В мире формируется многополярная система с четырьмя центрами силы. Как выстраивать политику в этих условиях Узбекистану? Мнение эксперта
В последние годы среди экспертов и журналистов стало очень модным выражение "глобальная трансформация международных отношений и мировой экономики". Зачастую те, кто говорит об этом, вкладывает в это понятие свое понимание, и все они сильно отличаются друг от друга. Что это такое и на что ориентироваться Узбекистану в новых условиях, объясняет директор Центра исследовательских инициатив Ma'no Бахтиер Эргашев.
"Для меня понятие "глобальная трансформация мировой экономики и политики" имеет отношение к процессу окончания эпохи господства западного мира и формирования нового многоцентричного мира, в котором роль и значение Запада уравновешены влиянием глобального Востока и Юга. Сейчас усилились дискуссии о том, какой исторический момент может считаться началом эпохи западного доминирования над незападным миром. На мой взгляд, символическим событием в этом плане является подписание Тордесильясского договора в июне 1494 года – через два года после того, как Колумб открыл Америку и через год после того, как он вернулся в Испанию", – рассказал эксперт.
Этим документом две зарождающиеся колониальные империи – Испания и Португалия, имея превосходство в мореходном искусстве, организации вооруженных сил, пороховом деле, по праву сильных поделили между собой весь неевропейский мир.
"Таким образом, мы можем говорить о том, что вот уже 500 с лишним лет западный мир, пользуюсь своим преимуществом, захватывал, подчинял, уничтожал и грабил неевропейский мир. И вот эта 500-летняя эпоха заканчивается – этот мир ломается, ломается система взаимоотношений между глобальным Западом и глобальным Югом. И все это происходит буквально у нас на глазах. И происходит это потому, что позитивный потенциал глобального западного проекта, который был предложен миру 500 с лишним лет назад, заканчивается", – отметил Эргашев.
По его словам, позитивный потенциал модели либеральной демократии, которую Запад предлагал и продвигал, как высшую форму политического развития, уже не является привлекательным. То, что одно время было силой западного политического проекта, выродилось в кризис семьи, традиционных религий, а также в целом в кризис обществ, где балом правит идеология морального релятивизма и полного приоритета личности над интересами общества.
Эксперт отмечает, что в мире уже есть опыт того, что модель либеральной демократии не является единственно приемлемой и возможной. Существуют различные форматы демократии. Поэтому представлять, что западный тип либеральной демократии является идеальным вариантом, к которому все должны прийти, – ошибка. У западной модели очень много негативных сторон, которые явно видны и понятны всем незападным странам, считает собеседник.
"В качестве примера можно вспомнить как во время Примаковских чтений, которые прошли буквально месяц назад, президент Уганды Мусавене отметил, что стране нужна помощь России в реализации образовательных реформ. Правительство Уганды не хочет, чтобы этими реформами занимались западные страны, потому что понятно, что они принесут в систему образования идеологию гомосексуализма, продвижения ценностей ЛГБТ, которая противоречит традиционным ценностям страны. И такой позиции придерживается весь глобальный Юг и Восток, который во многом сейчас противостоит Западу", – рассказал Эргашев.
Во-вторых, не все в порядке и с идеей рыночной экономики, о преимуществах которой говорят все эти 500 лет. Моделей рыночной экономики тоже может быть очень много вариантов. Нет единой модели – это один из главных выводов, к которому во второй половине 20 и в начале 21 века приходит большинство исследователей.
"В настоящее время рыночная экономика постепенно вырождается. Углубляется кризис экономики ссудного капитала. Так, в 2022 году объем деривативов составлял более 20 триллионов долларов. Это пустые бумажки, которые финансовые структуры лепят и передают друг другу на основе небольшого количества договоров на реальную поставку реальных товаров. На самом деле это огромная сумма ничем не обеспеченных денег", – рассказал эксперт.
По его словам, в условиях господства банковского финансового капитала отсутствуют стимулы для инвестирования в реальный сектор, это отчетливо можно увидеть на примере Соединенных Штатов и Англии. Деньги, которые выделяются государством на стимулирование развития, идут не на строительство заводов и фабрик, а на покупку казначейских облигаций и других финансовых инструментов. Они никак не идут на индустриализацию.
Таким образом, большинство крупных экономик Запада, где когда-то началась индустриальная революция эпохи Нового времени, что сделало его глобальным лидером, сегодня идут дорогой деиндустриализации. В той же Англии, которая когда-то была пионером в этой области, сейчас 70% с лишним всей экономики занимает сектор услуг. Те же самые процессы идут и в США, отмечает эксперт.
Но при этом процесс индустриализации как раз сейчас активно идет в незападном мире. По мнению эксперта, именно там будет развернуто реальное развитие индустриализации и инноваций в ближайшие, как минимум, 100-200 лет.
