Позиция Казахстана, занятая в связи антироссийскими санкциями Запада, показала системные проблемы во внешней политике республики. Возникает вопрос и о реальной готовности казахских дипломатов и чиновников защищать национальные интересы и принципы.
Недавно большой шум наделало выступление замруководителя АП Казахстана Тимура Сулейменова, который в ходе поездки в Европу пообещал: «Мы будем соблюдать санкции против России… мы сделаем все возможное, чтобы контролировать санкционные товары. Мы будем делать все возможное, чтобы контролировать любые инвестиции от физического или юридического лица, находящегося под санкциями… Мы не хотим оказаться в одной корзине… Меньше всего мы хотим, чтобы к Казахстану применялись вторичные санкции США и ЕС».
Сулейменова казахстанские эксперты раскритиковали за непрофессиональное обещание «соблюдать санкции», хотя официальная позиция Казахстана этого не подразумевала.
Однако глава МИД РК Мухтар Тлеуберди никак не уточнил позицию Казахстана, комментируя заявления Сулейменова, а лишь несколько иначе расставил акценты. «Мы к этим санкциям не присоединяемся, но для нас очень важно, чтобы, во-первых, не было негативного влияния этих санкций на экономику Казахстана и, во-вторых, чтобы наша территория не использовалась для обхода этих санкций» — заявил он (цитируется по видеозаписи).
То есть он не снял с повестки ни идею контролировать перемещение санкционных товаров, ни «контролировать» финансовые потоки согласно санкционным спискам Минюста США. Проблема здесь не в гипотетических недостатках Сулейменова, который разоткровенничался перед прессой, и даже не антироссийском уклоне подобных мер, которые нарушают соглашение о создании ЕАЭС и дискриминируют российский бизнес на общем рынке.
Речь о болезненном желании «услужить» европейским партнерам (сервильности), которая ставит в неловкое положение Казахстан как государство.
Тем более, даже Грузия при гораздо худших отношениях с Москвой сохранила некоторое достоинство и заявила об отказе участвовать антироссийских санкциях, оставив за скобками вопрос об отношении к ним собственного бизнеса.
Казахстан же не только с готовностью склонил голову перед требования США и ЕС, но и открыто заявил, что ни о какой принципиальности или формировании нового стратегического курса речь не идет, а руководство страны просто боится гипотетических «вторичных санкций» Запада.
Подобный подход АП и МИД Казахстана – дает очень неприятный сигнал любым иностранным партнерам республики. Стратегическое партнерство и договорные обязательства не имеют значения на фоне сиюминутного страха перед угрозами, высказанными недружественными государствами.
Фактически Сулейменов явно (а МИД более завуалировано) сообщают иностранным партнерам, что им нет смысла вести политический диалог с Астаной и создавать базу для взаимовыгодного сотрудничества. Легче и надежнее добиваться своего путем откровенного шантажа, ради которого договоренностями можно поступиться.
Ни для кого не секрет, что Казахстан достаточно пренебрежительно относится к союзным обязательствам перед Москвой, которая воспринимает страну как «братскую» и снисходительно относится к любым срывам вроде размещения в республике военно-биологических лабораторий США, ежегодных учений «Степной орел» (совместных со Штатами) или соглашения о сотрудничестве американских и казахстанских военных разведок.
Зачастую действия Казахстана грубо нарушают обязательства в рамках ОДКБ и ШОС, но Москва систематически соглашается «войти в положение» и подождать решения проблемы.
Россия же категорически не практикует давление в отношении стран-соседей, воспринимая их как братские и зачастую нуждающиеся в поддержке. В результате чего требования Москвы никак не уравновешивают Запад, а откладываются Астаной в долгий ящик – в надежде, что российская сторона опять «войдет в положение».
Повторюсь, речь не о пресловутой многовекторности, а о крайней сервильности ряда казахстанских чиновников, в которых западная пропаганда последних лет воспитала преклонение перед ЕС и США. В результате, столкнувшись с американскими представителями, многие с готовностью урезают свои обязанности до уровня чиновников «колониальной администрации».
Собственно, в результате этого подхода под американский контроль шаг за шагом перешли биолаборатории в Алматы и Гвардейском, которые превратились в военные базы США. Или же вспомним Северо-Казахстанский Университет в Петропавловске, который бесплатно передается американским спонсорам, а чиновники еще убеждают преподавателей и студентов, какое благо им несут снисходящие до Казахстана «белые господа».
Идея, что Россия и ее союзники несут позитивную и жизнеспособную альтернативу американский гегемонии, просто не укладывается в голове «западнической» части казахстанской элиты, которая требует дистанцироваться от Москвы на фоне противоречий с США.
Между тем, после конфликта на Украине Россия никуда не исчезнет, а наоборот укрепится за счет военной победы и формирования нового полюса силы совместно с Китаем, Индией, Ираном и рядом арабских государств. Казахстан мог бы занять подобающее место в новой геополитической реальности, но пока в рамках «нейтралитета» исключает для себя любые выгоды от исторических изменений.
Разумеется, это не катастрофа. Россия имеет агрессивные планы против Казахстана только в фантазиях националистов. Но неразумные обещания «соблюдать санкции» скажутся на отношениях с Москвой.
Как писал великий поэт Константин Симонов:
Хоть шоры на память наденьте!
А все же поделишь порой
Друзей — на залегших в Ташкенте
И в снежных полях под Москвой.
После победы над фашизмом на Украине очень многие на постсоветском пространстве будут всеми силами пытаться доказать, что внесли в нее свой вклад, чтобы занять лучшее место в новых политических условиях.
Но недостаток смелости нынешней казахской элиты отсекает у нее все больше возможностей для любого будущего выигрыша. Наоборот новым поколениям казахстанской элиты придется вновь и вновь повторять «мы боялись санкций», если нынешние лидеры Казахстана не смогут преодолеть свой страх.
