В Токио 19-20 декабря текущего года состоялся первый саммит диалога «Центральная Азия + Япония», который стал довольно насыщенным и отразил ряд ключевых вопросов регионального и глобального характера. В этой статье попытаемся рассмотреть почему эта встреча была важной в контексте глобальной повестки и отразится ли она на региональную конфигурацию сил.
Международная обстановка и роль Японии
Международная обстановка сегодня находится в состоянии интенсивной конкуренции крупных держав и трансформации мирового порядка. Центр глобальной политики и экономики плавно переносится в Азию где будет решаться проблема мирового лидерства в 21 веке. Процессы в этом континенте будут протекать под тенью противостояния Китая с одной стороны и США, и их союзников с другой. Уже сегодня во внешней политике США Индо-тихоокеанский крен становится приоритетным. Вашингтон стремится в этом регионе обновить, углубить и выстраивать новые партнёрские и союзнические отношения. Необходимо отметить, что соседи Китая озабочены ростом его влияния и заинтересованы в балансировании этого влияния. Япония во всех этих конфигурациях будет занимать ключевую роль.
При посреднической роли США, Япония и Южная Корея в последние пару лет идут по пути нормализации и выстраивании более тесных отношений. Хотя четырёхсторонний формат QUAD (Япония, США, Индия и Австралия) сегодня не столь активен, но всё же сохраняет потенциал для координации усилий в Индо-тихоокеанском регионе. Стоит напомнить также о формате AUKUS (Австралия, Великобритания и США) к которому может присоединиться Токио.
Немаловажным аспектом для Японии является вопрос нерешённых территориальных проблем с Россией. Спор между сторонами ведётся вокруг южных Курильских островов. Он возник по итогам Второй мировой войны и является препятствием для подписания мирного договора, а также развития двусторонних отношений.
Новый премьер-министр Японии Санаэ Такаичи входит в число тех политиков, которые стремятся вернуть стране статус «нормального государства». Последнее означает для Токио возможность самостоятельного обеспечения безопасности, ведения более независимой внешней политики и решительного отстаивания интересов в регионе и мире. Так, сразу после прихода к власти осенью текущего года она заявила о готовности военного вмешательства в случае угрозы суверенитету Тайваня, что вызвало серьёзную реакцию Пекина, который напомнил в свою очередь о статьях Устава ООН, позволяющих «странам-основателям ООН применить военные меры против милитаристских государств Второй мировой войны» в число которых входила Япония.
Подобные заявления из уст премьер-министра Японии звучат впервые, что ещё раз подтверждает стремление твёрдо отстаивать интересы страны, в первую очередь сдерживая Китай. Но такое сдерживание не ограничивается для Токио только Индо-тихоокеанским регионом. Страна восходящего солнца продвигает более глобальную стратегию, в которой Центральная Азия может сыграть стратегическую роль в качестве её тыла.
Почему Центральная Азия может представить интерес для Токио?
Центральная Азия может стать стратегическим регионом для Японии исходя из ряда преимуществ.
География и логистика. Регион расположен в самом сердце евразийского континента и граничит с Китаем и Россией. Такое расположение делает его ключевым элементом в развитии евразийских транспортно-логистических путей и торговли. Так, например, Китай придаёт Центральной Азии стратегическую значимость в обеспечении безопасности торговых отношений в случае блокировки морских путей в южном направлении. США и Европа в свою очередь стремятся содействовать диверсификации логистических связей и выходу региона на мировые рынки в обход традиционных транспортных путей (в северном направлении), в том числе в целях доступа к ресурсам ЦА. Сами государства региона также активно стремятся использовать свой транзитный потенциал и ищут альтернативные маршруты.
Регион также необходим для Поднебесной с точки зрения развития своих западных территорий. Центрально-азиатский рынок может способствовать росту производства и созданию рабочих мест в приграничных районах страны.
