США и ООН помогают странам Центральной Азии управлять водными ресурсами, внедряя цифровые технологии. Рост потребления воды делает международное регулирование водных ресурсов еще актуальнее. Однако, выбирая партнеров, страны региона должны учитывать их интересы. Всемирный банк (ВБ) и Международный валютный фонд (МВФ), например, продвигают западные компании и ограничивают сотрудничество с Россией в водных проектах.
В Туркменистане в начале мая на Каракумском канале установлена первая система водоучета для измерения расхода воды. "Эта технологическая инновация улучшит способность страны управлять водными ресурсами для будущих поколений", – сказал на церемонии запуска системы посол США в Туркменистане Мэттью Климоу.
Новая система, установленная при содействии международного агентства USAID, деятельность которого запрещена в РФ, позволит правительству Туркменистана в режиме реального времени отслеживать расход воды из Каракумского канала, планировать более точное ее распределение для сельского хозяйства, питьевых нужд и промышленности. Поскольку, по прогнозам ВБ, последствия изменения климата в Центральной Азии могут привести к сокращению воды на 25% в притоках реки Амударья, проходящей по территории Туркменистана. Это создаст серьезные проблемы в обеспечении питьевой водой населения и для орошения сельскохозяйственных культур, говорится в сообщении американского дипведомства в Ашхабаде.
В соседней Киргизии для смягчения последствий дефицита водных ресурсов в рамках проекта ФАО "Интегрированное управление природными ресурсами в подверженных засухе и засолению ландшафтах сельскохозяйственного производства Центральной Азии и Турции – CACILM2" и при финансовой поддержке Глобального экологического фонда установили на каналах Нарынской и Баткенской областей ультразвуковые датчики. Приборы излучают ультразвуковые импульсы, отражающиеся от поверхности воды. Специальное оборудование регистрирует эту информацию, которая затем передается на компьютер. Таким образом система позволяет в режиме реального времени получать данные об уровне воды в каналах.
"В последние годы страны ЦА ведут переговоры, пытаясь решить водную проблему, однако их усилия договориться осуществляются на фоне стремительного ухудшения ситуации с водными ресурсами, а также активной политики Афганистана", – об этом сказал заведующий кафедрой политологии и политической философии Дипломатической академии МИД РФ, доктор политических наук Сергей Жильцов на конференции "Дефицит гидроресурсов в Центральной Азии: пути решения водных проблем на региональном и международном уровнях". Мероприятие состоялось в Бишкеке и было организовано Центром экспертных инициатив "Ой Ордо" совместно с ОФ "Green Energy" в партнерстве с Советом по устойчивому развитию в условиях изменения климата при спикере парламента Киргизии.
Напомним, реализация проекта началась в марте 2022 года. Протяженность канала, строительство которого должно завершиться к 2028 году, составит 285 км при ширине 100 м и глубине 8,5 м. Канал будет снабжать водными ресурсами сельскохозяйственные земли в провинциях Балх, Джаузджан и Фарьяб. Считается, что строительство канала позволит провести орошение 555 тыс. га земель в неплодородных районах. После завершения строительства потребление воды из Амударьи в Афганистане может вырасти с 7 до 17 куб. км. Это станет особенно проблематичным для Туркменистана и Узбекистана, расположенных ниже по течению, так как они могут потерять до 15% оросительной воды из основной реки региона, что, в свою очередь, приведет к уменьшению посевных площадей. По словам Жильцова, это не единственная причина для беспокойства. Строительство канала приведет к изменению климата и в конечном счете к экологической катастрофе.
Завершение строительства Рогунской ГЭС в Таджикистане, финансируемого Всемирным банком (ВБ), может стать поворотным моментом в водном кризисе Центральной Азии. С одной стороны, ГЭС обеспечит регион чистой энергией, но с другой – создаст потенциальный конфликт из-за отсутствия жестких гарантий по сбросу воды из Нурекского водохранилища. ВБ, признавая важность международных соглашений о вододелении, делает ставку на оптимизацию и координацию управления водными ресурсами в будущем, не предлагая конкретных механизмов на данном этапе. "Что касается плана экологических и социальных обязательств для Рогунской ГЭС, то мы хотели бы отметить, что в него не предполагается включать конкретные требования к расходам воды из Нурекской плотины. Тем не менее ожидается, что юридические соглашения будут включать обязательные положения, отражающие более широкое обязательство правительства по созданию будущих оптимизированных и согласованных планов эксплуатации и протоколов для Вахшского каскада в соответствии с соглашениями о трансграничном вододелении (включая, как упоминалось выше, ежегодное распределение воды и сезонные смены)", – говорится в письме ВБ на запрос общественности о рисках в гидроэнергетической сфере региона. (Документ имеется в распоряжении редакции "НГ".)
Директор Центра экспертных инициатив "Ой Ордо" Игорь Шестаков сказал "НГ", что активный интерес к водной проблематике региона проявляют мировые центры силы. "Строительство канала Куш-Тепа в Афганистане усугубляет проблему распределения водных ресурсов и подчеркивает актуальность международного арбитража. Однако важно прийти к пониманию, взаимодействие с кем из зарубежных партнеров может стать наиболее оптимальным, исходя из того, что внешние акторы имеют свои цели и задачи в Центральной Азии", – подчеркнул эксперт. По его словам, вода играет ключевую роль в экономическом плане, однако этот фактор является также ключевым и в вопросах региональной безопасности. "Данный вопрос имеет несколько контекстов и должен рассматриваться в их плоскости. Например, строительство Куш-Тепа связано с геополитическими процессами и демонстрирует присутствие в водной повестке ЦА внешних игроков, прежде всего США, которые через USAID финансировали строительство данного водоканала, причем без учета интересов Узбекистана, Таджикистана и Туркменистана. Начав реализацию этого проекта, Вашингтон абсолютно не интересовался, как он отразится на странах ЦА и какой урон нанесет их национальным интересам", – подчеркнул Шестаков.
Эксперт также обращает внимание на действия Всемирного банка и МВФ, которые, по его мнению, продвигают интересы западных компаний и ограничивают сотрудничество стран Центральной Азии с Россией в водных проектах. Шестаков считает, что Запад злоупотребляет своим влиянием в международных финансовых структурах, вынуждая страны региона отказаться от сотрудничества с Москвой. Более того, российской стороной в рамках СНГ и Евразийского экономического союза не раз предлагались варианты взаимодействия на основе межгосударственного консенсуса.
По словам секретаря Совета безопасности Кыргызской Республики (КР) Марата Иманкулова, "вода – это вопрос безопасности не только Кыргызстана, но и всего региона, поэтому вопросы гидроресурсов выносятся на повестку дня Совета безопасности КР".
