В 2021 году Си Цзиньпину впервые удалось повернуть процесс негласной приватизации китайской экономики вспять
Усиление позиций частного сектора в Китае происходило без какой-либо официально заявленной приватизации государственных компаний. Частный сектор наращивал свои позиции благодаря более динамичному развитию по сравнению с государственными гигантами. Среди части государственных и партийных руководителей Китая стало утверждаться мнение, что частный бизнес конкурентоспособнее государственных компаний. Идеология "рыночного социализма" получала все большую поддержку со стороны части китайского партийно-государственного руководства. Постепенно частный капитал овладел большей частью китайской экономики.
Некоторые китайские чиновники и партийные деятели считают, что волнения по поводу утраты государством ключевых позиций в экономике неосновательны. Потому что, мол, китайские коммунисты контролируют экономику с помощью крупных и крупнейших государственных компаний. Однако оценки Института мировой экономики Петерсона (США) ставят под сомнение такую картину. Когда Си Цзиньпин пришел к власти в 2012 году, количество частных компаний среди 100 крупнейших компаний Китая по рыночной капитализации составляло 17, что почти втрое меньше, чем в конце 2021 года (49).
Правда, в 2021 году процесс наращивания позиций крупнейшего китайского бизнеса прервался. Число частных компаний из топ-100 (по показателю рыночной капитализации) с 53 в конце 2020 года сократилось до 49 в конце прошлого года. В прошлом году, как считают некоторые эксперты, Си Цзиньпину впервые за многие годы удалось повернуть процесс негласной приватизации китайской экономики вспять.
В 2019 году в российских СМИ был сделан вброс сенсационной информации. Мол, со времени прихода Си Цзиньпина к власти (2012) в Китае началась массовая чистка коррупционеров и тех, кто наворовал государственное имущество. Мол, по итогам судебных процессов 4082 акционера, включая 1039 иностранных граждан, были лишены имущества и осуждены на пожизненное лишение свободы в трудовых лагерях, из них 590 заочно. Аналогичное наказание получили свыше 6 тысяч чиновников, устроивших продажу государственного имущества. Еще до 15 тысяч человек по всему Китаю получили различные сроки за содействие приватизации. Якобы за несколько лет Китай вернул себе заводы, фабрики и предприятия на общую стоимость в 122 трлн юаней (около 19 трлн долл.). Под угрозой расстрела членов семей бывших акционеров удалось также вернуть 45 трлн юаней (около 7 трлн долл.), выведенных за рубеж. Однако невооруженным глазом видно, что это информационная утка.
Однако нет дыма без огня. Си Цзиньпин действительно стал принимать меры по пресечению разворовывания казенных денег и казенного имущества, которые по разным каналам перетекали в частный сектор. Более проверенной является следующая информация. В октябре 2017 года Центральная комиссия КПК по проверке дисциплины сообщила, что со времени прихода к власти Си Цзиньпина к ответственности за коррупцию было привлечено в общей сложности 1,34 млн чиновников.
По инициативе Си Цзиньпина была запущена операция "Небесная сеть" (Sky Net) по возращению на родину беглых чиновников. За 2014-2016 гг. в рамках этой операции в Китай вернули 2566 нечистых на руку госслужащих, скрывавшихся примерно в 90 странах, сообщило агентство "Синьхуа". Были возвращены и вывезенные ими капиталы — 8,6 млрд юаней (1,25 млрд долл.). При этом невозможно проверить, казнили ли коррупционеров, арестованных в рамках данной операции, поскольку КНР не разглашает статистику смертной казни.
Обобщенных оценок результатов борьбы с коррупцией и воровством госимущества за последние годы нет. Но сообщения на эту тему из Китая поступают чуть ли не каждую неделю. Так, Global Times в январе прошлого года сообщила о конфискации имущества и казни бывшего председателя совета директоров государственной компании по управлению активами China Huarong Asset Management Co. Лай Сяомина. Обвиняемый напрямую или через посредников незаконно получил денег и активов примерно на 1,79 млрд юаней (277 млн долл.). Как сообщил суд, большую часть украденного удалось вернуть в государственную казну.
Еще одно направление борьбы с опасным усилением частного сектора – ужесточение государственного контроля над экономикой. 15 сентября 2020 года ЦК КПК опубликовал директивы, направленные на усиление своего влияния на частный сектор экономики. Партия призвала Единый фронт (Патриотический единый фронт китайского народа – политическое объединение КНР, возглавляемое Компартией) повысить руководящую роль правительства в частном секторе. При этом под контроль Пекина попадают инвесторы, топ-менеджеры и учредители компаний из Гонконга и Макао, которые осуществляют инвестиции в проекты материкового Китая.
В частности, в выступлениях Си Цзиньпина постоянно звучит нота о необходимости укрепления государственного сектора экономики. Так, в докладе на предпоследнем (девятнадцатом) съезде партии, который проходил в конце 2017 года, китайский лидер акцентировал внимание на ведущей роли общественного (государственного) сектора экономики: "Нужно сохранять и совершенствовать основную экономическую систему и распределительную систему нашего социализма, без всяких колебаний укреплять и развивать общественный сектор экономики".