Ресурсы. ЦА располагает довольно большими запасами природных ресурсов, в частности редкоземельными металлами и критическими минералами. Последние в современном мире становятся крайне необходимыми для развития высокотехнологичной экономики. По некоторым данным в Центральной Азии сосредоточено, например, 38,6 % мировых запасов марганцевой руды, 30 % хрома, 20 % свинца, 12,6 % цинка, 8,7 % титана и значительные запасы других материалов. В целом в регионе расположено 384 месторождений этих минералов. Их значимость возрастает в контексте попыток Китая на который приходится около 60% мировой добычи и более 85% их переработки, вводить экспортный контроль. Отметим, что Япония сильно зависит от импорта критических минералов из Китая чья доля составляет около 60%.
Такая зависимость подталкивает Японию создавать альтернативные цепочки поставок. Так, в июле текущего года в рамках QUAD Австралия, Индия, США и Япония объявили о запуске четырёхсторонней инициативы по критическим минералам. А в конце октября Вашингтон и Токио подписали соглашение на сумму 400 млрд долларов куда входит в том числе область критических минералов.
Дипломатия и безопасность. Дипломатическая поддержка государств ЦА сегодня также превращается в весомый ресурс. Так, для России в контексте продолжающейся войны на Украине и международной изоляции всякая дипломатическая поддержка крайне необходима. В параде победы 2023 года в Москве 5 из 7 присутствующих иностранных гостей составляли лидеры Центральной Азии. В этом же году столицы стран региона стали центрами крупных международных мероприятий, а именно в Душанбе прошли саммиты СНГ и «Центральная Азия – Россия», в Бишкеке саммит ОДКБ, в которых принял участие президент России.
Дипломатической поддержкой государств Центральной Азии стремится также заручиться Китай. На саммите «Китай – Центральная Азия» прошедший в июне текущего года Си Цзиньпинь продвигал повестку Пекина о «сообществе единой судьбы человечества» и проект «Пояс – путь» находя поддержку своих коллег. КНР добивается поддержки центрально-азиатских стран не только в рамках многосторонних форматов, но и в рамках двусторонних.
Дипломатической поддержкой стран ЦА заручается и Япония. В принятом совместном документе План действий по диалогу «Центральная Азия + Япония» от 2006 году говорится, что страны Центральной Азии «выразили надежду на дальнейшее укрепление политической роли Японии в международном сообществе и подтвердили свою единодушную поддержку заявки Японии на получение статуса постоянного члена Совета Безопасности». Такая поддержка приобретает значительный вес для Токио сегодня в контексте заявлений Пекина о том, что Япония не может претендовать на кресло постоянного члена Совбеза.
Немаловажным является роль региона в обеспечении безопасности Центральной Евразии, особенно двух его ключевых игроков – Китая и России. Эти страны в целях обеспечения безопасности ЦА тесно сотрудничают с её государствами в рамках многосторонних (в первую очередь ОДКБ и ШОС) и двусторонних форматах. Нападения на китайские предприятия в конце ноября и начале декабря этого года отразили взаимозависимость безопасности Пекина со стабильностью в регионе и даже отразили их глобальные последствия.
Страны Центральной Азии заинтересованы в сотрудничестве в сфере безопасности. В вышеупомянутом Плане действий говорится о готовности Токио содействовать обеспечению стабильности в регионе, в частности на таджикско-афганской границы. В 2023 году правительство Японии приняло новую программу помощи в сфере безопасности — Official Security Assistance (Официальная помощь в области безопасности, OSA). Страны ЦА пока не включены в этот проект, но имеет смысл расширение за их счёт в дальнейшем.
Сферы преимущества Японии (пример Таджикистана)
Стратегия Японии в Центральной Азии изначально состояла в недопущении чрезмерной зависимости региона от его крупных соседей. При этом ей необходимо было занять те сферы где она могла составить конкуренцию. Географическая отдалённость и экономическое положение ЦА (отсутствие развитой инвестиционной атмосферы и бедное население) препятствовали развитию тесных торгово-экономических отношений с Токио.
