Айгерим Тажи – современный казахстанский поэт, завоевавшая признание не только в отечественной литературной среде, но и далеко за пределами нашей страны. Стихи автора переведены на разные языки и опубликованы в зарубежных литературных журналах, альманахах и изданиях. Более того, рукопись стихотворений Айгерим Тажи получила грант от американского Национального фонда искусств.
Уже дважды Айгерим Тажи представила миру свои сборники стихотворений. Первый сборник, «БОГ-О-СЛОВ», увидел свет в 2004 году благодаря издательству «Мусагет» в Алматы. В 2019 году вторая поэтическая книга «Бумажная кожа/Paper-Thin Skin» вышла на двух языках в США. Международные литературные критики уже написали много рецензий на неё.
Фото с сайта Zephyr Press
Не так давно поэт присоединилась к писательской резиденции IWP (International Writing Program), признанной меккой для выдающихся литераторов. Резиденция в Университете Айовы, литературном центре США, даёт авторам возможность погрузиться в творческую атмосферу, обменяться опытом с мировыми литераторами, а также лучше узнать американскую культуру. В своё время в программе резиденции принимали участие выдающиеся писатели современности Орхан Памук, Мо Янь и Виктор Пелевин.
Сейчас Айгерим Тажи проживает в Алматы, где продолжает развивать литературную карьеру. О своём творческом пути она рассказала в интервью Informburo.kz
– Айгерим, расскажите, пожалуйста, о вашем творческом пути. Какие жизненные события повлияли на становление вас как поэта?
– Что можно сказать о моём творческом пути? Я иду по нему уже давно. И он, конечно, неотделим от моей жизни как таковой. А в жизни всё, что встречается, влияет на нас, как и мы влияем на окружающее. Среди заметных событий моей жизни, связанных с литературой, назову участие в литературном семинаре «Мастер-класс» фонда «Мусагет», вскоре после которого состоялась первая публикация моих стихотворений в литературном журнале и вышла моя первая поэтическая книга «БОГ-О-СЛОВ».
С тех пор много чего произошло. Я писала стихи и тексты, создавала проекты на стыке литературы и других форм искусств, выигрывала международные литературные конкурсы, получала поэтические премии, выступала на мировых площадках, читала стихи на зарубежных фестивалях и творческих встречах в разных странах мира, участвовала в международных проектах. Мои стихи публикуются по всему миру, звучат на многих иностранных языках.
– Откуда вы черпаете вдохновение?
– Я не черпаю его в чём-то конкретном и не считаю, что для действительно творческих людей есть такой внешний источник, к которому можно прийти и набраться вдохновения, если внутри пусто. Вдохновение, или я чаще называю это творческой энергией, рождается внутри меня как часть моей жизни. Я наблюдаю за миром, чувствую его процессы, вижу, что происходит в нём, думаю, удивляюсь, живу, дышу. И пишу стихи.
Фото из личного архива Айгерим Тажи
– О чём вы пишете чаще всего?
– У меня нет конкретной избранной тематики стихотворений. Они разные, как и сама жизнь, отражают многие грани нашего мира, интересующие, затрагивающие меня.
– У вас есть некоторые стихи, основанные на казахских традициях. Например, в одном из стихотворений женщина отрезает у сына локон и хранит его. Сейчас в Казахстане активно обсуждают тему национальной идентичности. На ваш взгляд, важно ли поэту затрагивать эту тему в своём творчестве?
– У меня немало стихотворений, где можно заметить отголоски казахской культуры. Я не описываю напрямую традиции, обычаи, не пишу эдакие страноведческие стихи с местными географическими названиями, чтобы подчеркнуть свою принадлежность. Поэзия – более тонкая материя. Но так как казахская культура – это важная часть моей жизни, часть меня, то она не может не проявляться в том, о чём я пишу. Однако вы узнаете её в моих стихах, только если сами знакомы с ней.
