Почти год минул с «туманного» января-2022 – попытки государственного переворота, предпринятой в Казахстане. Сделаны ли властью нужные выводы, гарантирована ли страна от повторения таких попыток?
Ответы на эти вопросы «Ритм Евразии» попытался найти вместе с казахстанским экспертом Айнуром Курмановым.
– Стали ли драматичные январские события уроком для Астаны?
– Нет, события января уроком для правящей элиты Казахстана не стали. Эта элита по-прежнему расколота, установился только временный статус-кво. Что-то вроде кулуарной верхушечной договорённости, когда семья Назарбаева согласилась на условие президента и победившей группы не препятствовать проведению внеочередных президентских и парламентских выборов.
В ответ президент и его люди не трогают самого Назарбаева и ближайших родственников, не отнимают у них льготы и часть активов внутри страны, а «под нож» идут экс-глава КНБ Карим Масимов, племянники Елбасы и по совместительству генералы КНБ, а также некоторые родственники и чиновники, назначенные ответственными за произошедшие события.
Однако это лишь временное затишье. Раскол элиты продолжится, как только социально-экономическая ситуация в стране ухудшится, а рейтинг президента начнёт падать. То есть реванш возможен, учитывая, что «семья» контролирует ключевые отрасли экономики, её люди есть во всех ветвях государственной власти.
Сохраняется также полная преемственность прежней назарбаевской многовекторной политики, которая на самом деле всё больше выступает геополитической переориентацией на ЕС, Турцию и США при отдалении от России и недопущении усиления влияния КНР.
Усиливается процесс дерусификации под видом декоммунизации, насаждаются русофобия и антироссийские настроения через подконтрольные националистические и пантюркистские организации. Принимаются законы «О вывесках» или поправки в закон «О гражданстве», в тексты которых вносятся популистские нормы, направленные на стирание русских названий и на препятствование принятию гражданства либо восстановлению гражданства лицам, не знающим казахский язык. Это открытое заигрывание с местными националистами.
А самое главное – остаётся зависимость от западного капитала и сырьевая направленность экономики. Две трети добывающего сектора – в руках американских, европейских и британских компаний, а правительство работает под диктовку структур внешнего управления. Сохраняется влияние Лондона на принятие руководством РК стратегических решений, например, в виде ускорения «тюркской интеграции», что будет и дальше подрывать стабильность, вызывать новые социальные взрывы и углублять раскол в правящем классе.
– В Казахстане, как и в Кыргызстане, так и не принят закон «О недопустимости действий по реабилитации нацизма, героизации нацистских преступников и их пособников», модельный проект которого был разработан МПА СНГ ещё в 2012 году. Как считаете: влияет ли отсутствие подобного закона на то, о чём мы говорим?
– Отсутствие подобного закона, конечно, влияет на общую ситуацию, способствуя проведению окончательной реабилитации басмачей, шпионов, террористов, участников Туркестанского легиона вермахта и мусульманских частей СС. Государственная комиссия по реабилитации Кыргызстана уже запустила процесс оправдания таких лиц на местах через специально созданные комиссии и группы из числа прокуроров и чиновников, которые сами решают судьбу тех или иных дел. Механизм подобных решений был предложен фондом «Сорос-Кыргызстан» и «Открытым правительством» в КР, финансируемым ЮСАИД и Госдепом; он был заложен в проект закона о реабилитации 2018/19 годов, предложенный 15 депутатами от всех фракций. Этот законопроект после протестов был завёрнут, но его предложения и механизмы были использованы уже в Казахстане государственной комиссией по реабилитации под председательством Ерлана Карина.
Таким образом, нет никаких законодательных препятствий на пути проведения тотальной декоммунизации, дерусификации и запрещения коммунистической идеологии. Всё это открывает ворота для роста не только националистических, но и неонацистских групп. Например, под патронажем того же государственного советника (ранее госсекретаря) Ерлана Карина в стране действует филиал турецкой фашистской организации «Серые волки». А в прессе и в национал-либеральной среде под возгласы о «голодоморе» идет пересмотр истории, в том числа Второй мировой и Великой Отечественной войн. Памятники и улицы в честь основателя Туркестанского легиона вермахта и вдохновителя мусульманских частей СС Мустафы Шокая по всей стране тому пример. Вслед за этим следует ожидать снос памятников героям Великой Отечественной войны и переименования районов и населённых пунктов, названных в их честь.