Но регион, который столкнулся с огромным количеством социально-экономических и социально-политических проблем после развала СССР нуждался в содействии всестороннего развития и политической и экономической стабильности. Именно на эту сферу, где она могла составить конкуренцию, сделала ставку Япония. Она начала предоставлять свою помощь (финансовую, техническую и делиться опытом) странам Центральной Азии в сферах борьбы с транснациональной преступностью, здравоохранения, защиты окружающей среды и предотвращения стихийных бедствий, управления водными ресурсами, энергетики, торговли и инвестиций, транспорта и логистики, а также сокращения бедности.
Для реализации своих намерений в регионе Япония приняла в 1997 стратегию «Дипломатия Шёлкового пути» и в 2004 году «Диалог Центральная Азия + Япония». Свою стратегию в регионе Токио в основном продвигает посредством программы Официальной помощи развитию (Official Development Assistance, ODA), инструментом реализации которой является Японское агентство международного сотрудничества (JICA). Так, например, проектный портфель организации в Таджикистане за первые 30 лет её работы (1993-2023) составил 49 проектов на общую сумму более 427.4 млн долларов из которых 97.2 млн долларов составили техническую помощь, а 330.2 млн долларов грантовую.
Одной из основных программ JICA является обучение таджикских госслужащих в Японии с целью повышения их квалификации. Организация предоставляет ежегодно 15 стипендий таджикским чиновникам для получения степеней магистра или доктора (PhD), а также организует учебные курсы около 100 человек. Свыше 2500 специалистов уже получили необходимые знания в Японии и сегодня занимают посты в таджикском правительстве. JICA реализует в Таджикистане также проекты в сфере инфраструктуры, здравоохранения, развития трансграничного сотрудничества, борьбы с бедностью, развития сельского хозяйства и др.
В проектный портфель организации например входят: проект по улучшению международного аэропорта Душанбе; проект по улучшению оборудований для содержания автомобильных дорог в Согдийской области и в восточной части Хатлонской области; проект по улучшению благосостояния населения, проживающего на таджикско-афганских приграничных территориях (совместно с ПРООН); проект по развитию сельских районов в таджикско-афганской приграничной зоне Горно-Бадахшанской Автономной Области (CBRD); Проект продовольственной безопасности для привилегированных фермеров (2KR); Проект по предоставлению специального медицинского оборудования по контролю над инфекционными заболеваниями (EPI) (в двух фазах) и др.
Итоги Саммита: новый подход Японии?
Перед тем как начать подводить итоги прошедшего саммита сделаем отступление для обрисовки полноты сложившейся картины. Сегодня государства Центральной Азии заинтересованы не только в получении помощи и поддержки для комплексного развития и решения социально-экономических проблем, но также в привлечении инвестиций и технологий в разных секторах экономики, а также развитии полноценных экономических отношений. Странами региона принимаются и продвигаются инициативы в сфере цифровизации, искусственного интеллекта, зелёной энергетики, модернизации инфраструктуры и транспортных маршрутов и др.
Государства региона также заинтересованы в диверсификации своих внешних отношений и привлечении новых ресурсов. С этой точки зрения Япония как одна из ведущих инновационных стран, располагающая колоссальными финансовыми и технологическими ресурсами, представляет серьёзный интерес для ЦА. Именно в таком контексте стоит рассматривать первый саммит «Центральная Азия + Япония». Токио со своей стороны также заинтересована сегодня в более серьёзном восприятии региона с точки зрения геополитики и геоэкономики. Так, премьер-министр Такаичи в ходе саммита заявила, что Центральная Азия имеет стратегическое значение и высокий потенциал в геополитике, экономической безопасности и бизнес-сотрудничестве.
Здесь же отметим, что в рамках подписанной Токийской декларации по итогам саммита центрально-азиатские страны поддержали укрепление роли Японии в мире, проблему денуклеаризацию Корейского полуострова и реформу Совета Безопасности ООН где Токиои претендует на роль постоянного члена.
