Уже 9 мая во всех кинотеатрах страны состоится премьера отечественного фильма-хоррора Qumalaq. Особенностью картины стали съёмки в одной локации и небольшой актёрский состав.
Режиссёром и инициатором проекта выступил Талгад Жаныбеков, который рассказал Informburo.kz о вечных конфликтах отцов и детей и цифровой реальности.
В центре сюжета фильма 14-летняя девочка Эльмира. После ссоры с матерью Эльмира отправляется на дачу. В пути она подбирает плюшевого медведя, внутри которого находится рекламный флаер. С помощью него девочка попадает на странный игровой сайт. Игра внезапно превращается в жуткую реальность, когда покойные сестра и отец могут проникнуть в дом из потустороннего мира. Эльмира понимает, что стала жертвой сверхъестественных сил. Отец, вернувшийся из потустороннего мира, раскрывает её происхождение. Она должна выбрать, как использовать свои знания: защитить мир или поддаться силам зла. Какой путь выберет героиня? И сможет ли она в одиночку противостоять чёрной силе?
– Талгад, как возникла идея создания фильма Qumalaq и что послужило вдохновением для хоррора?
– Сейчас очень много контента создаёт искусственный интеллект. Например, кто-то с его помощью может создавать музыку на основе картин, а кто-то, наоборот, писать картины из музыкальных образов. Мы использовали эту стратегию и в нашей работе.
Мы нашли медвежонка, сделали его скан, и искусственный интеллект предложил нам первый драфт сценария. Затем вместе с главным редактором «Казахфильма» Бекболатом Шекеровым отредактировали его. Так и появился сценарий Qumalaq.
Кадр из трейлера Qumalaq
Слово «құмалақ» всегда казалось мне каким-то мистическим и загадочным. На Зелёном базаре женщины-баксы часто используют камушки, чтобы предсказывать судьбу, раскладывая их на белом платочке. К тому же «құмалақ» – очень звучно и тесно связано с нашей национальной культурой.
– Как обстоят дела с жанром хоррора в Казахстане? Возникали ли у вас сомнения относительно его выбора, учитывая, что комедии более успешны по кассовым сборам?
– Здесь важно не только привлечение зрителей, но и необходимость прививать культуру в целом. Например, такие инструменты, как домбра и кобыз, появлялись не просто так. Они становились востребованными благодаря популяризации определённых жанров и направлений в музыке. В поп-культуре тоже происходит навязывание определённых тенденций и жанров с помощью разных средств.
Сложилось мнение, что комедия ассоциируется с простыми сюжетами, но отличается хорошей актёрской игрой. Я считаю, что этому способствовала популярность Comedy Club и КВН на территории СНГ. Люди привыкли к этому формату развлечений и жанру. Можно сказать, что и эта культура была нам навязана. В то время как жанр хоррора у нас менее популярен. За исключением, возможно, «Дәстүр», но и здесь есть свои нюансы.
– С чем вы связываете успех фильма «Дәстүр»?
– Успех «Дәстүр» Куаныша Бейсека, конечно же, в первую очередь связан с проектом «Ирина Кайратовна». Он сделал режиссёра узнаваемым и принёс ему славу. Успех формата «Ирины Кайратовны» пришёл не только из-за высоких кассовых сборов, но и благодаря искреннему желанию творить.
Я как сценарист и режиссёр предпочитаю работать в жанре хоррора и триллера, потому что он мне близок. Моя работа – это не просто стремление к успеху. Я просто делаю то, что мне действительно нравится. Конечно, всегда существует риск, что фильм может не найти своего зрителя. Даже у тех, кто занимается комедией, есть свои риски, потому что не каждая комедия приживается.
Кадр из фильма Qumalaq
– Рассчитываете ли вы на успех «Дәстүр» для вашего фильма?
– Многое зависит от маркетинга. Даже создатели фильма «Дәстүр» признали, что вложили 40 млн тенге в его продвижение. Интернет, билборды, качественный саундтрек – всё это играет важную роль. У нас, к сожалению, бюджет на маркетинг для Qumalaq довольно скромный, это создаёт дополнительные сложности.
Мы не всегда чётко доносим информацию о нашем проекте до зрителя. С учётом популярности соцсетей сейчас особенно сложно привлечь внимание. Поэтому рассчитывать на повтор успеха «Дәстүр» было бы глупо. Мы трезво оцениваем ситуацию.
Мы стремимся представить зрителям разнообразие жанров и форматов не столько с целью их популяризировать, сколько для того, чтобы показать, что в Казахстане есть и хоррор. К примеру, мы не ограничиваемся только народными песнями и эстрадой. У нас есть джаз, треш-метал. Так мы стремимся создать нишу для аудитории, которая ищет что-то новое и интересное не только на рынке, но и в культурной среде. Мы уверены, что такая аудитория существует, и у нас есть возможность предоставить ей качественный контент.
Кадр из фильма Qumalaq
– Какие социальные проблемы и конфликты представлены в вашей кинокартине?
