О главных событиях в странах Центральной Азии, о тенденциях и трендах в нашем еженедельном обзоре «ВЭС-24»
Популярный российский писатель, драматург, журналист и телеведущий Олег Шишкин многим известен благодаря своим книгам-расследованиям, посвященным интереснейшим страницам истории. Кому-то он больше знаком как автор сценариев документальных фильмов, кому-то как постоянный ведущий документальной программы «Загадки человечества» на телеканале «РЕН ТВ». Олег Шишкин неоднократно бывал в Азии, недавно провел презентацию своей книги «Рерих. Подлинная история русского Индианы Джонса», в которой без Азии, понятно, не обойтись. Писатель ответил на вопросы «Восточного экспресса 24»:
– Тот факт, что Россия и Центральная Азия живут сейчас отдельно друг от друга, как-то влияет на цивилизационные связи?
– Конечно. Когда-то эти связи оказались ослаблены, но, наверное, об этих уроках надо подумать. Надо не говорить о том, какой прекрасный Китай, поскольку Китай там усиливает свои позиции, а мы ослабляем. Другие страны, в том числе, и Соединенные Штаты, усиливают свои позиции. Мы, например, подверглись определенным акциям со стороны Монголии. У нас самолет сейчас не летает до Улан-Батора в связи с известными событиями. А с другой стороны, гарантом безопасности этого государства является Россия! У Монголии есть министерство, которое называется министерство взаимоотношений с сопредельными государствами. Их всего два…
– То есть, важнее всего деньги, а как же глубокие исторические связи?
– Смотрите, в Средней Азии Китай уже показал, кто в доме хозяин. Часть территории Киргизии отошла Китаю, часть территории Таджикистана отошла Китаю, часть территории Казахстана отошла Китаю. Это урок и это урок очень сильный. А отошла за долги, кстати.
– Думали же, что просто будут брать деньги и все будет хорошо…
– Дело в том, что китайская цивилизация это цивилизация мощная. Ее политика складывалась в течение тысячелетий. И ее надо изучать обязательно.
Каждое молодое государство, с одной стороны, пытается удлинить свою историю, с другой – найти в истории фигуры, которых можно было бы определить в качестве системообразующих для нации. Иногда эти процессы носят уродливый характер, а иногда и откровенно опасный.
Все пять стран Центральной Азии – это молодые государства. Это факт. Историки могут спорить о цивилизационных аспектах, преемственности от Чингисхана или Тамерлана – это все нужно и увлекательно, но в качестве самостоятельных государств все республики региона появились на политической карте в 1991 году и, как бы это кому-то не нравилось, ничего с этим не поделаешь.
Поскольку отстройка национальной идентичности практически во всех странах, родившихся после крушения СССР, носила откровенно антисоветский характер (к слову, Россия – не исключение), то целый большой и по-настоящему славный исторический комплекс был предан остракизму и выброшен на помойку. Приходилось апеллировать к тому, что было перед указанным периодом или ему всячески противостояло. Апелляция шаткая, поскольку честный историк откровенно скажет, что в досоветский период было не так много хорошего, чтобы выносить это на авансцену современного развития государства, а конструкции историка нечестного будут либо хрупкими, либо опасными с точки зрения радикализующего потенциала.
Так, например, вместо того, чтобы изучать свою недавнюю историю, в которой Кыргызстан строил заводы («Киргизаатомаш», «Киргизэлектродвигатель», «Тяжэлектромаш» и другие), ГЭС, дороги, школы и университеты, Бишкек решил окунуться в свои средние века, то есть эпоху, когда юрты топили кизяком, а кыргызы умирали в среднем в 35 лет, поскольку представления о медицине были, мягко говоря, туманными. Именно эту эпоху назначили «золотым веком» Кыргызстана, а всех тех, кто нарушил эту идиллию – то есть большевиков (русских) – назначили врагами великой кочевой цивилизации. Соответственно всех тех, кто боролся с русскими за право кыргызов жить во времена Манаса (и это в XX в.), должно считать героями-освободителями Кыргызстана от ненавистной советской оккупации.