Такаичи далее заявила о намерении Японии инвестировать приблизительно 20 млрд долларов для «реализации проектов частного сектора» в ЦА в ближайшие 5 лет. Особенно она выделила вопрос разработки и диверсификации цепочек поставок в сфере редкоземельных металлов, укрепление сотрудничества в области искусственного интеллекта и развитие ключевых логистических маршрутов таких как Транскаспийский международный транспортный маршрут (ТМТМ).
Лидеры Центральной Азии в свою очередь тоже выразили готовность сотрудничать в направлениях, представляющих для них ключевое значение. Так, президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев заявил о готовности своей страны обеспечить благоприятные условия для японских инвесторов и выделил перспективными сферы атомной и «зеленой» энергетики, редкоземельных металлов, логистики и цифровых технологий. Поддержав инициативу Японии в области ИИ, он предложил разместить региональную платформу на базе технопарка Astana Hub и Международного центра Alem.ai. В общем в ходе визита президента Казахстана были подписаны свыше 60 двусторонних документов на сумму более 3,7 млрд долларов.
В своём выступлении президент Узбекистана Шавкат Мирзиёев призвал расширить присутствие японских инвесторов в регионе, предложил создать инвестиционный фонд для развития инфраструктуры и промышленности в Центральной Азии, а также региональную сеть японских технопарков для поддержки промышленного сотрудничества и передачи технологий. Далее он предложил сформировать центральноазиатско-японский цифровой хаб для сотрудничества в области ИИ, кибербезопасности и цифровых решений, а также призвал Японию участвовать в масштабных транспортных проектах, включая высокоскоростные железные дороги, автомагистрали, аэропорты и цифровые транспортные коридоры.
Лидеры Туркменистана, Кыргызстана и Таджикистана также сделали заявления о своей заинтересованности в сотрудничестве в ключевых для них сферах, в том числе в энергетике, транспорте, зелёной экономике, ИИ и развитие человеческого капитала. Если говорить о последствиях этой встречи и попыток Токио выстраивать новую региональную повестку, то здесь не стоит торопиться. Зачастую такие эпитеты в ЦА не имеют каких-то реальных последствий и не сильно влияют на региональную конфигурацию сил. Заявленные инициативы часто остаются на уровне заявлений. При этом Японии будет трудно конкурировать с уже состоявшимися влиятельными региональными игроками. Может ли она выдержать эту конкуренцию тоже пока вопрос открытый для автора. Поэтому автор пока воздерживается от позитивных прогнозов в этом треке.
В целом по итогам саммита были подписаны более 150 документов в сферах государственного и частного секторов, запущена «Токийская инициатива CA+JAD» (Central Asia + Japan Advanced Dialogue) и принята Токийская декларация.
Выводы
Таким образом подытоживая статью можно сделать несколько ключевых выводов:
- Япония в контексте глобальных трансформаций, связанных в первую очередь с возрастанием мощи Китая в мире, пересматривает свою роль на международной арене. Ключевой заботой Токио становится сдерживание влияния Пекина.
- В стратегии сдерживания Пекина, Центральная Азия в силу своего географического положения, обладания довольно большими запасами ресурсов и возрастающего дипломатического веса может стать для Японии стратегическим тылом
- Для самих государств ЦА такая возрастающая заинтересованность Токио тоже является необходимой так как позволяет им диверсифицировать свои отношения и привлекать больше ресурсов.
- Япония на протяжении более 30 лет проводила в ЦА «мягко-силовую» политику ориентируясь в основном на оказание поддержки для социально-экономического и социально-политического развития и решения существующих проблем в странах региона. Теперь же Токио кажется собирается проводить более активную политику по усилению своих геоэкономических и геополитических позиций в регионе.
- Несмотря на это пока рано говорить об активизации такого характера и намерений. Необходимо подождать и посмотреть будут ли нынешние, довольно высокие ожидания от «новой эпохи» отношений реализованы или же останутся в плоскости эпитетов.