Что важно поэту затрагивать в своём творчестве или нет – личное дело каждого поэта. Потому что самое важное в поэзии, по моему мнению, да и в любом творчестве – это внутренняя свобода. По-настоящему созидать что-то можно только из этого состояния. Тогда и писать будете то, что хочется именно вам, писать о том, что вас волнует, интересует, берёт за живое, а не то, что кто-то рекомендует или «продвигает».
Если писать стихи, оглядываясь на навязанную или пропагандируемую важность чего угодно, если думать, что, оказывается, надо писать вот так-то, иначе люди не примут, то всё, конец, поэзии тут не место. И, конечно, если сам поэт начинает выбирать конъюнктурную тему или модный формат специально, то не появится та самая магия, которая присуща настоящей поэзии.
– Пишете ли вы на казахском языке?
– Я говорю и пишу на казахском, но не стихи. Вообще для меня язык поэзии видится как музыкальный инструмент для музыки. Кто-то играет на гитаре, кто-то на пианино, кто-то на волынке. На всех этих инструментах можно исполнять музыку, как на всех языках можно создавать поэзию. Кстати, если говорить о музыке, я играю на любимом мною кобызе. Магический инструмент.
– Расскажите про период, когда вы обучались в «Мусагете». Какие яркие воспоминания остались с того времени?
– О, у меня целая гора ярких воспоминаний о том времени. Тогда я ещё жила в родном Актобе. И едва окончив университет – я училась на экономиста-международника и получила красный диплом – стала победителем казахстанского литературного конкурса, который проводил фонд «Мусагет». Меня пригласили в Алматы на республиканский литературный мастер-класс Ольги Борисовны Марковой, писателя и основателя фонда. И там мне будто открылся новый мир – мир литературы.
Невозможно рассказать в рамках одного вопроса интервью, сколько было ярких встреч, открытий, событий, знакомств. Это уже история. Ольга Борисовна создала прекрасное место, где литература могла расти. Так и вышло. Уже скоро состоялась моя первая публикация в литературном журнале «Аполлинарий». Тогда я впервые увидела свои стихи в бумажном издании и получила первый гонорар как поэт. А затем вышла и моя книга «БОГ-О-СЛОВ». В небольшой квартире в удалённом от центра районе Алматы словно существовал литературный остров, куда я всегда рада была вернуться.
Немало казахстанских авторов вышло из «Мусагета». Однако по разным причинам только считаные единицы из них активны в литературе в настоящее время. Сам «Мусагет» просуществовал всего 10 лет, в 2008 году фонд прекратил своё существование после смерти Ольги Борисовны. Но, я считаю, что он оставил огромный след в истории литературного Казахстана, буквально стал легендарным.
– Как вас изначально заметили иностранные издательства? Расскажите также, пожалуйста, о знакомстве с Джеймсом Кейтсом.
– История моих зарубежных публикаций началась много лет назад как естественное продолжение творческого пути. Иностранные переводчики из Европы, Азии, Америки переводили мои стихи на мировые языки, и эти переводы публиковались потом в литературных изданиях, антологиях и альманахах за рубежом. На английский язык меня переводили несколько разных переводчиков.
Однажды американское литературное издание пригласило меня опубликоваться у них, предложив перевести мои стихи на английский язык известному переводчику из США Джеймсу Кейтсу. Забавно, что тогда, кстати, журнал прислал мне чек с гонораром за публикацию, но я так и не смогла его обналичить в Казахстане. Кейтс перевёл мои стихи для журнальной публикации и настолько заинтересовался моей поэзией, что предложил мне поработать с ним и дальше.
С тех пор уже более 10 лет он переводит мою поэзию на английский. И только в прошлом году мы впервые увидели друг друга вживую на известном Международном поэтическом фестивале в Роттердаме, куда меня пригласили выступить. А Кейтс специально прилетел в Нидерланды из США, чтобы встретиться со мной.
– На ваш взгляд, как в Казахстане обстоят дела с поэзией?
– Ну, как говорить в целом о поэзии в Казахстане? Это не какой-то показатель, где можно вывести среднюю и решить, насколько всё хорошо или плохо. Отрасли как таковой тоже нет. А обобщения ни к чему не приведут. За других поэтов я не в ответе, у меня свой творческий путь с моими личными открытиями, радостями и достижениями.