О каких героях речь? Вестимо, о басмачах и бандитах, которые вырезали советских функционеров, знакомящих крыгызских крестьян с трактором и учивших читать их детей. Резали и своих, кыргызов, которым надоело жить в раннем неолите. Теперь же тех кто резал официально назовут героями, поскольку парламент республики согласовал поправки в закон «О правах и гарантиях реабилитированных граждан, пострадавших в результате репрессий за политические и религиозные убеждения, по социальным, национальным и другим признакам». Ничего нового – басмачи пострадали от кровавого сталинского (советского) режима, отстаивая свободу известного в веках государства – Кыргызстан.
После президентских выборов в США многие задались вопросом, как новая администрация будет выстраивать отношения со странами Центральной Азии. «ВЭС 24» попросил прокомментировать возможные изменения известного политолога Андраника Ованнисяна.
– В экспертном сообществе несколько переоценивают внутриполитические изменения в США и их влияние на геополитические процессы в мире, особенно в контексте стран Южного Кавказа и Центральной Азии, которые не являются приоритетным направлением внешней политики Вашингтона. Возвращение Дональда Трампа на пост президента США вряд ли приведет к кардинальным изменениям в отношениях между Вашингтоном и государствами Центральной Азии. Этот регион исторически оставался на периферии внешней политики США, и в среднесрочной перспективе маловероятны значительные изменения в данном направлении.
При этом существует вероятность, что формат «C5+1», продвигаемый при администрации Джо Байдена, скорее всего, будет пересмотрен и возобновлен на уровне представителей финансового сектора. Более того, данный формат может быть «заморожен», если Трамп сосредоточится на более глобальных повестках и не будет втягиваться в бесперспективное геополитическое соперничество с РФ и КНР за влияние в ЦА.
Россия и Кыргызстан обсудили вопрос строительства транспортного коридора «Россия – Кыргызстан», которые должен пройти через Туркменистан.
Этот проект связан сразу несколькими факторами. В частности, с желанием Казахстана усилить контроль за товарами на границе, которое повлекло за собой многокилометровые пробки. Существует мнение о том, что сосед таким образом использует свое выгодное логистическое положение, для борьбы с конкурентами своих перевозчиков. Так это или нет, но швейные экспортеры из Кыргызстана начали жаловаться на заторы на госгранице.
При этом важно сказать, что кыргызский текстиль занимает существенную долю в товарообороте со странами ЕАЭС. Экспорт только восьми позиций одежды за январь-август принес кыргызским швейникам более $12 млн, а всего таких позиций более двадцати. Учитывая это власти страны прислушиваются к чаяниям работников легкой промышленности.
Однако барьеры со стороны Казахстана отражаются не только на швейниках, еще больше страдают поставщики сельскохозяйственной продукции. А это ключевые игроки кыргызского экспорта. Республика нацелена на создание двух международных торгово-логистических центров на севере и юге страны, предназначенные для международного экспорта агропродовольственной продукции в страны ЕАЭС и ближнего зарубежья. Известно, что северный центр разместится на площади 40 га с объемом хранения сельскохозяйственной продукции 3 тысячи тонн. Планируется, что его работу будут поддерживать 200 специалистов. Кроме того, на региональном уровне в республике запланирован запуск еще 20 торгово-логистических центров. Таким образом, республика делает сегодня ставку на экспорт своей сельхозпродукции, а устраиваемая Казахстаном блокада, прямо противоречит этим инициативам.
По-видимому, пришло время откровенного разговора о том, почему ситуация, что называется, на земле так разительно отличается о того, что пишут о России таджикистанские журналисты и интеллектуалы.
Ситуация характерна для всей Центральной Азии в целом, и мы неоднократно обращали на нее внимание. Однако давайте конкретно о Таджикистане – там все очень интересно. С одной стороны, по итогам 2023 года Россия является главным экономическим партнером Душанбе (опережая даже Китай), с другой таджикистанский медиа ресурс «Авеста» пишет о российско-африканском сотрудничестве буквально следующее. Процитируем:
«Оставшись в международной изоляции, Россия обращает свой взор на страны Африки, обещая поддержку и сотрудничество, стремясь стать для континента надежным союзником. Однако за внешне привлекательной риторикой скрываются сложные и разрушительные последствия, которые России невыгодно раскрывать».
