Анара Дауталиева, эксперт в области образования Кыргызстана и бывший член координационного совета при Министерстве образования и науки КР, поделилась с «ВЭС 24» своими наблюдениями о текущем состоянии и перспективах развития образовательной системы страны. Часть 1
Национальные стратегии черпали на Западе
В 2026 году мы отметим 35-летие нашей независимости. Всем известны достижения нашей страны, и известно о том непростом пути, который прошла государственность Кыргызстана… Надо понимать, что для успешного развития страны нужны кадры, образованные люди, которые вырастают из стен школ и университетов, то есть благодаря разумной образовательной политике, которую должно проводить профильное ведомство — Министерство просвещения КР (в прошлом Министерство образования КР). Вот оно-то и вызывает у меня опасение.
Что мы наблюдаем сейчас? Давайте посмотрим, так сказать, на хронологию событий.
В 1991 году мы обрели независимость, а в 1993–1994 годах, при Акаеве, Кыргызстан стал подписывать многосторонние международные договоры как с международными финансовыми институтами (МФИ), так и с другими организациями. И, как говорится, пышным цветом зацвели в Кыргызстане цветники всевозможных международных финансовых доноров и НКО, которые советовали, заставляли, чему и как нам учить кыргызстанских детей.
Главный итог этих действий — это отсутствие навыков самостоятельного разрешения проблем в области образования, особенно в разработке национальных стратегий и программ.
Было реализовано много проектов доноров, но проблемы остались
С приходом новой власти во главе с Садыром Жапаровым началось впервые повышенное внимание к системе образования и забота о ней. Президент неоднократно подчеркивал, что образование является первоочередной задачей для нашего государства.
Отчет прошедшего курултая 2025 года показал, что за один год было построено 163 образовательных объекта. Для Кыргызстана за 35 лет это достижение, сравнимое с эпохой Советского Союза.
Сейчас государство уделяет образованию больше внимания, чем когда-либо прежде. Но тем не менее проблемы и вопросы остаются.
Начнем с анализа структуры образовательной системы Кыргызстана. Ранее мы получали внешнюю помощь в пропорции 45% грантов и 55% кредитов. Теперь же все социальные проекты, включая образование, здравоохранение и социальные программы, будут финансироваться исключительно за счет 100% кредитов. Это связано с тем, что мы вышли из определенной черты бедности.
Это замечательно, что ВВП страны выросло за последние три года в разы в условиях, когда страна обременена выплатами по основным суммам внешнего долга, пик которого выпал с периода 2023 года и по сей день. И международная помощь может стать в дальнейшем обременительной для нас и наших потомков, ведь предыдущими проектами в области образования не были достигнуты ранее заявленные цели, то есть можно их считать провальными.
Семейно-клановые группы и «яд» МФИ
Теперь перехожу к имеющейся государственной политике. Во-первых, повторюсь, у нас отсутствует самостоятельность принятия решений в области образования. Мы постоянно составляем национальные стратегии и программы под диктовку внешних доноров. Перед Новым годом на протяжении целого месяца доноры наперегонки проводят свои финальные отчеты, промежуточные результаты. Все стратегии и программы находятся в их руках.
Во-вторых, мы сталкиваемся с диктатом внешних доноров, которые продвигают свои собственные проекты с собственной повесткой дня, которая может быть скрытой и неофициальной. Во-вторых, у правительства отсутствует явная политическая воля защищать национальные интересы. Родственники и другие представители семейно-клановых групп годами управляют этими грантами, создают ОРП (отдел реализации проекта), что приводит к явной коррупции.
Всемирный банк, как и его местные и центральные штаб-квартиры, знает об этом, но закрывает глаза, несмотря на наличие программы по борьбе с коррупцией.
В чем суть перехода на 12-летнее образование?
Теперь о главном. Практика предварительного обсуждения запускаемых программ с общественностью, в первую очередь учителями, родителями, профессорами и другими заинтересованными сторонами в сфере образования, отсутствует и отсутствовала при переходе на 12-летнее образование.
Родителей и учеников без их ведома и согласия переводят на экспериментальный режим, не учитывая возможную компенсацию ущерба, который может быть нанесен. Речь идет о двенадцатилетнем образовании.
В 2023 году Жогорку Кенеш отказался ратифицировать соглашение с Азиатским банком развития о выделении Кыргызстану $40 миллионов.Один из компонентов проекта — часть средств предназначались для перехода страны на 12-летнее школьное образование. Процесс отклонения соглашения занял около полугода.
Депутаты Гуля Кожокулова, Камила Талиева и другие выступили против проекта. Они не смогли понять, какие изменения повлечет за собой переход на 12-летнее образование. Однако позже Догдуркул Кендирбаева (министр просвещения. — Прим. ред.), проработав вопрос, смогла добиться его одобрения.
По словам Догдуркул Кендирбаевой, реформы по переходу на 12-летнее образование проводятся за счет государственных средств. При этом политика и основные решения определяются Азиатским и Всемирным банками, которые выделяют значительную часть финансирования.
Важно отметить, что на парламентском уровне гранты и проекты международных финансовых доноров обычно принимаются без должного обсуждения. Критика не играет значительной роли в этом процессе. Также не отлажена практика последующего контроля за ходом уже подписанного ими соглашения по образовательным проектам.
Мы ожидали, что парламент будет защищать наши права и интересы. Однако, как показывает практика, реформы в нашей стране часто оказываются непродуманными. Международные доноры приходят с готовыми проектами, которые уже включают цели, задачи, компоненты и распределение средств.
Доноры лучше нас знают, как распределить ресурсы между регионами.Это касается всех проектов: от сельского водоснабжения и городской инфраструктуры до образования. У них есть четкое разделение и распределение задач. Вот такое хамское и наплевательское отношение к кыргызскому образованию!
А что в сельской глубинке?
С момента подписания меморандумов и договоров с различными организациями, такими как Всемирный банк, Азиатский банк, ЮСАИД и ЮНИСЕФ, суммы финансовой поддержки значительно увеличились. Если изначально они составляли $16 и 15 миллионов, то впоследствии выросли до $50 миллионов и более.
Эти средства, начиная с 50 миллионов, были направлены на программные цели. Анализ показал, что около 60% этих средств ушло на тренинги, конференции, привлечение дорогостоящих иностранных консультантов и оплату транспортных и гостиничных расходов. Также были выделены средства на кофе-брейки. Содержание иностранных сотрудников и экспертов оказалось чрезмерно дорогостоящим, без учета реальных потребностей школ и детских садов республики.
Я провела мониторинг проектов в сфере образования и хочу отметить, что координация деятельности по различным компонентам проектов вызывает вопросы.
Внедрение новых процедур и методов оценки деятельности учителей и успехов учащихся в начальной и средней школе, а также улучшение качества преподавания в начальной школе и повышение квалификации учителей являются важными аспектами реформы финансирования образования. Однако эти меры часто дублируются и реализуются в рамках разных проектов.
Как гражданин нашей страны и благополучатель услуг этих проектов я ожидала увидеть положительные результаты. Однако, несмотря на усилия, поставленные цели не были достигнуты должным образом. Проекты переходят к новым этапам и объектам изменений в сфере образования, не решив предыдущие задачи.
В 2025 году Счетная палата Кыргызской Республики провела аудит проекта Всемирного банка «Образование для будущего».
В результате были выявлены нарушения, и материалы проверки направлены в правоохранительные органы.
Анара Дауталиева, эксперт в области образования Кыргызстана и бывший член координационного совета при Министерстве образования и науки КР
