25 ноября в Бишкек приехали из регионов 1072 делегата на Первый Народный Курултай. Это были люди двенадцати национальностей, разного возраста и рода занятий. Среди них 26 трудовых мигрантов, 10 представителей религиозных конфессий. Много мужчин и мало женщин, большинство — с высшим образованием.
Когда–то, съезжаясь на народное собрание (курултай), кыргызы шесть дней спорили, обсуждая важные вопросы. После приходили к единому мнению. На сей раз курултай продлился всего два дня, в течение которых тоже шли бурные дебаты. Дело закончилось принятием резолюции, состоящей из сорока рекомендаций кабмину, Жогорку Кенешу, Генеральной прокуратуре и Верховному суду.
Рекомендации эти общего характера, без детализации. Иначе и быть не могло: их авторы не депутаты, не профессиональные юристы или экономисты, а обычные люди из народа.
Сейчас эксперты разного рода, политологи и прочие комментаторы событий обсуждают один главный вопрос: нужно ли было проводить этот довольно дорогостоящий форум или нет. А если нужно, то кому и зачем? Собрались, поговорили, пошумели, и все? Толк все–таки есть, хотя для большинства он и неочевиден. Курултай еще не начался, а вокруг него уже вовсю кипели страсти. Так называемая оппозиция сделала все, чтобы донести до общественности мысль о ненужности, бесполезности и даже вредности этого мероприятия.
Почему "так называемая"? Потому что нет в Кыргызстане оппозиции. Есть кучка людей, единственной своей целью ставящие критику власти и любых ее действий и поступков.
Параллельно с курултаем свой митинг провели энпэошники. Митинговали с дежурными лозунгами: свободу слову, политзаключенным и журналисту Болоту Темирову, а главное — свободу энпэошникам от ограничивающего их полномочия законопроекта.
"Курултай нам не нужен", — категорично заявляли народу оппозиционеры. Президент, дескать, всего лишь желает пропиариться и послушать в свой адрес хвалебные речи.
Интересно, что ровно то же самое собиралась сделать в прошлом году и оппозиция. Собрать курултай, поговорить, что–то обсудить — и разойтись восвояси. А один из главных оппозиционеров, депутат Адахан Мадумаров, провел–таки маленький курултай в Узгене, где вдоволь наговорился и наслушался о Кемпир–Абаде.
"Я на трибуне парламента сказал: отвезите меня на площадь Ала–Тоо, расстреляйте там, подожгите, а пепел над Кемпир–Абадом развейте", — так высокопарно он дал понять, что без водохранилища ему жизнь немила.
Прошедший в Бишкеке 25–26 ноября курултай назван Первым Народным. Почему так, не совсем понятно, ведь известно, что курултаи проводили еще предки кыргызов, решая на них насущные вопросы, объединяя народ и власть. Народными собраниями не брезговали ни Аскар Акаев, ни Курманбек Бакиев, ни Алмазбек Атамбаев.
По наблюдению экспертов, каждый из экс–президентов созывал курултай, когда чувствовал, что под ним качается кресло. Когда надо было спешно заручиться поддержкой народа, который по сценарию попросит главу государства не уходить в отставку. И были такие курултаи старательно срежиссированными спектаклями. И усидеть на "троне" они правителям не помогли.
Президент Садыр Жапаров не в той ситуации, когда надо срочно спасать свою власть и спасаться самому. Он достаточно уверен в себе.
И цель ноябрьского курултая он обозначил как помощь в согласовании общественно значимых интересов кыргызстанцев, местных сообществ и госорганов в решении наиболее важных для государства вопросов. Отныне курултай, как сказал президент и как с прошлого года записано в Конституции, будет проводиться каждый год и не будет дежурным мероприятием. На нем совсем не обязательно хвалить президента, а надо выступать с критикой, задавать острые вопросы.
В Положении о курултае указаны проблемы и темы, которые должны обсуждать делегаты:
работа госорганов и органов местного самоуправления; гуманитарно–культурное развитие страны; развитие национальной культуры, языка и возрождение национального наследия кыргызов; сохранение традиций и наследия народов Кыргызстана; взаимоотношения государства и религиозных конфессий; экология и рациональное использование природных ресурсов; разрешение межрегиональных и межэтнических споров и конфликтов; адаптация национальных традиций и обычаев к реалиям современной жизни.
Вопросы действительно наболевшие. И делегаты курултая пытались решать их каждый по своему разумению. Кто–то положительно оценивал работу президента и кабмина, давая осторожные советы на будущее. А кто–то обрушился на президента с жесткой критикой.
Участник курултая Батырбек Исмаилов так и сказал: лизоблюды в свое время сгубили трех президентов. И сейчас, по его словам, в зале сидят такие люди, но президент должен услышать истинный глас народа.
Экс–депутат Жылдызкан Жолдошева раскритиковала президентскую систему управления: кто бы, дескать, ни пришел на эту должность, став президентом, неизбежно превращается в монстра. По мнению Жолдошевой, Кыргызстану лучше всего подходит парламентаризм. Выступавшая обвинила президента в "крышевании" коррупции и призвала его "прекратить запугивать депутатов".
Делегат Сапарбек Аргымбаев поинтересовался у Садыра Жапарова, где 200 миллионов долларов, которые вывел из Кыргызстана Максим Бакиев: "Когда Алексей Ширшов приехал в Кыргызстан, его погладили по голове и сказали, что он вернет 200 миллионов Максима Бакиева. Он передал эти деньги? На какой счет они поступили?".
Батырбек Исмаилов обратился к президенту с призывом отпустить задержанных политиков и активистов, напомнив, что в свое время эти люди выступали за освобождение Садыра Жапарова из тюрьмы. А сейчас "происходит полное беззаконие".
Участники курултая поругали Камчыбека Ташиева за нецензурную лексику в Жогорку Кенеше, во время ратификации соглашения по кыргызско–узбекским границам. Аксакал из Таласской области Туратбек Мадиев сделал замечание Садыру Жапарову, который во время его выступления "играл в компьютере".
Садыр Жапаров не оставил без внимания ни одно критическое выступление. По поводу коррупции ответил, что борьбу с ней считает своей основной целью, однако она так глубоко пустила корни, что справиться с ней не так–то просто. Беда в том, что коррупцию часто поддерживает сам народ: каждый коррупционер — чей–то родственник или земляк, и многочисленная родня обязательно за него вступается. Что касается задержания активистов, организовывавших беспорядки в защиту Кемпир–Абада, то их судьбу, сказал президент, решит суд. Если признает невиновными — они будут оправданы и полностью реабилитированы. Пока, однако, апелляционная инстанция всех оставила под стражей.
Возмутившемуся "игрой" аксакалу Садыр Жапаров сказал, что не играет, а внимательно слушает и даже конспектирует его слова в планшете.
А вот делегат от Аламудунского района Сыргак Жолдошбеков пожаловался на представителей НПО, которые для Кыргызстана — тоже больная тема. По словам Жолдошбекова, в стране нет стабильности: "Садыр Жапаров, вы не обращаете достаточного внимания на их митинги, которые финансируются Западом. Возьмите их под личный контроль".
Одним из достижений закончившегося курултая можно назвать как раз жесткое прощание с членами НПО, которым не дали в очередной раз сорвать масштабное мероприятие государственного значения (или, по крайней мере, осложнить его проведение). Митингующих вовремя остановили, не особо с ними церемонясь. И участники курултая не высказывались в защиту "бедных" энпэошников. Какие еще итоги курултая можно отнести к малым достижениям?
