Содержание:
Власти Узбекистана наконец-то криминализовали домашнее насилие
Фото с сайта darakchi.uz
Сенат Олий Мажлиса (верхняя палата парламента) Узбекистана вслед за депутатами Законодательной палаты одобрил поправки в Административный и Уголовный кодексы о криминализации домашнего насилия. Документ обретет юридическую силу после того, как его подпишет президент республики Шавкат Мирзиёев. Международная правозащитная организация Amnesty International подчеркнула, что Узбекистан будет пятой страной в Восточной Европе и Центральной Азии, где насилие в семье стало отдельным видом уголовного преступления. До этого в списке значились лишь Молдова, Украина, Грузия и Кыргызстан.
Закон сильно перезрел
Предпосылок к изменению законодательства было хоть отбавляй: в Узбекистане, где сильны патриархальные традиции, насилие в семье — очень распространенное явление. Согласно официальной статистике, которую на днях озвучила спикер Сената Танзила Нарбаева, в 2021-2022 годах правоохранительные органы получили более 72 тысяч заявлений о домогательствах и насилии в отношении женщин и девочек.
Причем свыше 61 тысячи обращений, что составляет 85% от общего их количества, приходится на случаи в семьях.
«К сожалению, до настоящего времени в Узбекистане не было отдельной нормы о привлечении к ответственности за семейное насилие», — посетовала глава верхней палаты парламента.
Кроме того, в Узбекистане ужесточили наказание по ряду статей Уголовного кодекса, касающихся «сексуальных преступлений», в том числе в отношении несовершеннолетних. Теперь человека, вступившего в половую связь с ребенком или подростком, не зная заранее (заведомо) его возраста, все равно привлекут к суду. То есть в данном случае незнание больше не освобождает от ответственности.
Статистика подобных преступлений тоже весьма печальна. По словам Нарбаевой, в 2021 году было зарегистрировано 156 случаев изнасилования, годом позже цифра возросла до 243 эпизодов.
Но красноречивее цифр статистики об актуальности проблемы говорят реальные случаи из жизни, рассказы о которых периодически публикуются в открытых источниках и ввергают общественность в шок. При продвижении законопроекта о защите прав женщин и детей активисты в качестве аргумента приводили весьма яркие факты, которые, возможно, и повлияли в итоге на решение депутатов и сенаторов.
Например, вспомним о беспределе, творившемся в детском доме города Ургенча Хорезмской области — этому кейсу посвящен отдельный текст «Ферганы».
По теме
- Падение Хорезма
Вкратце: заведующая детдома №1 на протяжении десяти месяцев «продавала» несовершеннолетних воспитанниц мужчинам, в том числе местным чиновникам. В итоге женщина получила 5,5 лет колонии, но насильники беззащитных девочек остались на свободе. Лишь после обнародования в соцсетях история получила продолжение — Генпрокуратура Узбекистана опротестовала приговор для госслужащих, посчитав его очень мягким. Верховный суд уже выступил с заявлением о том, что дело будет пересмотрено.
Сборная уродов
После того как Хорезм посетила детский омбудсмен Алия Юнусова, вскрылась еще одна дикая история, которую впору сопровождать дисклеймером для слабонервных. Причем ситуация оставляет несколько вопросов, требующих серьезного анализа. Но об этом позже.
Детский омбудсмен Алия Юнусова. Фото с сайта nova24.uz
Итак, вот что известно об этом кейсе со слов тети пострадавшей. В июле 2022 года ученик 11-го класса заманил 15-летнюю девочку в дом, где надругался над ней. На следующий день выяснилось, что весь процесс друг подростка снимал на камеру. Старшеклассник шантажировал свою жертву, грозя показать видео родителям и опубликовать порочащий материал в интернете. А потом заставил соседку встретиться вечером в «одном месте», где обещал на ее глазах удалить запись.
Но встреча оказалась западней — в огороде за домом девочку поджидали знакомые ее недавнего обидчика. Ее снова изнасиловали, теперь уже 11 или 12 мужчин поочередно, то есть по численности целая футбольная команда (!).
По словам родственницы пострадавшей, среди них были женатые и даже дальний родственник жертвы, лишь один мальчик учился в старших классах, остальным — примерно до 30 лет.
Женщина утверждает, что эта толпа насиловала ее племянницу каждые два-три дня в течение почти месяца.
Родственники школьницы узнали обо всем в середине августа и тут же обратились с заявлением в местный РОВД — районный отдел внутренних дел Янгиарыкского района Хорезмской области. Забегая вперед, отметим, что в связи с долгим затягиванием расследования семья девочки обивала пороги и других инстанций, включая органы прокуратуры района и области.
