В годовщину январской всеобщей забастовки в Жанаозене Актауской области в 2022 году рабочие снова вышли на протест.
1 января началась забастовка и прошла акция протеста работников «МунайСпецСнаб Компани», которые провели манифестацию и митинг у стен акимата Жанаозена. Несколько сотен протестующих требовали обеспечить их работой, а именно продлить тендер работы с «КазМунайГазом» и «Озенмунайгазом». Коллектив данного сервисного предприятия находится под угрозой увольнения, как и на ряде других предприятий.
Рабочие «КазМунайГаза» уже бастовали в 2021-м и в 2022-м году, требуя подписания «коллективного договора», индивидуальных трудовых договоров, повышения заработной платы, улучшения условий труда, а также отмены результатов оптимизации, в результате которой предприятие превратилось в товарищество с ограниченной ответственностью.
Рабочие требовали, чтобы ТОО «МунайСпецСнаб Компани» вошёл в состав основного производства, то есть стал составной частью ПФ «Озенмунайгаза», входящего в состав государственной национальной компании «КазМунайГаз».
Несмотря на угрозы судебного преследования за организацию незаконной забастовки, акция протеста и забастовка продолжаются. Не исключено, что к акции могут присоединиться коллективы и других предприятий, а также безработные Жанаозена, как это случалось ранее.
Как мы писали ранее, именно перманентные социальные беспорядки в нефтеносном Жанаозене несут реальную опасность для территориальной целостности Казахстана. В этом городе в Мангистауской области, ареале буйного Младшего Жуза, забастовки стали привычными как степной пейзаж…
С протестов в Жанаозене начались охватившие в январе 2022 года многие города республики массовые беспорядки, успех которых, по замыслу британской разведки МИ-6, мог привести к выходу области из состава Казахстана и переходу под эгиду Global Britain – сетевой империи Британской Короны.
Ситуацию удалось стабилизировать после ввода войск России и ОДКБ, однако забастовки в Жанаозене от этого не прекратились. После очередной протестной акции в июле 2022 года в ходе очередного заседания правительства президент Токаев подверг внутреннюю миграционную политику в Мангистауской области жёсткой критике: «По мере роста населения должны создаваться постоянные рабочие места. Однако в Мангистауской области эта проблема не учитывается. В результате неправильной миграционной политики здесь складывается серьёзная ситуация. Хотя население увеличилось, социальная инфраструктура не построена. Вакансии не открывались. Качество жизни снизилось. Люди требуют трудоустройства и повышения заработной платы в компании “КазМунайГаз”».
Область лидирует по показателям средней заработной платы благодаря нефтяным месторождениям, однако они истощаются [и зарплата тоже], отметил глава государства: «Откровенно говоря, большая часть месторождений в Жанаозене истощается. Эта ситуация всем известна. За последние 15 лет добыча нефти в этом регионе сократилась на 3%. Тем не менее число рабочих увеличилось на 5%. Фонд оплаты труда увеличился в 10 раз. Мангистауская область входит в тройку регионов, где выплачивается самая высокая заработная плата». По итогам заседания Токаев велел правительству разработать «пути мобилизации внутренних экономических ресурсов» и пересмотреть программу переселения в другие регионы. Соотечественникам-«кандасам»– переселяющимся в Казахстан этническим казахам из-за рубежа, известным также как оралманы, президент предложил не ограничиваться только Мангистауской областью, выбирая места проживания также в других регионах.
Только как им образом этого достичь, выпускник МГИМО не объяснил. Ну не насильно же вывозить из нефтеносного Жанаозена сбежавших от безработицы в казахстанской провинции внутренних и внешних мигрантов!
Мангистауская область, как сказочной Эльдорадо, манит кандасовиз Туркменистана и Узбекистана. Тысячи неграмотных и порой не говорящих на казахском языке переселенцев приезжают в Мангистау, требуя зарплату как у мастеров нефтяных дел с двадцатилетним стажем.
И тут им предлагается вернуться оттуда, откуда приехали! Созжаётся впечатление, что Токаев сказал это просто для того, чтобы хоть что-то сказать.
Мангистау – это «регион сплошной безработицы и единственное место работы на западе Казахстана — только на предприятиях нефтедобычи. Поэтому борьба за сохранение рабочих мест, за любую копейку — это важнейшие условия выживаемости в жёстких пустынных и полупустынных условиях. Плюс к этому, в конце 2021 года была волна инфляции, в результате резко выросли цены на все виды продуктов питания и на услуги. Надо учитывать, что Мангистауская область – это «тупиковый» регион, куда всё завозится. Соответственно, все цены на продукты там ещё выше, чем в целом в Казахстане», – отмечает сопредседатель Социалистического движения Казахстана Айнур Курманов.