Судя по всему, нынешний председатель КПК в отличие от предшественников неплохо знает марксистско-ленинскую политическую экономию. Выступая на 28-м рабочем заседании Политбюро ЦК КПК 18-го созыва 23 ноября 2015 года, он напомнил ключевое положение о решающей роли собственности на средства производства в формировании экономических отношений: "Согласно марксистской политэкономии, собственность на средства производства является стержнем производственных отношений, и это определяет фундаментальную природу общества и направление его развития. После реформ и открытости наша партия проанализировала как положительный, так и отрицательный опыт и создала базовую экономическую систему для начальной стадии социализма. В рамках этой системы мы подчеркнули важность продолжения превращения государственной собственности в опору, позволяя при этом другим формам собственности развиваться параллельно".
16 августа 2020 года в журнале Qiushi появилась статья Си Цзиньпина, посвященная настоящему и будущему марксистско-ленинской политэкономии в Китае. Я выделю в ней фрагмент, касающийся государственного сектора экономики: "Невозможно поколебать доминирующее положение государственной собственности и невозможно поколебать ведущую роль государственной экономики".
В последние годы в китайских СМИ стали появляться обращения граждан и открытые письма целых коллективов, в которых выражаются опасения по поводу чрезвычайной вестернизации экономического образования в Китае. Так, в конце 2020 года большой резонанс получило открытое письмо ряда профессоров университета финансов и экономики Нанкина, адресованное министру образования КНР. "В базовом профильном курсе 6 академических часов еженедельно посвящается западной экономике, и только 2–3 часа – марксистской. В некоторых вузах в основных предметах экономического профиля уже не проводится спецкурс марксистской политэкономии" – гласит письмо. Один из авторов этого письма Хэ Ганьцян ранее (31 мая 2020 года) опубликовал статью с многозначительным названием: "Вестернизация экономики – важная причина гибели партии и страны в СССР". В статье говорится о большой опасности допущения в Китае рыночной модели экономики и западных экономических теорий в образовании. Все это может привести к таким же пагубным последствиям – краху КПК и КНР.
По понятным причинам ни Си Цзиньпин, ни другие лидеры КНР не позволяют себе признания того, что "социализм с китайской спецификой" на самом деле – уже почти законченный капитализм. Однако те, кто живет и работает за пределами Китая, могут себе позволить подобные заключения. Так, американский экономист Нобелевский лауреат Рональд Коуз (Ronald Coase) и его китайский соавтор Нин Ван (Ning Wang), преподающий в Чикагском университете, написали в 2012 году книгу "Как Китай стал капиталистическим" (How China Became Capitalist). Позднее она была издана на русском языке (М.: Новое издательство, 2016).
Некоторые китаеведы считают, что в Поднебесной в прошлом году начались перемены, которые по своему размаху можно сравнить с культурной революцией времен Мао. В конце августа 2021 года во многих китайских СМИ была опубликована как по команде статья провинциального журналиста Ли Гуанманя под названием: "Каждый может почувствовать, что происходит глубокая трансформация" – о новом курсе Си Цзиньпина. По китайским меркам, более чем смелая. Вот фрагмент этой публикации: "Если нам по-прежнему придется полагаться на крупных капиталистов как на главную силу в борьбе против империализма и гегемонизма, или мы все еще будем сотрудничать с американской отраслью "массовых развлечений", наша молодежь утратит свою сильную и мужественную энергию, и мы потерпим такой же крах, как Советский Союз, даже еще до того, как подвергнемся настоящей атаке".
В статье перечисляется большое количество начатых в 2021 году мер властей Китая по борьбе с коррупцией, внедрением западной поп-культуры, заискиванием перед Западом, вестернизацией образования, получением нетрудовых доходов и т. п. Автор статьи поддерживает эту новую культурную революцию и выражает надежду: "Рынок капитала больше не будет раем для капиталистов, которые могут разбогатеть за одну ночь. Рынок культурных мероприятий больше не будет раем для неженок-звезд, а новости и общественное мнение больше не будут поклоняться западной культуре. […] Нам необходимо… построить яркую, здоровую, мужественную, сильную и ориентированную на людей культуру".
Примерно через год после появления этой статьи началось резкое обострение ситуации вокруг Тайваня. Для континентального Китая возникла серьезная угроза войны. Пока войны нет, но последовало сильнейшее обострение отношений КНР с США. Впрочем, у этой ситуации есть значительный плюс: она стала мощным фактором сплочения китайской нации перед лицом внешней угрозы.
Си Цзиньпин лучше многих других в Китае понимает, насколько далеко в китайском обществе зашло несоответствие между экономическим базисом и политической надстройкой. И если в политической надстройке на ХХ съезде КПК ему удалось добиться изменений в свою пользу и в пользу социализма (кадровые решения), то в деле восстановления социалистического базиса ему еще только предстоит огромная и долгая работа.