Но правоохранители как открыли уголовное дело о вступлении в половую связь с лицом, не достигшим 16 лет, так и приостановили его. По словам тети пострадавшей, следователи заявляли, что ждут результатов экспертизы, а подозреваемые не хотят сдавать друг друга.
Более того, силовики отговаривали заявителей от подачи иска или пытались переложить ответственность на саму жертву.
Ее родственница рассказывала, что сотрудник прокуратуры Янгиарыкского района, «кажется, по имени Гайрат», спрашивал: «Зачем вам этот позор? Зачем вы хотите заявление подавать? Это же девочке будет пятно на всю жизнь. Ей же завтра замуж выходить». Кто-то из следователей интересовался, а почему девочка вечером одна вышла на улицу, будто это повод для изнасилования. Или еще был вопрос: «А может, она сама захотела?». «Ага, 15-летняя девочка захотела, чтобы над ней надругались 11 парней», — возмущалась родственница.
Вот тут и начинаются вопросы. Пожалуй, ни в одной стране мира нет наказаний за глупость и бестактность, которыми, как видно, отличаются хорезмские люди в погонах, но есть же ответственность за халатность или бездействие. Будут ли возбуждены дела против нерасторопных следователей и прокуроров?
Страшно и то, что, как сказала тетя девочки, в их районе случаи изнасилования — не редкость, просто не все обращаются с заявлениями в органы.
Куда тогда смотрит местная власть, почему не проводит работу с населением, не защищает своих же девочек?
Подкачала и общественность, о чем говорит факт, что после инцидента администрация школы вынудила жертву насильников поменять место учебы. При этом, как вспоминает родственница пострадавшей, никто не пришел и не отругал надругавшихся над школьницей парней.
Дело возобновилось 4 апреля после визита в регион Алии Юнусовой. Детский омбудсмен попросила Генпрокуратуру и Министерство внутренних дел взять расследование под контроль. Надзорное ведомство сработало оперативно, заявив, что уже выявлены восемь человек в качестве подозреваемых и трое в качестве обвиняемых, их взяли под стражу. Так что, есть шансы, что «в далекий путь на долгие года» отправится вся эта «сборная района».
Битва за букву в законе
То, что законы, защищающие женщин и детей, а также поправки, ужесточающие наказание за домашнее насилие и надругательство над несовершеннолетними, необходимы, как выяснилось, очевидно далеко не всем.
Участница рабочей группы при Сенате, юрист по правам человека Дилфуза Куролова рассказала «Фергане», с какими сложностями она и ее коллеги столкнулись в законотворческой деятельности.
Дилфуза Куролова. Фото из соцсетей
«Рабочая группа была создана в апреле 2022 года, в нее вошли представители различных министерств и ведомств, правоохранительных органов, ННО, активисты, журналисты, блогеры, научные сотрудники. Всего 43 человека. Примерно на протяжении полугода мы работали над текстом. И уже в этом году, когда документ выложили на общественное обсуждение, процесс сильно усложнился, — вспоминает Куролова. — Потому что для принятия важных, концептуальных изменений нужно было убеждать многих, практически каждого участника рабочей группы. Здесь, скорее, мы боролись с укоренившимися стереотипами, а не со здравым смыслом. Когда споры не поддавались логике, то некоторые представители госорганов ссылались на специфику законодательной техники, чтобы »отметать» наши аргументы.
В итоге нам удалось убедить ключевых людей, обладающих политическим весом, встать на нашу сторону и принять закон, который будет защищать женщин и детей от насилия».
По словам нашей собеседницы, споры велись практически по каждой статье или концептуальному нововведению.
Куролова говорит, что зачастую дебаты длились по пять-шесть часов, а бывало, что и по десять.
«Например, когда дело касалось вопроса »заведомости», то у наших оппонентов были такие абсурдные аргументы, как »что, теперь у всех удостоверения личности спрашивать» или »а если это 15-летняя проститутка» и прочее. Мы пытались объяснить, что уже в этих формулировках содержится дискриминация, стигматизация и стереотипы. Проект Nemolchi.uz даже выпустил ряд разъяснительных материалов по данной теме.
А когда у противников заканчивались аргументы, нас просили предоставить статистику, которая, по закону, не может размещаться в открытых источниках, поскольку дела касаются несовершеннолетних. Мы ссылались на международные обязательства Узбекистана в области защиты прав человека и практику других стран, но даже это не переубеждало некоторых членов группы», — рассказывает Куролова.
Для нее не стало сюрпризом сильное сопротивление принятию закона мужчин, но удивило то, что власть имущие женщины поддерживали их точку зрения, искали аргументы против.