– Отличается ли по восприятию вашего творчества казахстанский читатель от иностранного? Где больше популярно ваше творчество: за границей или всё-таки в Казахстане?
– Абсолютно все читатели разные, так как изначально все люди разные. Потому любой читатель поэзии, будь он казахстанец или, например, американец, увидит в ней что-то своё.
Вообще восприятие так работает, что мы видим мир через собственную призму. Над одним и тем же стихотворением один читатель заплачет, другой – рассмеётся, третьего оно может вообще не зацепить. Это вполне естественная разница восприятия. Недавно меня пригласили провести сразу две встречи в университетах Чикаго, я выступала на нескольких встречах в Айове, в Голландии, много ещё где за последнее время, и везде читатели задают вопросы, которые волнуют лично их. Так же происходит и в Казахстане.
Я не знаю, почему так важно сравнивать, казахстанцев и иностранцев, где моё творчество популярнее – в Казахстане или «там». Мне кажется, что так может проявляться вот эта казахстанская ментальная обособленность культуры. Вот мир, а вот мы – казахстанцы. Мне часто задают вопрос, как «нас» воспринимают за рубежом, будто мы какие-то инопланетяне на отдельной планете. Но я вот воспринимаю мир единым, и Казахстан – это часть этого мира, просто до камушка знакомая, близкая и родная мне.
Главная награда писателя – это читатели, а у меня есть читатели по всему миру. Вы можете найти мои книги в библиотеках, книжных магазинах на разных континентах, прочитать рецензии международных литературных критиков и отзывы читателей из многих-многих стран. Так что у меня есть читатели как в Казахстане, так и за рубежом – от Европы и Америки до Азии и Африки, включая самые отдалённые уголки планеты.
– Действительно ли так, что о казахстанских писателях практически ничего не слышно и в целом казахстанская литература остаётся непопулярной? Если в крупных городах, таких как Алматы и Астана, с этим ещё можно поспорить, то в регионах современная казахстанская литература кажется практически невидимой.
– Тот, кто не слушает, тому и не слышно. О чём бы это ни говорилось. Если человек не покупает книгу, то и не узнает о её содержании. Если он не интересуется поэзией, то вряд ли он будет знать современных поэтов.
Если вы равнодушны, допустим, к спорту, музыке, театру или политике, то вы тоже не будете замечать события в них, только если вокруг все не начнут кричать об этом вам в уши. Но при этом литературный процесс в Казахстане оставляет желать лучшего. Потому что, судя по всему, наше государство не интересует развитие самой литературы. Я могу, конечно, перечислять, чего у нас не хватает, но не вижу в этом смысла. У нас не хватает абсолютно всего, что важно литературе и автору.
Например, меня печатают в основном за рубежом, так как в Казахстане уже долгие годы после закрытия «Мусагета», а с ним издательского дома и литературного журнала, практически нет интересных мест для публикации поэзии.
Иностранные коллеги и СМИ периодически просят меня назвать, например, десять лучших литературных журналов страны, перечислить профессиональные издательства, печатающие казахстанскую поэзию, рассказать о других современных казахстанских поэтах, кто известен за рубежом, кого отмечают в значимых литературных премиях, публикуют в международных издательствах… И люди ждут, что я дам им длинные списки с названиями и именами, но, к сожалению, мало что есть и о ком есть рассказать. Пока работает парадигма «казаться, а не быть», ситуация в Казахстане останется прежней.
Кстати, за рубежом мне часто говорят, что Казахстан до встречи со мной был «белым пятном» на карте, просто ещё одна страна с окончанием «-стан». Многие, кроме названия, ничего о стране не слышали. Но после знакомства с моим творчеством Казахстан для них стал страной поэта, стихи которого они читают.
– Поддерживает ли в Казахстане государство поэтов и писателей?
– Господдержка – награды, конкурсы и прочее – не отражают реальную ситуацию в казахстанской литературе, многое происходит в кулуарах, как говорится, «поддерживают своих». У нас чем ближе к власти, тем больше наград и прочих благ, но к литературе это уже не имеет отношения. Это печально.
