21 июня 2023 года Минсельхоз вынес на обсуждение экспертной общественности Правила кредитования проектов в сфере агропромышленного комплекса. Проект документа предлагают обсуждать до 5 июля 2023 года.
Предполагается, что акиматы будут кредитовать агробизнес на следующих условиях:
- срок до 10 лет,
- максимальная сумма кредита – 5 млрд тенге,
- номинальная ставка вознаграждения – не более 2,5% годовых.
Кредиты будут выдаваться на создание новых или расширение действующих молочно-товарных ферм, птицефабрик мясного направления, овощехранилищ, проектов орошаемого земледелия с использованием технологий капельного орошения.
Исполнительный директор Республиканской палаты молочных и комбинированных пород крупного рогатого скота Азамат Сагинбаев рассказал, почему нужно укрупнять отечественное молочное животноводство и в какой поддержке нуждается этот сектор АПК.
– Азамат, с одной стороны, в стране вводятся новые молочно-товарные фермы, с другой, переработчики жалуются на дефицит и низкое качество сырого молока для их предприятий…
– Да, в Казахстане увеличиваются объёмы производства молока и количество молочно-товарных ферм в организованных сельхозпредприятиях. Там действительно наблюдается рост, и они дают качественное молоко. Но в целом по отрасли объёмов производства и количество ввода в эксплуатацию таких ферм недостаточно, потому что государственная поддержка не на том уровне, чтобы инвесторы шли в этот бизнес.
Показатели отрасли можно поднять только за счёт введения новых инвестпроектов. Существующие мощности этого не позволяют, мы обеспечиваем себя лишь на 25% молоком. Остальные три четверти – это импорт или продукция, произведённая из сухого молока.
Завозят молочку в основном Россия и Беларусь. В Алматинскую область молоко завозят ещё из Кыргызстана.
– Сколько у нас ферм и какие мощности? Я слышала о ферме на 1600 голов…
– 1600 голов – это большая ферма, но не самая крупная ферма в республике. Например, в Северо-Казахстанской области семь ферм компании «Зенченко и К». Там доят в общей сложности около 4-4,5 тысячи голов. Есть очень крупная ферма в Восточно-Казахстанской области – это КХ «Камышинское». Там доят около 2000 голов.
Надо понимать, что на фермах общее поголовье скота гораздо больше, потому что дойное стадо занимает не более 40-45% от общего поголовья.
Но в основном на наших молочно-товарных фермах насчитывается от 600 до 1000 голов дойного стада. Таких ферм в РК насчитывается около 60.
Сейчас во всём мире наблюдается тенденция на укрупнение ферм. Современная ферма на 600 голов считается маленькой. Такие фермы уже не стоит строить. Например, в Китае ферма на 1200 голов дойного стада – это минимум, сколько голов должно быть. надо не количество ферм увеличивать, а укрупнять предприятия.
– Ну, Казахстан – маленькая страна, если сравнивать население нашей республики и Поднебесной. Может, нам и не нужны крупные фермы?
– В Казахстане имеют право на жизнь мелкие фермы. Но основной импульс для рывка по объёмам в производстве молока дают прежде всего крупные молочно-товарные фермы. Если говорить с точки зрения экономики, то у ферм на 600 голов и 1200 экономика будет одинаковая, потому что обслуживают животных одни и те же люди, требуются одни и те же корма, один и тот же транспорт. Всё одинаковое. Только одна ферма будет на 600, а другая на 1200 голов. Поэтому когда мы рассуждаем о себестоимости, то должны понимать, что чем больше голов, тем ниже себестоимость.
Крупнейшие регионы по производству молочной продукции – Северо-Казахстанская, Алматинская, Костанайская области. В целом для животноводства лучшим примером является северный Казахстан. Там очень много проектов по животноводству – фермы, откормочные площадки, птицефабрики, перерабатывающие заводы.
– Ассортимент молочки не только сократился, продукция ещё и подорожала. Почему так происходит?
– А почему эти продукты должны быть дешёвыми? Производители сырого молока витамины, премиксы, ветпрепараты покупают. Дизельное топливо, которое вырабатывают три нефтеперерабатывающих завода – Павлодарский, Атырауский, Шымкентский, – дорогое. У нас в стране всё дорогое. А из России эта продукция может приходить дешевле, там другие условия для развития молочного животноводства.
Сегодня активно развивается отрасль только в Северо-Казахстанской области. Пожалуй, это единственный регион, который на сегодняшний день демонстрирует привлекательные для потенциальных инвесторов результаты. А всё потому, что аким – молодец, выделяет деньги через социально-предпринимательскую корпорацию. Там субсидируют под 4% сроком на 15 лет приобретение и скота, и оборудования. При этом и скот, и оборудование сразу оформляют в залог.
