На фоне жесткого противостояния России и Запада активизировались связи в рамках Большого Евразийского партнерства, отмечали в ЕЭК в конце 2022 г. В новом 2023 г. страны ЕАЭС продолжат сталкиваться с вызовами, с которыми можно справиться только вместе. Особое внимание планируется уделять развитию трансевразийских логистических коридоров: это ставят в приоритет и Казахстан, и Россия. Одним из перспективных партнеров союза станет Индия, которая ведет с ним переговоры о зоне свободной торговли. Кроме того, она входит в интеграционные форматы БРИКС и ШОС, углубить взаимодействие с которыми предложила Беларусь на декабрьском саммите ЕАЭС. Перспективы развития сотрудничества Евразийского союза с БРИКС и ШОС в интервью «Евразия.Эксперт» оценил научный сотрудник Центра центральноевразийских исследований Мумбайского университета Шоаиб Хан.
– Господин Хан, какую позицию займет Индия по вопросу переговоров о создании зоны свободной торговли с ЕАЭС в 2023 г.?
– Индия и Евразийский экономический союз (ЕАЭС) завершили предварительные экспертные консультации по формированию зоны свободной торговли, страны начнут переговоры о заключении соглашения в начале 2023 года. Евразийский союз уже подписал подобный документ с Вьетнамом и Сингапуром, а также временное соглашение с Ираном. Переговоры также ведутся с Египтом и Израилем. Россия является крупнейшим торговым партнером Индии среди стран ЕАЭС.
Евразийский союз постоянно развивается. Создание таможенного союза сформировало единый рынок. Торговля товарами и услугами идет хорошо, но имеет потенциал достичь новых высот с подписанием соглашения с Индией. Существует неотъемлемая необходимость в увеличении инвестиционных потоков между двумя регионами.
Индийский импорт из Евразийского союза товаров, входящих в список исключений [из таможенных правил – прим. ред.], незначителен. Они составляют менее 4% от общего объема импорта товаров из этого списка, в котором доминировали Австралия, Китай, США, Корея, Япония, Сингапур и страны ЕС. Среди экономик ЕАЭС только Российская Федерация имеет небольшую долю в индийском импорте этих товаров.
20% экспорта ЕАЭС приходится на товары из списка исключений. Это свидетельствует об огромном торговом потенциале, которым уже обладает ЕАЭС по этим товарам. В дополнение к товарам из списка исключений, прочие возможные направления импорта Индии включают минеральное топливо, алюминиевые детали и изделия, зерновые и электрическое оборудование. Эти товары составляют основную часть экспорта стран Евразии, а также значительную часть импорта Индии.
Пункты списка исключений во многих случаях являются частью бизнес-портфеля компании-респондента. Следовательно, такие ответные меры могут содержать элемент протекционистского поведения. Индийские промышленники предложили включить ряд товаров в список исключений по импорту из ЕАЭС. Эти товары составляют более трети общего объема импорта Индии, но она почти не импортирует их из Евразийского союза. Поскольку Индия уже является крупным импортером товаров из списка исключений, рассмотрение ЕАЭС в качестве источника для этого импорта не может отрицательно повлиять на нас.
Анализ каждого товара из списка исключений, предложенный промышленниками, предполагает, что альтернативные, а также более дешевые источники импорта из Евразийского союза следует изучить, если параметры цены и качества схожи. Существует определенное преимущество, если импорт из Евразии будет дешевле, и это еще больше поможет в переговорах с нынешними поставщиками. Это, в свою очередь, повысит конкурентоспособность индийской экономики на мировом рынке.
– Какие выгоды сторонам принесет подписание соглашения о зоне свободной торговли?
– Соглашение о свободной торговле с ЕАЭС поможет решить многие из обозначенных вопросов доступа на рынки. В экономических отношениях между Индией и странами ЕАЭС, особенно Россией, Казахстаном и Беларусью, есть элемент стратегической важности. Расширение торговли с Евразией посредством этого соглашения о свободной торговле может стать хорошим инструментом экономической дипломатии.