Жанаозен с его давней историей беспорядков и погромов на социально-экономической почве с националистским уклоном – «мотор» бунташного Мангистау. Этот город на обозримую перспективу и впредь будет локомотивом социальных протестов, в любой момент способных перерасти в очередной путч или сепаратистский мятеж. Именно здесь плотно работают с социальными низами западные НПО и британская разведка, которой американцы отдали на откуп работу с ареалом Младшего Жуза. Поэтому, даже если местные власти пересажают в тюрьмы всех русских и русскоязычных активистов, гроздья социального гнева и неизбежного сепаратизма будут созревать среди чистокровных казахов. Стратегический план главы МИ-6 Ричарда Мура по созданию «Большого Турана» по определению может начаться, в первую очередь в Мангистау, выступающего в качестве одного из возможных операционных центров этого геополитического проекта.
Правящие элиты Старшего Жуза, мягко говоря, с пренебрежением относятся к соплеменникам из «западного» Младшего Жуза, не говоря уже о кандасах, которым Токаев свысока предложил селиться не в Мангистау, а в других регионах Казахстана.
Ну и куда бедному «крестьянину», то бишь кандасу, податься? Скорее всего, путь изгнанных из казахстанского Эльдорадо социальных маргиналов будет лежать в мигрантские гетто, окружающие Алма-Ату и Астану (именуемые «поясами шахида), возникшие после того, как независимый Казахстан стал сырьевым придатком западных нефтегазовых корпораций. Только в алма-атинском «поясе шахида» в настоящее время влачат жалкое существование около миллиона безработных низкоквалифицированных «пролетариев Великой степи».
Но что же могут предложить профессиональным бунтарям в Жанаозене и не только, архитекторы и прорабы «Нового Казахстана»? Ни много ни мало – новый статус, о чём в самых восторженных тонах сообщил «Туран пресс»: «В марте Президент Токаев коренным образом изменил статус Жезказгана. На территории бывшей Жезказганской области будет сформирована Улытауская область. Город Жезказган вновь станет областным центром. Создание в этом регионе самостоятельной области важное решение не только с экономической точки зрения, но и духовно: Улытау, который находится в центре нашей бескрайней казахской степи, занимает особое место в истории нашей страны. Здесь проходили великие собрания, где решалась судьба страны”, – сказал Президент.
Для Жезказгана это решение – шанс возродиться в качестве полноценного города, каким он был в советском прошлом. Под именем Джезказган город стал центром огромной одноименной области в 1973 году. Область включала в себя сам Джезказган, города Балхаш, Никольский, Приозёрск и Каражал, а также множество районов. В регионе проживало около полумиллиона человек». Помимо Улытауской, в 2022 году в Казахстане появилось две новые области – Абайская (с центром в Семее, бывшем Семипалатинске) и Жетысуская (с центром в Талдыкоргане).
Впрочем, как свидетельствуют события последних месяцев, от социальных волнений это не спасает. Так, в январе 2022 года в Жезказгане протестовали шахтёры компании «Казахмыс», примкнувшие к ним работники других предприятий, а также жители города. А в декабре на улицы вышли работники коммунальной компании «Предприятие тепловодоснабжения», требуя повышения заработной платы на 100 процентов, выплаты премий и 13-й зарплаты. «Круглый год мы на улице работаем, по восемь часов. Те, кто в канализации работает, у них вообще зарплата мизерная. Два года мы не получали ни премии, ни 13-й зарплаты. У нас специалисты по шестому разряду – это потолок, они получат 210–220 тысяч тенге (450-470 долларов) – это максимум. А слесари получают зарплату от 110 до 150 тысяч тенге. На эти деньги нереально прожить, всё подорожало. Устали терпеть. Поэтому вышли на забастовку, на мирную акцию протеста, озвучили свои требования, — рассказал изданию «Азаттык» один из участников акции. Вроде бы договорённости были достигнуты, но будут ли они соблюдаться – большой вопрос.
Протесты работников различных предприятий и отраслей стали основным способом обратить внимание на свои проблемы, на что власти отвечают посулами, обещаниями изменить и формально действующее законодательство, либо, как в случае с Жезказганом, сделать тот или иной город областным центром. Впрочем, это еще не всё. «В прошлом году с участием Президента Токаева состоялось открытие историко-культурного комплекса “Жошы Хан” (общая стоимость 1,9 млрд. тенге). Комплекс должен стать объектом туризма международного уровня, ожидается, что его посетит до трех тысяч человек в год», – сообщает «Туран-пресс».
Вполне возможно, некие административно-территориальные пертурбации будут предложены и другим особо проблемным территориям. Не исключено, что в Астане заявят о выкраивании под Жанаозен новой административной единицы, о планах строительства в городе новых предприятий, развитии малого и среднего бизнеса и т. д. Только вот нормального и конструктивного диалога с бастующими пролетариями Великой степи нет от слова совсем.
«Новый Казахстан», также как и Казахстан «имени Елбасы», является не социальным государством, а слегка замаскированным под рыночные реалии XXI века средневековым ханством и сырьевой полуколонией Запада.