"Все это напрямую относится и к Узбекистану, а также ко всем малым и средним странам мира, которые по большому счету и формируют глобальный Юг и глобальный Восток. Это страны, которые не обладают ядерным потенциалом и огромным размером экономик, но именно они во многом определяют то, куда будет идти мир в новых условиях. Поэтому анализ тех изменений, которые происходят в мире, всегда нужно рассматривать с точки зрения перспектив развития нашей страны, как одной из средних стран по территории, численности населения, экономическому потенциалу в мире. Важно понимать, куда мы идем в рамках этих очень глубоких процессов", – заметил Эргашев.
По его словам, нужно выработать новое понимание того, как в условиях разрушения однополярного мира во главе с глобальным гегемоном в лице Соединенных Штатов и прихода ему на смену многополярного мира с отдельными макрорегионами выстраивать свою внутреннюю и внешнюю политику таким странам, как Узбекистан.
"По расчетам, которые сейчас делают специалисты, к середине 21 века окончательно сформируется многополярная система с четырьмя центрами силы, которые сформируют свои валютные зоны и военно-политические блоки. Это будут Америка со своими союзниками, КНР, Россия и Индия. У этих стран разные размеры экономик, потенциал военной мощи, уровень технологического развития. В каких-то вопросах они опережают, в чем-то отстают друг от друга, но в целом совокупная мощь различных факторов говорит о том, что именно эти страны могут стать глобальными центрами силы и основой многополярного мира", – рассказал собеседник.
В этой связи нужно думать о том, как нам жить дальше, отмечает эксперт. Определенная часть стран уже вошла в те или иные блоки, экономические объединения, которые предлагают формирующиеся или уже существующие глобальные центры силы. Но есть группы стран, которые не хотели бы участвовать в военно-политических блоках. Например, в Узбекистане на законодательном уровне прописано, что страна не будет участвовать в таких организациях. И мы в этом не одиноки.
По словам Эргашева, в разных странах, прежде всего, глобального Юга, сейчас активно разворачиваются дискуссии по поводу того, какой формат может быть использован. Это может быть реанимированное и обретшее новые смыслы Движение неприсоединения, которое сейчас не имеет каких-то внятных идей относительно того, кто его участники и куда они должны двигаться. Может быть, будет создан новый формат, объединяющий средние и малые страны, не готовые к тому, чтобы стать частью тех военно-политических блоков, которые формируются или будут формироваться вокруг глобальных центров силы.
"Дискуссии на первом Диалоге аналитических центров глобального Юга, который состоялся в начале ноября нынешнего года в китайском городе Сиамень, показали, что вопросы гегемонии и нового лидерства в новом формирующемся многополярном мире, формирования новых форматов взаимодействия малых и средних стран в условиях многополярного мира – являются ключевыми на современном этапе", – сказал он.
Центр исследовательских инициатив Ma'no также занимается исследованиями в этом направлении.
"Сейчас мы готовим большой аналитический документ, в котором постараемся рассмотреть эти вопросы и предложить некоторые выводы и решения для этой глобальной дискуссии. На самом деле, это очень серьезно и нужно четко понимать, куда двигаться, в чем наше отличие и почему нам не нужно, например, вступать в те или иные объединения и блоки", – рассказал эксперт.
По мнению Эргашева, принятию взвешенных решений в этом отношении мешают старые стереотипы, которые вшиты в сознание определенной части элиты и населения.
"К сожалению, значительная часть управленческой элиты в Узбекистане до сих пор живет стереотипами о том, что Запад доминирует и будет доминировать. Это имеет очень серьезное влияние на формирование внешней политики и торговли, экономических приоритетов и принципов развития страны. В экономических и политических кругах ходят бесконечные разговоры о демократии, рыночной экономике, приватизации всего и вся, необходимости вступления в ВТО, которая в реальности сейчас мало кому нужна в мире. Гораздо более разумно говорить о более активном взаимодействии, например, с БРИКС, которая в отличие от той же ВТО является не рудиментом старой системы, а форматом новой глобальной архитектуры, формирующейся на наших глазах", – отметил он.
По мнению собеседника, ориентация на Запад и США, которые сейчас являются слабеющим гегемоном, на фоне усиления глобального Востока и Юга, является ошибкой стратегического масштаба. Экономические и политические державы первого порядка во второй половине XXI века будут представлены странами глобального Востока и Юга, начиная с Китая, России, Индии и заканчивая Бразилией, Нигерией, Индонезией, Пакистаном, Турцией и Ираном.
"Именно они будут основными локомотивами экономического и технологического развития. Политической элите каждой страны важно уже сегодня видеть новые глобальные тенденции и вовремя освобождаться от отживших стереотипов. Ошибки в понимании того, какие силы имеют перспективы стать реально движущими силами в мировой экономике и политике, а какие уже умирают и будут уходить на вторые роли, ошибки в выборе тех, с кем нам по пути, будут иметь очень серьезные стратегические последствия", – подчеркнул Эргашев.
