага Бердыев включился в поиск и опознание заброшенных немцами в Узбекистан агентов абвера, которых в свое время упустила контрразведка. После того, как работа там была закончена, «Стрелу» направили в Туркмению. Всего с 1944 по 1947 годы Ага Бердыев помог найти 8 немецких агентов, которые обучались с ним в разведшколе немцев.
Официально Бердыев работал заместителем ректора Ашхабадского государственного педагогического института по научной и педагогической работе. В 1947 году на уровне министра госбезопасности СССР Виктора Абакумова рассматривался вопрос о выводе Ага Бердыева в одну из стран Ближнего Востока, но этому не суждено было сбыться. В ночь с 5 на 6 октября 1948 года Ага Бердыев возвращался из института, где задержался допоздна. Именно в это момент случилось одно из самых сильных землетрясений в истории человечества — Ашхабадское. В числе погибших был и Ага Бердыев. Рассказывают, что он попытался дать отпор мародёрам, но они его убили…
…Очевидно, что кроме Ага Бердыева в «Туркестанском легионе» и прочих подобных «формированиях» работали и другие советские разведчики. Очевидно, что нам — потомкам солдат Великой Победы — нужно знать об их подвигах все. Неважно где — за штурвалом самолета или корабля, в танке или вражеском тылу. Потому что по большому счету знание — одна из основ памяти.