– Хоррор всегда ассоциируется со страхом и напряжением. Этот жанр, как правило, привлекает молодёжь. В наш хоррор мы включили также элементы социальной тематики. Например, в нашем сюжете 14-летняя героиня заходит на неизвестный сайт и затем сталкивается с серьёзными проблемами.
Иными словами, наша аудитория должна быть осторожной, чтобы не попадать в опасные ситуации в интернете. Мы хотели передать этот важный момент через сказку, с акцентом на необходимости быть бдительным. Это касается не только подростков, но и их родителей. Взрослые должны следить за своими детьми, чтобы те не попадали в опасные ситуации. У нас уже были серьёзные проблемы, связанные с влиянием интернета. Я имею в виду игру «Синий кит», которая привела к самоубийствам подростков.
Мы даже ввели в фильм тему лудомании, чтобы подчеркнуть опасность азартных игр. Решили напомнить и родителям, и детям о важности быть осторожными. Наша аудитория в основном состоит из детей, поэтому для них это самый важный урок и предостережение.
Кадр из фильма Qumalaq
– В своё время режиссёр Куаныш Бейсеков запустил промокампанию фильма «Дәстүр» с подкастами, где гости делились страшными историями. Одни считали эти подкасты неуместными, аргументируя тем, что режиссёр не придал теме насилия должного внимания, другие утверждали, что такое промо уместно. Как вы смотрите на инициативу поднимать подобные темы в подкастах?
– В данном случае все средства хороши. Кука, безусловно, проявил себя как отличный маркетолог, успешно раскрутив одну из самых популярных команд – «Ирину Кайратовну». Имея за спиной такой успех, он, вероятно, обладает большим опытом и знаниями в этой области. Поэтому, я думаю, его методы были грамотными и результативными.
– В подкасте Qumalaq Show также обсуждаются страшные истории, но почему-то не была затронута проблема интернет-зависимости. Какова роль кино и искусства в обсуждении таких проблем, как зависимость от социальных сетей?
– Прямого ответа, вероятно, нет. Это зависит от общественного настроения и тенденций. Что касается отражения этой ситуации в нашем подкасте, то это был только первый выпуск, в дальнейшем мы сможем более полноценно отразить проблему. Мы также обращаем внимание на успешные проекты. Что-то мы можем перенимать, а что-то нет, и это зависит от нашего личного решения.
– Стоит ли ждать подкастов с темами интернет-зависимости?
– Я думаю, что с вашей подсказкой мы, наверное, это сделаем. Мы как творческая команда тоже берём идеи откуда-то. Вот сейчас благодаря вам мы будем двигаться в эту сторону.
– У главной героини фильма не совсем простая судьба. Она осталась без отца и сестры. Какие цели и смысл вы видели в выборе подобной сюжетной линии?
– Есть такое понятие: где тонко, там и рвётся. Наша главная героиня лишилась не только сестры, но и отца, конфликтовала с матерью. Мать, стремясь защитить свою дочь, иногда переходила границы и навязывала свою заботу. Такие проблемы между родителями и детьми не редкость. Тема отцов и детей – вечная.
Кадр из фильма Qumalaq
– Что лично вас больше всего настораживает во взаимодействии детей с социальными сетями?
– Я аналоговый человек, и новые технологии всегда вызывают у меня некую тревогу. Не то чтобы я не поддерживаю развитие цивилизации или проведение детьми времени в социальных сетях. Дети могут черпать там и полезные знания. Просто существует и другая сторона медали. Я сам отец и очень щепетильно отношусь к этому вопросу. Всё имеет свои плюсы и минусы, и интернет не исключение.
Отрывать детей от интернета было бы неправильно: такое ограничение может помешать их развитию. Важно принять это как неотъемлемую часть нашего мира. Интернет, как и автомобиль, имеет свои угрозы и пользу. Мой подход состоит в том, чтобы принимать это как факт и учить детей делать осознанный выбор. Детей нужно направлять, а не управлять ими.
Кадр из трейлера Qumalaq
– Как вы считаете, ваш фильм может повлиять на общественное мнение о вреде зависимости от социальных сетей? Как он будет воспринят аудиторией, особенно молодыми зрителями?
– Конечно, хотелось бы принести пользу нашему обществу. Хотелось бы, чтобы дети были более внимательными и ответственными. Мы всегда учим их быть осторожнее на дороге. Я считаю, что той самой осторожности нужно учить и в интернете.
Необходимо обратить внимание на то, чтобы дети были более осознанными в своих действиях в сети не только при посещении сайтов. Нужно также контролировать время, проведённое онлайн. Мне бы хотелось, чтобы от просмотра фильма у зрителей появилось что-то полезное для их реальной жизни.
Мы постарались создать образ главного героя, которому аудитория будет сопереживать и чья история послужит предостережением о возможных опасностях для остальных.
-
Как казахстанский хоррор «Дәстүр» обогнал по кассовым сборам комедии
-
Как будут спасать Казахфильм, рассказала министр информации Аида Балаева
