Намерение Турции вступить в БРИКС встревожило её союзников по НАТО. В БРИКС входят Бразилия, Россия, Индия, Китай, Египет, Иран, ЮАР, Эфиопия, ОАЭ и Саудовская Аравия. Ожидают рассмотрения заявки Азербайджана и Малайзии.
Из перечисленных два государства всегда выступали внешнеполитическими союзниками Вашингтона (ОАЭ и Саудовская Аравия), одно (Индия) развивает с ним тесное сотрудничество в Индо-Тихоокеанском регионе, чтобы уравновесить влияние другого участника – Китая. Факт членства этих держав в БРИКС свидетельствует о том, что во внешнеэкономической деятельности они более не рассчитывают исключительно на США и их союзников.
Та же картина и с Турцией. Она – южный форпост НАТО вблизи границ России. Членство Анкары в альянсе позволяло Западу держать под контролем Ближний Восток и Северную Африку. В последние годы Анкара проявляет самостоятельность, не всегда следуя в русле американской внешней политики. Объём политических и экономических противоречий между Турцией и Западом увеличился настолько, что турки решили идти не в ЕС, а в БРИКС. Заявку Турции рассмотрят на съезде БРИКС, который состоится в Казани 22-24 октября сего года.
Членства в ЕС Турция ждёт двадцать пять лет и может ждать ещё столько же. Турецкие власти явно утомлены процессом ожидания. На их глазах центр геополитической и экономической тяжести в мире смещается на восток. США и ЕС теряют звание гегемона и в попытках сохранить его совершают шаги, угрожающие безопасности турецкого государства.
В Ираке и Сирии американцы делают ставку на курдские вооружённые формирования, каковые в Турции считают террористическими. Турецкая армия и спецслужбы ведут многолетнюю борьбу против курдов, стремящихся создать на богатых нефтью смежных сирийских, иракских и турецких территориях независимое курдское государство. Поддержка американцами курдских формирований – удар по государственности Турции.
Вслед за этим США пошли на сближение с Кипром. Кипрский вопрос весьма болезнен для Турции. Остров разделён на Турецкую Республику Северного Кипра (ТРСК), основанную в 1974 г. по итогам турецкого вторжения, и Республику Кипр (РК), населённую греками. Это является яблоком раздора между Грецией и Турцией, т. к. каждая сторона считает Кипр своим.
С 1974 г. в греко-турецких отношениях соблюдался баланс, но сейчас США и Великобритания активно развивают с РК оборонное сотрудничество. Между Вашингтоном и Никосией подписана дорожная карта сотрудничества в сфере безопасности. Анкара выразила обеспокоенность, но кто её слушает? Кипр – слишком выгодный стратегический пункт, чтобы англосаксы отказались от сотрудничества с ним ради Турции.
В сентябре 2022 г. США сняли эмбарго на поставки оружия в РК, в октябре того же года подписали программу сотрудничества силовых ведомств РК с Национальной гвардией штата Нью-Джерси. ТРСК возмутилась, но вновь не была услышана.
В июле 2024 г. в РК с визитом прибыли корабли ВМФ США. «Военное сотрудничество США и Южного Кипра администрацией греческой части Кипра угрожает нашему государству», – заявили в МИД ТРСК.
Анкара опасается превращения РК в логистическую базу для проведения военных операций западными странами. В таком случае сближение США и РК сместит в пользу последней силовой баланс в Восточном Средиземноморье, где обнаружены крупные запасы газа. В 2019 г. турки договорились с правительством национального согласия Ливии о разделе прилегающей морской акватории. В ответ РК заключила соглашение с западными энергетическими концернами о подводной добыче газа в регионе. Турецкий президент Реджеп Эрдоган пригрозил размещением на территории ТРСК военно-морских баз ВМС Турции.
Узел противоречий затянулся так туго, что развязать его дипломатическим путём всё сложнее. Англосаксам Кипр нужен как плацдарм для проецирования своего влияния в Средиземноморье и проведения воздушно-разведывательных операций против России в связи с войной на Украине. В греческой части острова располагается военная база Великобритании, о возможности открытия своей базы говорили американцы. С британской базы взлетают дроны-разведчики, отслеживающие обстановку в российской части Чёрного моря, Крыму и других южных областях России. Собранная информация передаётся штабам НАТО и ВСУ для осуществления атак по российской территории и российским войскам в зоне СВО.
Анкара понимает, что Вашингтон и Лондон пришли на Кипр надолго, и совершила поворот в обратную сторону – в БРИКС.
БРИКС – экономический базис формирующегося многополярного мироустройства. Через эту интеграционную структуру лежит путь к межконтинентальному экономическому сотрудничеству для Евразийского экономического союза. Межконтинентальные торгово-промышленные и финансово-инвестиционные связи станут этапом развития нового мирового экономического порядка, где нет места диктату Запада. На прошедшей недавно в Нижнем Новгороде встрече министров промышленности стран БРИКС был поднят вопрос о необходимости ежегодной встречи ЕАЭС – БРИКС на уровне министров для обсуждения развития промышленности, исходя из основополагающих принципов обеих организаций – невмешательство во внутренние дела, равенство и взаимная выгода.
Выгоды Турции от присоединения к БРИКС очевидны. Ведущую строку в бюджете турецкого государства составляет экспорт товаров и услуг. Рынок БРИКС в этом отношении намного шире рынка ЕС, куда турки ещё недавно стремились. БРИКС – это 26% территории нашей планеты и 43% её населения. В 2023 г. Турцию посетили почти 57 млн туристов, и рост турпотока из стран БРИКС имеет больше перспектив, чем из ЕС и США.
Турция для России непростой партнёр. С одной стороны, Турция конкурирует с Россией в Сирии, Ливии, Нигере, Балканах, Закавказье и снабжает оружием киевский режим. С другой – после введения санкций против российской энергетики и намерений Киева прекратить транзит газа по территории Украины с 2025 г. Турция – единственный коридор для российского газа в Европу. Анкара планирует расширить сеть газопроводов для увеличения экспорта газа в ЕС до 7-8 млрд куб. м. в год, 40% которого составит российское голубое топливо.
Поставки энергоресурсов из России через Турцию задерживают переход европейских потребителей на более сжиженный газ из США как альтернативу российскому природному газу. Американский СПГ стоит на 30% дороже, и европейцы предпочитают покупать природный российский. Сторонники войны с Россией в европейском политикуме бьют тревогу: плата Европы за российский газ в два раза превышает финансовую помощь Украине. Румыния, возлагающая надежды на разработку своих газовых месторождений в Чёрном море, опасается, что российский газ в Европе тормозит отечественную добычу и не позволяет Бухаресту стать поставщиком энергоресурсов для ЕС.
Как видим, вступление Турции в БРИКС – это не только про экономику, но и про политику и энергетику. Бескомпромиссная ориентация Анкары на Запад осталась в прошлом.