Не будем погружаться вглубь текста, ибо ничего по-настоящему интересного в нем нет – все шаблоны известны и получены «Авестой» либо из курируемой Госдепом местной НПО, либо сразу из посольства США (или посольства Украины, но об этом чуть позже). Деньги не пахнут, мы понимаем, как и понимаем, что довольно странно читать такого рода нарративы (а их на «Авесте» не просто много – очень много) в СМИ государства, входящего с Россией в огромное количество договорных отношений, включая, к слову, военно-технические (в 2023 году в Таджикистан поступило из России два дивизиона систем С-300, например).
Шизофрения? Вероятно, раз медийное пространство Таджикистана даже не просто антироссийское, оно практически русофобское (это мы еще таджикистанские учебники истории не листали – точнее, листали). Идем дальше – не «Авестой» же единой. Берем другое издание – «Азия Плюс» (прописка также таджикистанская). Читаем: «В России действует двоевластие: «одна власть — Путина, выражает официальную позицию, а другая – Бастрыкина — отражает взгляды националистических групп». Нормальный заход. Кстати, в России, помимо «двоевластия», усмотренного таджикистанскими журналистами (и экспертами, их в публикации немало), действуют и живут еще около двух миллионов таджиков. Именно об их судьбе так переживают авторы материала, подвергающие сомнению конституцию РФ. Видимо, авторов очень обидело, что российские правоохранители быстро поймали исполнителей кровавого теракта в «Крокусе» и выяснили, что они этнические таджики.
Накануне афганские талибы встретились с представителями российского делового сообщества с тем, чтобы наметить контуры сотрудничества. В медиа не распространяются о конкретных российских интересах в Эмирате, но ничто нам не мешает предположить, что может привлечь инвесторов из Москвы в Афганистане.
Несмотря на то, что Талибан в качестве основного своего экономического партнера называет Китай (и у КНР действительно целый ворох экономических интересов в Эмирате), у России также немало точек соприкосновения с талибами. Причем точек именно экономических, хотя разделять экономику и политику в эпоху санкций и полного западного волюнтаризма в этой сфере по меньшей мере смешно. Если есть политическое взаимопонимание, то, как правило, и экономические вопросы решаются сравнительно быстро к вящей выгоде для сторон.
Политическое взаимопонимание у Москвы и Кабула в целом имеется, хотя ни для кого не секрет, что далеко не все политические методы Талибана Кремль безусловно поддерживает. Речь, например, о так и не созданном талибами инклюзивном правительстве – это проблема. Сложно обеспечить политическую стабильность в стране, если в формировании ее политического ландшафта принимает участие только одна этническая группа, тогда как в Афганистане их пара десятков. Отодвинутые в маргинальную зону этносы, понятное дело, всегда будут ждать момента для реванша. Оно бы и ладно: Афганистан – это непростое государство, для которого внутренняя война дело обычное. Однако возникают вопросы по сохранности и надежности инвестиций в эту страну.
Российские законодатели в последнее время уделяют повышенное внимание темам, так или иначе связанным с мигрантами. В частности, их владению русским языком. Об обязательных курсах для взрослых сказано уже все, и к ним привыкли. Но, как известно, в Госдуме РФ готовится законопроект, согласно которому предлагается запретить принимать в школы детей мигрантов, не владеющих азами русского языка. Точнее, без подтверждения его знания.
Планируется проводить тестирование самих детей на знание русского языка при зачислении в российские школы, а также «обязательные проверки законности» пребывания в стране их родителей. Проект этого постановления депутаты должны рассмотреть 20 ноября.
Чтобы узнать мнение о готовящихся изменениях, «ВЭС 24» обратился к известному российскому эксперту в области образования Константину Тхостову, возглавляющему Санкт-Петербургское региональное отделение Всероссийского педагогического собрания, а также директору лицея № 369.
«Смотрите, ну вот ребенок из России же не смог бы без подготовки учиться, например, в Узбекистане, верно? К тому же идет нагрузка и на учителя, который не владеет методиками преподавания для носителей других языков. Это отдельная специальность – преподавание русского языка как иностранного», – поясняет Константин Эдуардович.
От себя добавим, что в школьной программе есть масса других предметов, успеваемость по которым напрямую зависит от знания языка.
«Если взрослый человек, претендующий на работу в России, должен проходить тесты по языку, почему это не должно относиться к детям?» – продолжает эксперт.
По мнению Константина Тхостова, подготовка к жизни в России должна вестись еще до переезда.
