Эскалация на Ближнем Востоке стремительно трансформируется из локального противостояния в фактор глобальной дестабилизации. Для Центральной Азии, находящейся в географической близости к очагу напряженности, последствия этого конфликта могут оказаться не менее серьезными, чем для непосредственных участников. Информационные, военные и геополитические волны от ближневосточного кризиса уже достигают региона.
Как рассказал изданию AsiaToday военный эксперт Нурлан Досалиев, анализ источников, связанных с военными структурами КСИР, а также материалов ряда авторитетных информационных агентств свидетельствует о том, что Иран официально отрицает причастность к серии беспилотных атак. В том числе, и на объекты в Дубае и Бахрейне.
Руководство Корпуса Стражей Исламской Революции заявило, что огонь не открывался. Между тем техническая идентичность беспилотников создает идеальные условия для манипуляций. Американские дроны, используемые в данном конфликте, визуально практически неотличимы от иранских «Шахедов» и их российских модификаций. Эта особенность целенаправленно эксплуатируется в информационной войне. Так как обнаружив обломки, арабские государства сталкиваются с невозможностью точно установить происхождение угрозы, что автоматически создает почву для обвинений в адрес Тегерана,
— уверен военный эксперт.
Яркой иллюстрацией этой схемы стал недавний инцидент с пролетом дронов над Азербайджаном.
Первоначально официальный Баку в течение двух дней демонстрировал «праведный гнев» и угрожал войной против Ирана. Однако после того как иранская сторона представила доказательства своей непричастности, азербайджанское руководство кардинально изменило позицию и принесло извинения,
— отметил Досалиев.
Версия о запуске беспилотников с территории Турции или израильских баз получила широкую поддержку среди ведущих экспертов по Кавказскому региону.
Стратегия управляемой эскалации
За текущими событиями просматривается устойчивый паттерн. Конфликт, инициированный двумя сторонами, методично расширяется за счет вовлечения новых игроков. Провокационные удары беспилотниками неустановленного происхождения, по словам эксперта, служат инструментом давления на монархии Персидского залива.
Арабские союзники открыто апеллируют к администрации Трампа с требованием продолжить военную эскалацию — и это несмотря на явные признаки того, что американский президент склонен к быстрому выходу из конфликта. Они попросту боятся остаться с Ираном один на один,
— констатировал собеседник.
Стратегические цели Израиля, в его оценке, носят долгосрочный характер. Расчет на молниеносную победу не оправдался, и теперь нарастает тревожная тенденция.
Международные эксперты фиксируют возросшую вероятность применения Израилем тактического ядерного оружия. Это обусловлено как истощением обычных вооружений и слабостью собственного ВПК, так и нарастающей зависимостью от американских поставок, которые существенно сократились,
— предупреждает Досалиев.
Афганский фактор
Примерно за неделю до начала бомбардировок Ирана вспыхнул конфликт между Афганистаном и Пакистаном. По имеющимся данным, он был инспирирован извне с конкретной целью: отсечь потенциальный афганский фактор поддержки Ирана.
Талибские формирования западных провинций традиционно тяготеют к Тегерану, и предполагалось, что они могли бы оказать ему существенную помощь. Локализовав афганско-пакистанскую напряженность, организаторы конфликта превентивно нейтрализовали эту угрозу,
— пояснил военный эксперт.
Особую озабоченность вызывает ситуация в северных провинциях Афганистана, где сохраняются остатки транснациональных террористических структур. Запад, как считает Досалиев, уже предпринимал попытки использовать эти группировки для дестабилизации Центральной Азии еще с конца 1990-х. Сегодня ОДКБ усиливает охрану границ, прежде всего по двусторонним механизмам Таджикистан — Россия.
Тем не менее угроза вооруженного вторжения сохраняется и может быть активирована в любой момент в зависимости от развития ситуации на иранском театре военных действий,
— резюмировал он.
Битва за нарративы
Параллельно с военными действиями в социальных сетях Кыргызстана и Казахстана фиксируется нарастающая волна провокационного контента. Под маскировкой межрелигиозных и межэтнических противоречий продвигается нарратив о том, что «арабам и персам лучше уничтожить друг друга».
Учитывая, что около 80% населения региона идентифицирует себя как мусульмане, эти манипуляции целенаправленно эксплуатируют религиозную идентичность для формирования враждебности к Ирану. Конечная цель очевидна: устранить почву для сочувствия Ирану в мусульманском мире,
— подчеркнул Досалиев.
Финансируемые извне специалисты по информационным операциям, по его словам, производят и распространяют подобный контент в информационных пространствах Центральной Азии. Это требует адекватного противодействия со стороны государственных структур, прежде всего в части мониторинга и нейтрализации деструктивных нарративов.
Радиоактивная угроза
Наиболее тревожный сценарий связан с потенциальным применением ядерного оружия. И здесь географические реалии работают против Центральной Азии.
Устойчивые воздушные потоки, регулярно переносящие песок иранского нагорья в направлении Бишкека, указывают на то, что в случае ядерного удара радиоактивные осадки неизбежно достигнут нашего региона. В отличие от химических облаков, рассеивающихся на больших расстояниях, радиоактивное заражение не теряет своей поражающей силы,
— заявил Досалиев.
Исторический прецедент Чернобыля 1986 года, напомнил он, красноречиво свидетельствует о масштабах подобной угрозы: радиоактивное облако охватило тогда всю Европу.
Ядерный удар на Ближнем Востоке создает сопоставимую угрозу для Центральной Азии,
— считает эксперт.
Борьба за призрачный Хартленд
Происходящее, по мнению собеседника, необходимо рассматривать в широком геополитическом контексте. Западная стратегическая мысль еще с начала XX века вынашивает концепцию установления контроля над так называемым «Хартлендом» — сердцевиной Евразии.
Распад Советского Союза стал лишь промежуточным этапом. Конечная цель — подобраться к России через последовательное ослабление цепочки: сначала Иран, затем Китай, и наконец сама Россия. Страны Центральной Азии в этой конфигурации оказываются на передовой — в роли буферных территорий между крупными противоборствующими игроками. Именно поэтому понимание истинной природы текущего конфликта принципиально важно для выработки правильных внешнеполитических ориентиров. Кто является реальным союзником, а кто — источником угрозы для региона,
— подытожил Нурлан Досалиев.
Ситуация на Ближнем Востоке развивается по сценарию управляемой эскалации с целенаправленным втягиванием все большего числа государств. Центральная Азия сталкивается с многоуровневой угрозой. Информационными операциями внутри региона, риском активизации террористических структур через афганское направление, реальной перспективой радиоактивного заражения.
Ответ на этот вызов требует не реактивных, а проактивных решений от углубления координации в рамках ОДКБ и ШОС до формирования совместных протоколов гражданской защиты. Но главное — выработки четких внешнеполитических ориентиров, основанных на трезвой оценке национальных интересов.
