Уголовное судопроизводство гораздо сложнее административного. Статью о побоях механически перенесли из Административного в Уголовный кодекс, но не так, как просили общественники. Дело в том, что без решения суда, которое вначале необходимо вынести, а потом оно должно вступить в силу, невозможно применить меру наказания к дебоширу, который совершил насилие здесь и сейчас. Его могут закрыть на несколько часов, но не более, и то в зависимости от степени нанесения телесных повреждений.
Экспертное сообщество предупреждало, что наспех принятые поправки чреваты последствиями, но никто не слушал. Всё произошло очень быстро, без особого обсуждения. Да, в рабочей группе есть и моя фамилия, но мне не давали слова во время обсуждений, а позже и вовсе вычеркнули из списка заседаний группы. И теперь можно лишь сожалеть о том, что поправка о криминализации побоев прошла очень слабую юридическую экспертизу. Следствием недоработки стало то, что жертва бытового насилия оказалась не защищена этим самым законом
Почему?
Во-первых, жертва должна написать заявление. Потом суд должен рассмотреть её заявление, иначе завести дело против обидчика невозможно. Хотя совсем недавно нам обещали, что при регистрации случаев домашнего насилия Министерство внутренних дел перешло с заявительного на выявительный характер. Но, по сути, этого не произошло.
Во-вторых, жертве насилия необходимо собрать огромное количество документов, которые подтверждают, что правонарушение действительно было совершено. Сюда входят и осмотр места предполагаемого насилия, и судебно-медицинская экспертиза, и допросы. Понятно, что сбор документов требует много сил и времени. Полицейским после того, как они соберут пакет документов, нужно передать их в прокуратуру. Прокуратура оценит полноту заведённого дела, и только затем материалы передадут в суд.
Если бы ввели отдельную статью, это была бы настоящая криминализация бытового насилия, и механизмы были бы совершенно другими. Но на сегодняшний день мы имеем то, что имеем. Поправки не защищают жертву, а лишь усугубляют её состояние.
Ещё один момент, требующий, на мой взгляд, пересмотра. В Казахстане опираются только на данные судебно-медицинской экспертизы, независимые экспертные заключения к рассмотрению не принимаются. Врач не может предоставить справку и тем самым подтвердить, что пострадавшая от бытового насилия была избита, такой документ просто не будет действителен в суде. Между тем судебно-медицинскую экспертизу получают в результате длительных процедур, которые могут занять не меньше месяца.
Это увеличивает временные ресурсы и, самое главное, большой объём документов, которые нужно предоставить в суд, создаёт дополнительные препятствия. Были попытки договариваться с Верховным судом, с МВД, чтобы упростить процедуру. Мы, общественники, собирали круглые столы и убеждали, что можно использовать независимую экспертизу вместо судебной, но пока это не привело ни к каким реальным результатам.
Мы видим, например, что из 26 дел о побоях в Алматы, которые дошли до завершения, только по восьми делам агрессоры получили штрафные санкции, остальные все закончились примирением.
Хотя примирение в суде – своего рода нонсенс, потому что это даёт агрессору возможность уйти от ответственности. А жертва, к сожалению, может не получить второго шанса, так как последствия могут быть трагическими. На мой взгляд, такая мера не способствует правосудию и сводит к минимуму усилия по привлечению к ответственности людей, совершивших насилие.
Мы можем наказывать сколько угодно. Давать и 15, и 20 лет ограничения свободы в зависимости от нанесения телесных повреждений. Но мы должны развивать и институт общественных работ, и обязывать агрессоров проходить коррекционные программы, а не использовать исключительно штрафы.
Дебоширам легче заплатить, нежели пройти коррекционную программу по изменению поведения и выработке ответственности за свои действия в отношении близких. Мы эту норму предлагали, но депутатский корпус нас не слышит, не видит и продвигает только то, что считает нужным. Скорее всего то, что ему навязано.
Понятно, что в ближайшее время никакие изменения в Уголовный кодекс вносить не будут, но можно было бы сделать следующее. Во-первых, сесть за стол переговоров и сократить количество необходимых документов для возбуждения уголовного дела. Во-вторых, разрешить использовать независимое экспертное заключение врачей о степени нанесения телесных повреждений жертвам. В-третьих, ввести обязательное прохождение агрессорами коррекционной программы по изменению поведения.
-
Созависимость. Советы психолога для родителей, супругов и детей алкоголиков
-
Адреса, телефоны, явки, пароли – в помощь пострадавшим от бытового насилия
Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.
