О том, готовы ли загородные лагеря к приёму детей, почему подорожали путёвки, в каком состоянии сейчас находятся детские оздоровительные центры (ДОЦ) и как правильно выбрать лагерь для ребёнка, в интервью Informburo.kz рассказал Кайрат Султанов, председатель республиканской Ассоциации детско-юношеского туризма и отдыха.
– Кайрат Абайдоллаевич, скажите, пожалуйста, сколько сейчас в Казахстане насчитывается лагерей?
– Сегодня, согласно докладу Министерства здравоохранения, у нас официально насчитывается 236 лагерей. Однако здесь родителям стоит быть внимательными: есть случаи, когда лагеря работают без разрешительных документов.
Раньше у каждого лагеря должна была быть лицензия, но затем в рамках поддержки бизнеса это требование убрали. Мы неоднократно говорили о том, что открытие лагерей должно нести хотя бы обязательный уведомительный характер. Но даже этого нет. Сейчас открыть лагерь и работать может любой желающий, а в управлении образования областей об этом даже не будут знать. И это самое страшное.
Я считаю, нужно, чтобы все лагеря были обязаны войти в официальный реестр и получить лицензию. Необходимо ужесточить контроль над ДОЦ и, в частности, над тем, как проводятся тендеры в этой сфере. У нас иногда тендеры выигрывают рекламные агентства и мясоперерабатывающие заводы. Это правда, они предлагают наименьшую цену и получают госзаказы. А по-хорошему тендерные заявки должна рассматривать комиссия.
– Как тогда правильно выбрать лагерь? Комитет санитарно-эпидемиологического контроля выдал разрешения только 35 лагерям по всему Казахстану, при этом в Акмолинской области – двум, а в Алматинской – одному. Если лагеря в этом списке нет, ему не стоит доверять?
– Список СЭС ещё будет пополняться до середины июня точно, поэтому там будет больше лагерей. Тем не менее сегодня стало много компаний, которые предлагают путёвки в лагеря, и я боюсь, что в этом году возрастут случаи мошенничества. Людей будут просить оплатить заранее, они приедут на место, а лагеря нет или он представляет из себя совсем иное.
Первое, что нужно сделать, – поискать лагерь на сайте управления образования области или на сайте Комитета санитарно-эпидемиологического контроля. Проверенные лагеря должны быть на учёте у госорганов.
Если в опубликованном списке лагеря нет – значит, скорее всего, это дом отдыха или санаторий, который решил на лето переоборудовать помещения под лагерь.
Расскажу про один печальный случай. В 2016 году в Карелии утонуло 14 детей. Они думали, что приехали в лагерь, а это оказался гостевой дом, где не было нормальных условий. После этой трагедии в России начал действовать закон, устанавливающий единые требования к лагерям. Такой же необходим и нам.
– А в каком состоянии сейчас находятся детские лагеря?
– Наша ассоциация после пандемии предложила «Казахтуризму» провести инвентаризацию лагерей. Оказалось, что три лагеря на территории Казахстана – 1936-1937 годов постройки. Также было выявлено 57 ДОЦ из 236, где туалеты до сих пор находятся на улице. А вообще 90% лагерей у нас расположены в зданиях, построенных ещё в Советском Союзе.
У каждого лагеря должна быть хорошая система освещения, видеокамеры, сигнализация. Нужно наладить работу педагогических отрядов, потому что, честно скажу, вожатых порой самих надо караулить. И ДОЦы должны быть разного направления: языковые, творческие, спортивные, для любителей робототехники и IT.
– Очень многие родители жалуются на дороговизну путёвок в детские лагеря. Скажите, почему цены так выросли и какова сейчас средняя стоимость путёвки по Казахстану?
– Действительно, за последние два года стоимость путёвок выросла практически в два раза. Если раньше можно было отправить ребёнка в государственный лагерь на 10 дней за 25 тысяч тенге, то сейчас – за 50 тысяч, а частные лагеря стоят в среднем от 70 до 100 тысяч тенге.
Многие жалуются, что путёвки дорогие, но мало кто понимает, что 60-70% стоимости уходит на питание. Есть дешёвые путёвки, но тогда дети весь день будут пить чай, кушать только хлеб и окорочка. А должно быть пятиразовое сбалансированное питание, чтобы дети на природе укрепляли здоровье.
Хотелось бы, чтобы лагеря работали с производителями сельхозпродукции напрямую, а не через посредников. В Беларуси, например, сохранилось 220 лагерей, и к каждому прикреплено по 3-4 совхоза, в том числе гормолзаводы, мясокомбинаты, кондитерские фабрики.
К тому же сегодня очень дорогая логистика, нам не хватает чартерных рейсов, субсидированных авиа- и железнодорожных билетов, а также автобусов, чтобы мы могли доставлять детей с вокзалов и аэропортов в лагеря.
Лагеря не могут работать себе в убыток. Чтобы получить одно только санитарно-эпидемиологическое заключение, администрация лагеря должна заплатить 270 тысяч тенге за проведение бактериологических исследований для актов на три месяца. Сами СЭС не проводят такие исследования, они лишь контролируют, а анализы берут субподрядные организации, работающие при них. У всех цены на анализы высокие.
