Экс-президент Туркменистана, председатель Халк Маслахаты Милли Генгеша (верхней палаты парламента) Гурбангулы Бердымухамедов высоко оценил развитие сотрудничества с Россией. Об этом он заявил 2 ноября в ходе своего выступления в Совете Федерации (СФ) РФ. Он также сообщил, что следующий год в Туркменистане будет объявлен Годом русского языка, а в Ашхабаде начнется строительство первого туркмено-российского университета. По итогам переговоров со спикером СФ Валентиной Матвиенко подписано соглашение о создании Межпарламентской комиссии по сотрудничеству Совета Федерации и Халк Маслахаты.
Это первый визит Гурбангулы Бедрымухамедова в Москву в ранге председателя верхней палаты туркменского парламента, которую он возглавил после того, как решил "открыть дорогу молодым" и передал бразды правления своему сыну Сердару.
Напомним, что на внеочередных президентских выборах 15 марта 2022 года Сердар Бердымухамедов одержал убедительную победу, набрав почти 73% голосов. Свой первый визит он совершил в Москву, где российский лидер Владимир Путин наградил его орденом Дружбы за большой вклад в развитие партнерства Москвы и Ашхабада.
В конце августа 2022 года "за большой вклад в укрепление стратегического партнерства между РФ и Туркменистаном" Владимир Путин наградил орденом "За заслуги перед Отечеством" IV степени его отца. Ожидается, что в ходе нынешнего визита Гурбангулы Бердымухамедову вручат награду.
Тем более что его деятельность на посту главы верхней палаты парламента полностью подтверждает заслуги. Так, выступая в СФ, он отметил, что Туркменистан выступает за переход на новый качественный уровень экономического сотрудничества с Россией. "Мы всегда выступали за укрепление торгово-экономических связей между Туркменистаном и Российской Федерацией, то есть за придание нового качества и вывод этих отношений на уровень многофункционального экономического партнерства, где инвестиционная, финансовая, технологическая составляющие играли бы ключевую роль", – сказал Бердымухамедов.
Парламентское взаимодействие, по его словам, вносит важнейший вклад в последовательное развитие стратегического партнерства двух государств, в укрепление дружбы и взаимопонимания между странами и народами, объединенными глубокими историческими, культурными, гуманитарными связями. Бердымухамедов предложил "построить твердый законодательный барьер проявлениям экстремизма, радикализма, попыткам подрыва и дискредитации государственных устоев".
Экс-президент также сообщил, что в Ашхабаде планируется открыть Русский драматический театр и туркмено-российский университет. "Через культуру, искусство и науку, образование мы сможем обогатить стратегию и содержание нашего партнерства. В связи с этим хотел бы особо подчеркнуть высокоуважительное отношение к русскому языку, литературе, культурным и духовным ценностям русского народа в Туркменистане", – подчеркнул он.
Однако в самом Туркменистане не все так однозначно с русским языком и "разворотом в сторону России", как в последнее время принято считать. Об этом "НГ" рассказала туркменский политолог Кумуш Байриева. "Говорить о развороте (властей Туркменистана. – "НГ") в сторону России – это удел диванных экспертов. Вот пример. Туркменистан – единственная страна Центральной Азии, где не существует высшего образования на русском языке, не считая профильного института по подготовке преподавателей русского языка в качестве иностранного. Да и обучение русскому языку в школах умирает, на селе умерло почти, в городах еще теплится. А школа им. Пушкина, преподающая по российской программе, является единственной в стране. Кстати, сразу несколько учителей этой российской школы поражены туркменскими властями в правах: им запрещен выезд из страны, в том числе и в Россию, в том числе и на курсы повышения квалификации, и именно из-за их профессиональной деятельности и работы по внеклассному образованию в рамках образовательной программы. Власти России и посольство РФ об этом знают, но вопрос перед властями Туркменистана почему-то поднять не решаются", – отметила Байриева. У Туркменистана с Россией, подчеркнула политолог, нет железнодорожного пассажирского сообщения, цены на авиасообщение бьют немыслимые рекорды, делая деловые поездки возможными только в крайнем случае, а частные поездки сводятся к эмиграции на ПМЖ. Кстати, миграция в Россию все так же высока, хотя за 30 лет выехало большинство тех, кто хотел это сделать. Видимо, национальная политика туркменских властей тому способствует, хотя местные эксперты склоняются к тому, что сейчас миграция имеет по большей части экономические причины: безработица, низкий уровень жизни, отсутствие перспектив для детей – все это склоняет русскоязычную общину к отъезду.
"Так что реальное сотрудничество Туркменистана с Россией не будет касаться какого-то "вхождения России", расширения ее присутствия и полноценной работы институтов "мягкой силы" – ничего этого не будет, туркменские власти не позволят. А звучащие из уст депутатов Госдумы РФ сентенции о том, "как хорошо в Туркменистане и как хорошо с Туркменистаном работать", есть не что иное, как безразличие к интересам граждан России, проживающих в Туркменистане. Тотальная русофобия Ниязова (первого президента страны) и Бердымухамедова, которую они старались сверху насадить и навязывали обществу, столкнулась с жестким ее неприятием на уровне народа. Русская культура, язык – все связанное с этим вымывалось за счет государственной политики, но никаких проявлений оголтелой русофобии со стороны простых граждан, как мы это видим в Казахстане или Киргизии, в Туркменистане никогда не было", – подчеркнула Кумуш Байриева.
По мнению другого туркменского эксперта по Центральной Азии, Сердара Айтакова, то, что мы наблюдаем сейчас – наметившееся сближение между Туркменистаном и Россией, – есть не что иное, как реализация концепции Владимира Путина "по гарантиям суверенитета" своих ближайших партнеров и соседей. "Транзит власти от отца Бердымухамедова к сыну прошел без всяких проблем и был встречен с одобрением российскими властями, сам Сердар Бердымухамедов совершил первый зарубежный визит именно в Россию и был награжден орденом Дружбы, хотя на момент награждения пробыл на посту президента около двух месяцев. Сердар Бердымухамедов не раз заявлял, что существует необходимость противостоять попыткам вмешательства во внутренние дела извне, насаждению чуждых моральных норм, попыткам информационного влияния, что полностью созвучно политике и практике, а главное – идеологической платформе российских властей", – сказал "НГ" Айтаков.
Что же касается интересов России в Туркменистане, то они, по мнению Айтакова, состоят из двух частей: нивелирование газового потенциала Туркменистана на европейских рынках (в идеале – проведение согласованной газовой политики) и, конечно, направление транзитного потенциала Туркменистана в дружественный и уже союзнический Иран, а также в Афганистан, куда все эти годы Туркменистан строил логистические переходы, включая железнодорожные – два в Иран и два в Афганистан. Эти обстоятельства как нельзя лучше могут быть использованы в российской политике "поворота на Восток" с выходом через Туркменистан на Иран к Персидскому заливу и Индийскому океану. Другое дело – техническое состояние инфраструктуры. Ее надо будет довести до необходимого соответствия с ОАО "Российские железные дороги", ведь РЖД анонсировали начало широкомасштабного сотрудничества с Туркменистаном.
