Недавние пожары в Костанайской области указали на хроническую проблему страны – недостаточность мониторинга огромных территорий Казахстана. Специалисты считают, что снимки дистанционного зондирования Земли (ДЗЗ) от спутниковых систем разных стран, в том числе и казахстанской, при последнем ЧП были получены с опозданием. При своевременном получении информации об очагах лесного пожара, направлений его распространения, ликвидировать последствия можно было бы гораздо быстрее.
Выпускник «Бауманки» (знаменитого среди технарей российского технического университета), руководитель казахстанской компании KazAeroSpace, специализирующейся на применении технологий ДЗЗ, Баглан Казиев более 15 лет работает в аэрокосмической отрасли Казахстана. Он рассказал Informburo.kz, чем могут быть полезны космические технологии республике и её гражданам. И не только при обнаружении природных и техногенных катастроф.
Баглан Казиев
– Баглан, каким вы видите настоящее и будущее казахстанской космонавтики?
– Сначала мы должны спросить сами у себя: нужна ли нам космонавтика как отрасль в целом? И если да (а я думаю, что да), то в каком виде? Возможно, нам стоит развиваться в направлении прикладной космонавтики. 15-летний опыт Казахстана по развитию космической деятельности показывает, что космонавтика нужна и основная инфраструктура для неё уже создана.
Построены предприятия, запущены по два спутника – дистанционного зондирования Земли (высокого и среднего пространственного разрешения KazEOSat-1 и KazEOSat-2), связи и вещания (KazSat-2 и KazSat-3 с двумя наземными комплексами управления), научно-технологического назначения (KazSTSat и KazSciSat-1). То есть большой задел создан.
Но это было 15 лет назад. Наша страна испытала успех, и после мы немного затормозили. Но, к сожалению или к радости, мир развивается практически ежедневно. Узбекистан стал активно развивать космическую деятельность. Ангола начала запускать спутники. Это примеры стран, которые полтора десятка лет назад даже не планировали космические проекты. Арабские Эмираты ушли настолько вперёд, что я даже не представляю, можем ли мы с ними говорить на одном языке. Часто же на международных форумах встречаются делегации разных стран, специалисты договариваются, что они могут предложить, что ждут взамен от коллег из другой страны. Нам предложить нечего. А 15 лет назад мы с ОАЭ были на одном уровне.
Мы лет 20 назад были в числе отстающих в этой отрасли стран, а потом было создано космическое агентство РК при активном участии Талгата Мусабаева, возглавившего его. Казахстан в тот момент совершил большой прыжок и стал по праву называться космической державой.
– Как бы вы тогда охарактеризовали нынешнюю ситуацию в отрасли?
– Сегодня ряд стран ушло далеко вперёд, и нам нужно опять делать рывок, чтобы нагнать их. Но перед рывком, по моему мнению, мы должны осознать, чем же нам следует заняться? Строить заводы и ракеты? Возможно, это и не нужно.
В ближайшие 50 лет вряд ли возникнет необходимость запускать ракеты, а вот создавать и использовать спутники нам вполне по силам.
Даже специалисты поначалу плохо понимали, для чего обычным людям нужны космические технологии, как наши граждане почувствуют пользу и выгоду от их использования.
Это понимание пришло позже. Приблизительно лет семь-восемь назад. Это случилось, когда министерства – обороны, экологии и недропользования, комитет нацбезопасности, акиматы начали обращать внимание на пользу технологий. Они значительно облегчают их работу, сокращают затраты. По сути мы обеспечиваем эффективность определённых работ. И более того, сокращаем коррупционные проявления.
С другой стороны, пришло понимание: решить все задачи, которые появляются, только силами нацкомпаний не получится. Можно раздуть их штат, сил всё равно не хватит. В отрасль должен прийти бизнес, чтобы стать проводником между космическими технологиями, с одной стороны, и государственными органами и бизнесом, с другой.
– Современная космонавтика – отрасль обширная. О каких направлениях идёт речь?
– Прежде всего я имею в виду технологии дистанционного зондирования Земли. Есть около десяти важнейших задач, которые решают при помощи технологий ДЗЗ. И каждая по своей ёмкости, пользе перекрывает все затраты на космическую систему в целом.
Казахстан – страна огромная, при этом малозаселённая. Поэтому контроль за территорией возможен при широком применении технологий дистанционного зондирования.
Очень большая проблема для нашей страны – это незаконные недропользователи. Были проведены несколько пилотных исследований. Обычно действует правило: чем дальше от центра, тем больше коррупции. Но вот в 50 км от казахстанской столицы, в Целиноградском районе за несколько дней были обнаружены свыше 50 карьеров, нигде не зарегистрированных!
Специалисты разработали методику, благодаря которой и обнаружили нарушителей. На места выехали правоохранительные органы с проверками, данные подтвердились. Но ведь этот проект – капля в море. Такую работу надо проводить на системной основе. И во всех регионах, уверен, можно найти нарушителей.
– Наверняка, выявление подпольных недропользователей – это далеко не единственная задача, которую можно решить с помощью технологий ДЗЗ?
– Запускался у нас проект и по выявлению незаконных наркопосевов. Когда мы вначале встречались со специалистами Министерства внутренних дел, высказывались сомнения: «Зачем нам дорогие космические снимки, если у нас есть вертолёты, пешие мобильные группы?»
Но ведь понятно, что участники таких групп, даже если они хорошо подготовлены физически, могут пройти максимум километров 20. Потом их самих придётся спасать от жары или холода. У вертолётов тоже есть свои радиусы, от их шума могут скрыться те же владельцы наркопосевов. Да и во время подготовки к полёту может происходить утечка информации. Были случаи, когда и вертолёт ломался в воздухе, садился на брюхо. То есть это тоже далеко не самый оперативный инструмент реагирования. И когда мы правоохранительным органам предложили использовать спутниковые данные, они заинтересовались.