Сегодня нет ни одной льготы для детских лагерей, зато налогами обложили нас основательно. Например, многие лагеря находятся на территории особо охраняемых зон. Обычно нацпарки с каждого посетителя берут взносы, и ДОЦ – не исключение. Сейчас мы должны платить 345 тенге за один день пребывания в нацпарке за каждого своего ребёнка и каждого сотрудника. Кажется, небольшая сумма. Но, например, в 2018 году только гослагерь «Балдаурен» в Боровом заплатил 52 млн тенге. Лучше бы эти деньги мы инвестировали в модернизацию лагерей. Сами-то нацпарки этих денег не видят.
Администрация лагерей также оплачивает медосмотры каждого своего сотрудника. За мужчин мы платим 11 тысяч тенге, за женщин – 13 тысяч тенге. А работники пищеблока должны проходить медосмотр два раза в год. Итого, на 50 человек коллектива только медосмотры выходят в сумму около 600 тысяч тенге в год. Вот из чего формируется стоимость путёвки.
– А есть ли бесплатные лагеря?
– Бесплатных лагерей нет, но есть путёвки от государства. В прошлом году детским загородным отдыхом было охвачено около 300 тысяч ребят, то есть 5% всех детей Казахстана.
В этом году планируется охватить 7-8% – более 450 тысяч детей. Из них половина – это дети, которые едут по путёвкам профсоюзов нацкомпаний вроде КТЖ, «Казпочты», «КазМунайГаза». 1% – это дети по линии всеобуча (отличники, олимпиадники) и из социально уязвимых слоёв населения (дети-сироты, из многодетных и неполных семей). Также в этом году 20 тысяч детей из сёл бесплатно поедут от фонда «Қазақстан халқына».
И только остальная часть – это путёвки, купленные родителями.
– 5% детей со всего Казахстана – это довольно мало…
– Да, в предвыборной программе нашего президента прописано, что в стране нужно построить ещё 50 новых лагерей. Сюда нужно привлекать бизнес. Если в Казахстане будет госзаказ на подушевое финансирование летнего отдыха по аналогии с Россией, бизнес сам зайдёт в эту отрасль и сам будет строить лагеря.
Но даже если мы построим эти 50 лагерей, мы сможем охватить дополнительно только 6% детей. Прибавляем их к 7-8% нынешнего года, и получается 13-14% со всего Казахстана. А этого мало. Нам бы 50% детей охватить детским загородным отдыхом. Но никто этим заниматься не хочет: ответственности много, а помощи никакой.
Акиматы на местах отчитываются, что охватили отдыхом практически 100% наших детей. Но как они это сделали? Через пришкольные лагеря. Ну что это за отдых? Ребёнок и так устал от школы за девять месяцев, а его ещё заставляют ходить туда летом. У детей должен быть полноценный загородный отдых.
В СССР охват детей отдыхом был 100%. Даже «Артек» когда-то начинался как палаточный лагерь, а теперь за один раз туда могут заехать 6000 человек. То есть надо с чего-то начинать.
– К слову о здоровье. Безопасно ли отправлять в лагерь ребёнка с серьёзным заболеванием?
– Я прошу родителей: не покупайте, пожалуйста, медицинские справки. Очень многие у нас так делают, затем в лагерь приезжают дети с диабетом и астмой, а мы думаем, что они полностью здоровы. Был случай, когда вожатые изъяли у ребёнка телефон, а родители потом нам звонили и жаловались, что теперь не могут помочь ребёнку ставить уколы через видеозвонки.
Ещё один пример – у ребёнка закончилось лекарство, во время экскурсии ему стало плохо. Наши сотрудники спохватились, оказалось, что ребёнок скрывал болезнь, о ней нам рассказали его друзья из отряда. Зачем в наших лагерях работают медработники? Чтобы когда к нам поступают такие дети, мы могли сами ставить им уколы и давать лекарства, контролировать их состояние.
– А вообще как подготовить ребёнка к лагерю? Что надо взять с собой?
– Было бы хорошо ввести для всех единую форму, чтобы не было социального разграничения. В «Сункаре» в Зеренде, где я раньше был директором, такая практика хорошо себя показала.
Прошу родителей не отправлять детей с дорогими телефонами и планшетами. Всё равно во многих лагерях есть такое правило, что гаджеты нужно сдавать вожатым. Также не стоит давать детям большие суммы денег. Если 300 детей привезёт с собой по 10 тысяч тенге, то это три миллиона по лагерю будет гулять. И бухгалтерии придётся за всеми этими деньгами следить.
Обязательно берите тёплую одежду и кроссовки – многие у нас на экскурсиях в шлёпанцах ходят, из-за чего могут получить травмы.
– Как думаете, что нужно сделать, чтобы решить все обозначенные вами проблемы?
– Раньше детский загородный отдых регулировался 385-м приказом Министерства образования. Это был единственный документ, по которому мы работали. Но семь лет назад он потерял силу.
Теперь наша отрасль регламентируется распоряжением премьер-министра об организации летнего загородного отдыха, которое выходит каждые пять лет, причём иногда с опозданием. Бывало такое, что уже месяц как работают, а распоряжение выходит только в конце июня.
Получается, все документы, которые сейчас публикуются, временные, а нам нужна своя дорожная карта, чтобы работа в нашем направлении была системной.
Недавно министр просвещения Гани Бейсембаев по своей инициативе пригласил представителей частных и государственных лагерей. В итоге мы вместе доработали и улучшили приказ №385, чтобы снова его выпустить. Надеюсь, этот вопрос решится в самом скором времени.