Лично я как поэт не чувствую никакой поддержки со стороны нашего государства Казахстан. Но если государство где-то там далеко, в другом для меня измерении, то со стороны читателей всё по-другому. Казахстанские читатели меня радуют вниманием, и я благодарна им за это.
– Что нужно, чтобы стать поэтом? Нужно ли для этого иметь дар?
– Да, настоятельно рекомендую! Что нужно? Писать стихи, если они у вас рождаются внутри.
– Какие советы вы можете дать начинающим поэтам в Казахстане?
– Будьте свободными, не оглядывайтесь на тренды, на указания, как и что нужно писать. Пишите не в надежде получить какие-то бонусы от жизни, а ради радости творчества, из внутренней энергии и желания творить.
– А как продвигать творчество поэтам за пределами Казахстана?
– Вопрос – с какой целью и что вы понимаете под продвижением? Меня периодически спрашивают (кстати, только соотечественники), как «продвигаться» за рубежом, что они сами расшифровывают обычно так: сколько стоят переводчики, выпуск книг в иностранном издательстве, выступления в престижных местах, публикации, конкурсы… Я раньше, мягко говоря, недоумевала от таких вопросов. Мне никогда даже в голову не приходило платить за подобные вещи. Наоборот, мне платили за это. Потому что я – автор! Я создаю то, что люди хотят читать, и мои стихи сами находят дорогу в мир.
То, что у кого-то вообще возникают подобные вопросы, показывает проблемы развития общества и культуры, где люди смотрят на мир через призму денег и связей, забывая, что есть такое понятие, как талант. Такая у спрашивающих картина мира, жаль, конечно.
Также сильна иллюзия среди начинающих и не только писателей, что им не хватает до мировой славы лишь переводов на иностранные языки. Но сначала важно стать профи на том языке, на котором пишете. Переводы появятся потом, очень естественно, как следствие вашей работы, и соответственно с этим придут международные читатели. А не наоборот.
– Как вы думаете, кто из казахских классиков важен для современных поэтов?
– Нет важных и неважных авторов. Есть свои авторы, и те, кто вам не близки. Читайте как можно больше и разных писателей, чтобы найти литературу, которая будет нравиться именно вам. Потому что хорошее чтение радует, даёт энергию и вдохновляет на жизнь. А иногда и полностью её меняет.
– Прочла ваше стихотворение «Наверное бог…». Стали интересны детали. Мне показалось, что мать, праматерь и отец в стихотворении символизируют связь между прошлым, настоящим и будущим поколениями. Не могли бы вы объяснить смысл вашего стихотворения?
Наверное бог похож на умирающего человека
У него в глазах то чего никому не видно
над головой остатки сияющей ауры
на губах соль выступила на лбу испарина
я смотрю на него и мне отчего-то стыдно
Дайте мне воды думает он не произнося ни слова
Справа мать и праматерь сидят отец с пращуром – слева
в изножье карлики великаны у изголовья
пришли и молчат
(вспоминают как он выходил из чрева)
он перед ними младенец голый
которому не все возможно но все прилично
Другие плачут громко молят его о прощении
А у него в ушах звучит собственный голос
Будущего нет и не будет
Будущего нет и не будет
И прошлое слишком призрачно
– Я считаю, что объяснять смысл стихотворений незачем. Поэзия в объяснениях не нуждается. Человек в любом случае всегда видит мир через призму своего восприятия, свою линзу исходя из накопленного опыта, особенностей взгляда.
Важно не мешать восприятию читателя, чтобы он сам нашёл что-то важное именно для него, то, что заденет, откликнется.
При этом мои стихи многослойны, и с течением времени читатели, меняясь сами, обнаруживают, что меняются и их ощущения от прочитанного, и внезапно им открывается новый слой стихотворения, дополнительный смысл, новая глубина, и они постепенно открывают всё больше и больше из того, что я как автор изначально заложила в стихотворение.