Но и в этом регионе нет очередей из инвесторов. Аким вызывает сельхозников и говорит индивидуально при встрече с каждым: «Вот такие для тебя условия предлагаем. Иди – вкладывайся, работай». Только так. То есть глава администрации сам просит людей, чтобы они пришли. Деньги «КазАгро» и холдинга «Байтерек» для фермеров – нереальные.
Во-первых, их нереально получить, потому что два года надо в очереди постоять за ними.
Во-вторых, очень неудобная залоговая политика. В залог скот не берут, берут оборудование сразу с коэффициентом ликвидности, то есть сразу учитывается амортизация, в залоге прописывается меньшая сумма, чем выплачивается по кредиту. Даже у пастбищ коэффициент ликвидности, если я не ошибаюсь, 0,3%. То есть если купил за 100 тысяч, то только 30 тысяч будут считаться залогом.
В-третьих, по кредиту ставка субсидируется до 7%, на срок до 10 лет кредит выдаётся. Этого недостаточно.
– Можно понять и фермеров, и банкиров. Последние не могут выдавать кредиты под неликвидные залоги…
– Расскажу на примере СКО. Они же своих заёмщиков отбирают, то есть каждый аким области знает, кому давать кредит через СПК. Они кому попало не дают. Если выдаёт АКК (Аграрная кредитная корпорация), то гарантом может выступить СПК (социально-предпринимательская корпорация). Если будет финансировать СПК, то это и вовсе упростит выдачу льготных кредитов. То есть аким сам подбирает инвестора – порядочного, устоявшегося, твёрдого. Он не говорит новичку: «Возьми три миллиарда и построй коровник». Он обращается к действующим хозяйствам.
– Ваша палата предлагает принять другие условия субсидирования животноводов. Какие?
– Да, мы говорим о том, что процентная ставка должна быть до 5% и даже меньше. Ну и срок кредитования увеличить до 15 лет.
Инвестсубсидии – классный механизм. Инвестор, к примеру, построил ферму на 3 млрд тенге, получил вроде 25% субсидий. Но это формально. Если заглянуть в паспорт объекта, то стоимость одного скотоместа закладывалась в договоре в размере 2,9 млн тенге. На эту сумму рассчитываются 25% субсидий.
Эта сумма была актуальной три-четыре года назад. Сейчас эту цифру можно смело умножать на два. То есть сегодня одно скотоместо стоит пять миллионов, а инвестору государство возвращает на 25, а 12% от затраченных средств. На такие условия инвестор и не хочет идти. Плюс ко всему правила субсидирования постоянно меняются. А когда нет стабильности, то никто вкладываться не хочет.
И мы сегодня за стабильность. Какие бы правила ни были, они должны быть стабильными и должны работать. А у нас кабмин обновляется, приходит новый министр, который сразу говорит о том, что раньше было плохо, неправильно. Дескать, наша команда пришла, и сейчас мы совершим прорыв.
– Очень много нареканий последний год, если не больше, вызывают механизм и объёмы субсидирован ия АПК. Во всём мире этот сектор живёт за счёт дотаций государства. Что изменилось в лучшую или худшую сторону?
– Было нормально, стало хуже. Ферма на 1000 голов будет сейчас около 6-9 млрд тенге стоить. К примеру, в Аграрно-кредитной корпорации на такой бизнес-план денег не дадут. Их просто нет у АКК.
Мы надеемся, что нас Минсельхоз в конце концов услышит. Мы много раз в наше министерство обращались: и письма писали, и форумы, круглые столы проводили. Все это площадки для того, чтобы донести до людей, которые принимают решения, переживания фермеров: «Горим! Молока нет!».
Мы уже не раз просили, разрабатывать меры господдержки с участием животноводов. Просим, послушайте нас. Потому что мы живём в селе, доим и кормим коров, содержим всё. Кто кроме нас лучше знает специфику отрасли? Но пока в ответ тишина.
– Национальная программа развития АПК заканчивается в 2025 году, а что дальше?
– Пока мы просим: оставьте программу до 2025 года такой, какой мы её знаем, сохраните все субсидии. И давайте разрабатывать новую программу, но не на скорую руку. Давайте уже сейчас обсуждать, посчитаем потребности, найдём отправную точку. Потому что пока программы Минсельхоза пишут, опираясь на данные статистики – кривые и надутые.
Если посмотреть более реальную статистику отрасли, которую показывают Центр молочного рынка, Молочный союз, и у нас в палате есть аналитика, то целевые индикаторы изменятся. То есть теперь мы будем отталкиваться не от 500 тысяч тонн импорта, а от трёх млн. Цифры, бюджет, всё будет другое.
– К вам прислушиваются?
– С трудом. Нам приходится проходить буквально через тернии, чтобы достучаться до сегодняшних людей, принимающих решения.
– Как вы считаете, через какие институты можно запустить льготное финансирование казахстанского АПК?
– На мой взгляд, достаточно просто капитализировать АКК, влить в корпорацию деньги, чтобы последняя выдавала льготные кредиты крестьянам.