Справка «Евразия.Эксперт»:
Казахстан был одним из инициаторов создания ЕАЭС, поскольку ему выгодна евразийская интеграция вместе с Россией. Сегодня ЕАЭС – это равноправный союз государств: каждый член объединения получает безальтернативную социально-экономическую выгоду. В военно-политическом плане для поддержания стабильности и сохранения суверенитета неоспорима роль ОДКБ.
Было проведено технико-экономическое обоснование, и оно показало, что наличие зоны свободной торговли с ЕАЭС будет благоприятным. Как только такое соглашение будет заключено между Индией и ЕАЭС, ожидается, что двусторонний товарооборот удвоится. Это соглашение о свободной торговле поможет Индии получить доступ к Ирану, Афганистану, Центральноазиатскому региону, а также России.
Индия серьезно относится к свободной торговле с Евразийским союзом. Этот блок может обеспечить доступ к рынку с населением 183 миллиона человек и предполагаемым ВВП почти в $2 трлн. Это страны со средним уровнем дохода, и индийские продукты там не являются чем-то незнакомым. Зона свободной торговли с Евразийским союзом принесет экономические, а также геостратегические дивиденды.
– Как бы вы оценили вклад БРИКС и ШОС в формирование многополярного мира?
– ШОС продемонстрировала значительную динамику в развитии: в течение 2022 г. значительно увеличилось число развивающихся стран, которые активизировали свое сотрудничество с членами организации. На саммите в Самарканде была завершена процедура приема Ирана в организацию, и статус партнера по диалогу был предоставлен Египту, Катару и Саудовской Аравии. Беларусь подала заявку на вступление в ШОС в качестве полноправного члена. ШОС позиционируется как главный элемент в объединении интеграционных платформ развивающихся стран Евразии.
Год председательства Китая в БРИКС придал мощный импульс развитию формата БРИКС+ и взаимодействию пяти стран с другими развивающимися странами. В июне 2022 г. такие страны, как Алжир, Аргентина и Иран подали заявки на вступление в БРИКС. Египет, Саудовская Аравия и Турция также объявили о планах подать заявки, что свидетельствует о растущей привлекательности организации в мировой экономике.
БРИКС и ШОС сформировали глобальное управление двадцать первого века. У каждого из этих многосторонних институтов разные основополагающие концепции, миссии, участники, модели институционализации и приоритеты. Однако потенциальная конкуренция вскоре уступила место заразительному, конвергентному, кумулятивному сотрудничеству. Каждый из них расширил работу по вовлечению новых членов или постоянных наблюдателей, активизировал деятельность институтов и гражданского общества, а также взялся за вопросы экономики, финансов, социальной устойчивости и политической безопасности. Они повысили свои показатели по основным аспектам глобального управления взаимодополняющими, хотя и весьма неявными способами.
– Какими преимуществами, на Ваш взгляд, обладают страны-члены БРИКС и ШОС перед государствами с развитой экономикой?
– И ШОС, и БРИКС сформированы крупными быстрорастущими экономиками. Это обеспечивает хороший потенциал экономического сотрудничества. Прежде всего, все страны-участницы демонстрируют положительную динамику экономического развития. ВВП в странах БРИКС и ШОС рос в начале XXI века значительно быстрее, чем в интеграционных объединениях, созданных развитыми странами (ЕС, Североамериканская зона свободной торговли). В целом, крупнейшие растущие экономики находятся на восходящей волне экономического цикла, и они инвестируют значительную часть национального дохода в развитие. Это обеспечивает им преимущество перед развитыми странами.
Во-вторых, страны ШОС и БРИКС обладают огромным человеческим потенциалом, который быстро растет как количественно, так и качественно. В-третьих, они богаты природными ресурсами – как с точки зрения полезных ископаемых, так и агроклиматических условий. Вот почему эти страны могут экономически дополнять друг друга.