Такие отдельные случаи уже имели место. Были и акты вандализма в отношении мемориалов и захоронений, были попытки инициировать переименование Панфиловского района Алма-Атинской области.
– Почему, по вашему мнению, недавно против антинацистской резолюции в ГА ООН проголосовало 50 стран, в то время как прежде их было только две – Украина и США?
– США мобилизовали своих сателлитов, чтобы дезавуировать попытки осуждения полной реабилитации на Украине Бандеры, участников ОУН-УПА*, воевавших на стороне гитлеровской Германии, боевиков дивизии СС «Галичина», батальона «Нахтигаль» и прочих карательных формирований СС и жандармерии, формировавшихся из этнических украинцев. Эту кальку реабилитаций Вашингтон намерен распространить на все бывшие советские республики, в том числе на Казахстан. Поэтому для Белого дома важно поддержать в этом вопросе Киев и сохранить легитимной дальнейшую работу по героизации коллаборационистов и нацистских преступников из числа местных легионеров и антисоветских деятелей, представляемых в качестве борцов против «сталинского режима», также приравненного на Западе к гитлеровскому. Кроме того, подобная активность связана с желанием идеологически нивелировать одну из целей спецоперации на Украине по проведению денацификации.
– Модельный антинацистский законопроект, разработанный в МПА СНГ, никто в СНГ так и не принял – только РФ (в несколько ином виде) и Беларусь. Как думаете почему?
– Остальные республики СНГ, кроме России и Белоруссии, не приняли подобный закон по понятной причине. Правящие элиты, взявшие на вооружение идеологию национализма и этноцентризма в качестве государственной, построившие этнократию в своих странах, заинтересованы в собственной «украинизации» или, если угодно, в прибалтийской модели освобождения от всего советского и русского. Данный закон был бы только препятствием для них и для крайне правых сил, о чём я уже сказал.
– Как думаете, почему кыргызстанские «нацпаты» во всём пытаются копировать казахстанских (хотя и не в тех масштабах): и закон о реабилитации легионеров и басмачей пытаются протащить, и «языковые патрули» внедрить?
– Существует взаимосвязь прозападных национал-либеральных группировок в правящих элитах, в том числе националистов и неонацистов на постсоветском пространстве. Это касается и Казахстана, и Кыргызстана. Я думаю, существует общая координация их действий во многом с позволения, даже под руководством ряда высокопоставленных чиновников двух стран. Без поддержки сверху и финансирования со стороны заинтересованных олигархов такая деятельность была бы невозможна.
То есть все действуют в единой связке – западные спецслужбы, западные НПО и фонды, разогревающие тему «голодомора» и сталинских репрессий, украинские нацики, казахские и кыргызские нацики, прозападные олигархи, дающие деньги, и высокопоставленные чиновники типа Ерлана Карина, которые покровительствуют подобной работе, а также офицеры местных спецслужб, заинтересованные в создании и использовании подконтрольных националистических и неонацистских движений и групп.
У меня складывается впечатление, что в Казахстане и Кыргызстане воспроизводится во многом ситуация периода правления экс-президента Украины Януковича, когда эксплуатируются доморощенные нацики как раздражитель для Москвы, как инструмент давления на местных русских, русскоязычных и всех недовольных, как пугало для собственных обывателей.
Однако, как помним, Янукович плохо кончил. Домашние неонацисты вышли из-под контроля и превратились в массовое движение, а местные олигархи и группировки в борьбе за власть используют целые армии из неонацистов. Всё это в целом возможно и в Казахстане, и в Кыргызстане. В этом и заключается смысл процесса «украинизации» республик Центральной Азии.