– Насколько удачно прошло сотрудничество?
– Это оказался исключительно удачный проект. Тогда хорошо сработали все стороны: бизнес, специалисты МВД, оператор спутника – «Казахстан Гарыш Сапары». Это была слаженная работа.
Мы получили около тысячи снимков. Один снимок стоит около миллиона тенге. То есть общее количество снимков получилось на миллиард тенге.
Их дешифровали и выявили более ста мест, где с высокой долей вероятности произрастала культивированная индийская конопля. И это только в одном районе области! Мы определили пять самых крупных точек, и совместно с МВД, Минобороны был произведён вылет по нашим координатам. Все пять точек подтвердились.
Успех этой операции оправдал все расходы и превзошёл самые смелые ожидания.
– Миллиард тенге – сумма значительная всё-таки…
– Это условная сумма. Если бы мы решили заказать такие снимки на стороне, обратиться за подобными услугами к другим странам, то нам пришлось бы закладывать в бюджет не меньше 10 млрд тенге.
Умножьте эту сумму на десять задач, которые решаются при помощи технологий ДЗЗ и часто перекликаются между собой, и ещё на семь лет (срок активного существования спутника ДЗЗ. – Ред.). И вы поймёте, какой эффект можно получить от применения спутника ДЗЗ.
– В каких ещё сферах можно использовать ДЗЗ?
– Все мои примеры начинаются со слова «незаконные». В мировой практике спутники высокого разрешения применяются не менее чем на 70% в интересах обороны и безопасности страны и лишь 30% в остальных сферах.
Проще говоря, спутник – это невидимый помощник. Он может снимать: где, что и когда угодно. У него в космическом пространстве фактически нет ограничений.
Условно, у вас появилась задача: снять пожары в Костанайской области. Нужно знать, где начался и куда идёт пожар. Отправлять беспилотник туда – это долго, а с помощью спутника можно получить полную информацию в течение одного дня и даже за несколько часов. Понятно, что мы должны объединиться со спутниковыми группировками других стран, оказывать друг другу услуги. И тогда за считанные часы можно получать оперативную информацию о любой территории Казахстана.
Бывает, что в труднодоступных местах, куда тяжело добраться даже спецтехнике, теряются люди, организуются спасательные операции. Был случай, когда студенты из столичного университета отправились в поход по Туркестанской области и потерялись. Очень трудно было спрогнозировать, откуда и куда они пошли. К сожалению, к нам обратились слишком поздно, через пять-шесть дней после начала поисков…
В таких ситуациях могут помочь только спутниковые данные.
По снимкам из космоса можно быстро сориентироваться: откуда начинать искать пропавших людей, по каким направлениям отправить поисковые группы, где организовать базовый лагерь спасателей.
Если обращаться к иностранным спутникам и просить оперативные данные, то это будет очень дорого.
– Спутникам связи и вещания нужна замена. А спутникам ДЗЗ нужна?
– Чтобы подготовить спутник, необходимы четыре-пять лет. Нужно заложить бюджет, найти грамотного поставщика, провести конкурс. Необходимы все подготовительные работы, в том числе испытания, перед тем как запустить спутник. Контракт с европейцами мы заключили в 2009 году, спутник был запущен в 2014 году, то есть ушло пять лет от контракта до запуска.
Напомню, у спутников ДЗЗ срок активного существования (САС) составляет семь лет. То есть у казахстанских спутников, что сейчас на орбите, фактически активный срок закончился, уже девятый год идёт их эксплуатация. Давно уже назрел вопрос об обновлении группировки.
– С чем это связано?
– Там целый комплекс причин. Я бы назвал среди прочих ещё одну. Спутник девятый год на орбите, но эффект главные потребители его снимков – бизнес, госорганы – до конца так и не прочувствовали. Никто не учит наши госорганы пользоваться предоставленными данными. Это примерно как купить пианино и не уметь играть на нём. Мы только сейчас научились чуть-чуть играть, а срок эксплуатации спутника уже подошёл к концу, и он в любой момент может выйти из строя.
Работу в этом направлении надо очень активно ускорять. И параллельно привлекать бизнес-структуры с подготовленными специалистами, которые хоть косвенно, но работали в этой сфере и в сфере IT. Их надо привлекать и ставить чёткие задачи.
То есть уже сегодня надо готовить рынок к появлению новых аппаратов.
Могу предположить, почему сейчас бизнес активно не идёт в эту сферу. Специалисты понимают, что спутнику девятый год и ему нет замены. Они могут начать сейчас активно работать с потенциальными заказчиками – сельским хозяйством, обороной, горнодобывающим сектором – и дойдут до стадии заключения контракта, а спутник выйдет из строя. Что тогда делать?
Главная наша проблема в том, что у нас нет чёткого стратегического плана развития отрасли, под который мог бы подстроиться бизнес. Нужен план на 5-10 лет вперёд. Пока его нет.
– И последний вопрос о других спутниках – связи и вещания, необходимость которых некоторыми чиновниками ставится под сомнение. Так нужны нам геостационарные спутники KazSat или нет?
– Есть спутник. Он работает уже лет десять. Как только он сойдёт с дистанции, появится пустота, которую кто-то займёт. Но ведь это фактически готовый бизнес-план. И если мы новый спутник в эту точку не поставим, то придёт кто-то другой и заберёт готовый бизнес.
В случае со спутником связи и вещания, думаю, можно рассмотреть варианты государственно-частного партнёрства. Кроме того, нужно работать с перспективными негеостационарными спутниковыми системами связи. Уверен, казахстанский бизнес уже готов вкладывать деньги в такие рискованные проекты.