Страны БРИКС уже практикуют экономическое партнерство в ряде сфер – финансовой, сельскохозяйственной, научно-технической. Что касается инвестиционного партнерства, то существуют благоприятные перспективы для реализации многосторонних мегапроектов в рамках БРИКС и ШОС. Россия особенно заинтересована в энергетике. Другие перспективные сферы включают авиацию и космонавтику, транспортную инфраструктуру, охрану окружающей среды, образование и прикладную профессиональную подготовку. Важным стимулом к расширению сотрудничества является общее стремление к переходу от консервативного ресурсоориентированного типа развития к инновационной экономике.
– С какими потенциальными угрозами может столкнуться ШОС?
– В настоящее время и в обозримом будущем возможная региональная нестабильность является одной из самых больших проблем. В таких обстоятельствах ШОС, как региональная организация, должна отреагировать на озабоченность, взяв на себя ответственность за урегулирование регионального кризиса. Это отвечает основным потребностям региона. В противном случае ШОС наверняка потеряет свою популярность и окажется на обочине регионального управления.
Не отрицая политического принципа невмешательства во внутренние дела, ШОС должна придерживаться политики «конструктивного взаимодействия» и попытаться урегулировать кризис, предотвратить его эскалацию и восстановить стабильность, предпринимая активные шаги, основанные на международных законах. Очевидно, что ШОС не может гарантировать универсальных решений, учитывая сложность ситуации и недостаточность имеющихся в ее распоряжении ресурсов; однако ее вклад мог бы изменить ситуацию. Что еще более важно, это правильный путь для ШОС с политической точки зрения.
Этот вопрос занимает важное место в повестке дня ШОС из-за близости Афганистана к государствам-членам с точки зрения географии и связанных с этим вопросов безопасности. Окружающие страны, включая членов организации, безусловно, пострадают первыми и наиболее серьезно, если ситуация в Афганистане примет неожиданный оборот. Обеспокоенность за будущее страны велика среди государств ШОС. Хотя организация не может решить афганскую проблему, она должна играть более активную и существенную роль в содействии ее разрешению, чтобы удовлетворить требования безопасности своих членов и всего региона.
Как организация, в состав которой входит большинство соседей Афганистана, ШОС обладает значительным потенциалом для оказания ему помощи, особенно в экономической и гуманитарной сферах. ШОС должна придумать, как более эффективно реализовать свой потенциал.
ШОС добилась больших успехов в сфере безопасности, выработав общий подход к борьбе с терроризмом, сепаратизмом и экстремизмом, а также сформировав общий механизм сотрудничества между функциональными органами государств-членов по вопросам безопасности. Однако экономическое сотрудничество в рамках ШОС отстает, и результаты не удовлетворяют. Среди проблем и трудностей, которые стоят на пути организации, – различные видения и подходы государств-членов, особенно Китая и России, хотя все они в принципе согласны с осуществлением экономического сотрудничества. Экономика является одним из трех столпов ШОС, наряду с безопасностью и гуманитарным сотрудничеством, и в выгодах от сотрудничества в этой сфере весьма заинтересованы государства-члены, особенно страны Центральной Азии.
– Как бы Вы оценили перспективы развития БРИКС?
– За последние десятилетия БРИКС удалось начать процесс институционализации, а также расширить внутреннее сотрудничество в таких областях, как здравоохранение, наука и технологии, окружающая среда, финансы, торговля, сельское хозяйство и так далее на министерском, отраслевом и высшем официальном уровнях. Это также означает, что, несмотря на различия во внешнеполитических позициях в ряде областей, БРИКС оставался важной ареной для обсуждения перспектив геополитической эволюции.
Несмотря на его недостатки, во времена развивающегося мирового порядка стоит сохранить постоянный формат дискуссий между развивающимися державами. Однако эти достижения будет трудно поддерживать, если государства-члены не смогут сохранить такие уровни внутреннего экономического роста, которые обеспечивают основу для их международных позиций.
Если организация сможет справиться с внутренними противоречиями, одновременно расширяя свою повестку дня, чтобы стать более весомым голосом на международном уровне, это определит ее успех в ближайшие годы. Другими словами, именно природа мирового порядка, который сложится в конечном итоге, будет определять будущее БРИКС, а не наоборот. Это делает происходящие изменения в глобальном порядке особенно актуальными для БРИКС и его будущего как многосторонней организации.
