Китай опасается, что сепаратистские движения в Синьцзян-Уйгурском автономном районе КНР могут найти поддержку в странах региона
Председатель КНР Си Цзиньпин посетит Казахстан, где примет участие в саммите Шанхайской организации сотрудничества (ШОС) 4 июля, а затем направится в Таджикистан. Это, как подчеркивают китайские СМИ, служит сигналом бывшим советским республикам, что они могут положиться на Китай. В то же время роль РФ, занятой СВО в Украине, в регионе падает. Как Пекин и Москва решают эту проблему, может проясниться после встречи Си с президентом РФ Владимиром Путиным в Астане.
Как пишет Global Times, голос Пекина для заграницы, присутствие Си на саммите ШОС взбодрит страны Центральной Азии, побудит их осознать, что с Китаем их связывает общая судьба. Однако на пути к этой цели есть препоны в лице трех зол – сепаратизма, экстремизма и терроризма. Подорвать совместные действия центральноазиатских стран и КНР стараются США и их союзники, которые сулят молодым государствам займы и инвестиции.
Как передало агентство "Синьхуа", за последние 10 лет Си не пропустил ни одного саммита ШОС, в том числе в формате видеоконференций в период пандемии. "Три силы зла", наркотрафик и транснациональная организованная преступность представляют серьезную угрозу для региональной безопасности и стабильности", – заявил Си Цзиньпин на своем первом саммите ШОС в столице Киргизии в 2013 году.
ШОС создали в первую очередь из соображений безопасности. Ее предшественница, "Шанхайская пятерка", была сформирована для урегулирования вопросов безопасности границ после окончания холодной войны. Терроризм, сепаратизм и экстремизм, известные как "три силы зла", десятилетиями нависали над Центральной Азией, становясь все более опасными после распада Советского Союза, вторжения США в Афганистан и арабской весны.
Когда Си Цзиньпин дебютировал на сцене ШОС, ситуация с безопасностью в регионе была весьма сложной. Подъем "Исламского государства" (запрещено в России) в Ираке и Сирии привел к проникновению террористических и экстремистских элементов в Центральную Азию, что делало все более насущным для Китая и его партнеров по ШОС создание прочных связей в области безопасности.
Но примет ли ШОС конкретные шаги для предотвращения терактов или ограничится мало что значащей декларацией? Хозяин саммита президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев в своем заявлении сосредоточился на том, что ШОС должна расширять контакты с другими крупными международными структурами, не конкретизировав, с какими именно. Может быть, и с НАТО тоже? Поначалу в ШОС входили Россия, Казахстан, Киргизия, Китай, Таджикистан, Узбекистан. Потом в организацию вступили Индия, Пакистан и Иран.
Саммит ШОС в Астане, безусловно, станет крупным международным событием. Но он заставит комментаторов напрячь мозги. Одна из загадок – о чем могут договориться во время предстоящей беседы Путин и Си Цзиньпин? Пойдет ли речь об Украине и реальном взаимодействии двух держав в Центральной Азии?
Вашингтон однозначно рассматривает ШОС как средство, используемое Китаем для проецирования мощи за пределами своих границ. Об этом прямо сказано на сайте американского правительства по отношениям с КНР. Самым вещественным подтверждением тому служат военные учения совместно с рядом азиатских партнеров. В частности, такие учения проводились с Таджикистаном, Пекин и Душанбе даже устраивали совместное патрулирование границы. Коммунистическая партия Китая особенно боялась, как бы сепаратистские движения в Синьцзян-Уйгурском автономном районе КНР не нашли поддержку в странах Центральной Азии.
В таком же ключе комментирует саммит Энрике Коломбато, выступающий от имени неправительственной организации, действующей в Европе. Во-первых, говорит он, в ШОС входят самые большие незападные страны. Проблема в том, что у них совершенно различные национальные интересы. Это относится и к Китаю, и к России. С другой стороны, лидеров обеих держав объединяет обязательство сделать центром политического притяжения не НАТО, а Азиатский регион. ШОС стала зонтом, под которым этот проект обсуждается и выполняется.
Но участники организации, хотя и недовольны, как с ними обращается Запад, не хотят все же превращаться в сателлитов Китая или России. События в Украине лишь усилили тягу центральноазиатских государств к реальной независимости. Никто из них не желает поддерживать Россию по Украине. Точно так же у них не вызывает ничего, кроме тревоги, возможность военной акции КНР по Тайваню. Вот почему не стоит ожидать реальных шагов ШОС в сфере безопасности. Все ограничится громкими заявлениями, предсказывает Коломбато.
В беседе с "НГ" Александр Лукин, научный руководитель Института Китая и современной Азии РАН, отметил: "Китай опасается террористической угрозы со стороны стран – соседей Афганистана. Естественно, он хочет взаимодействовать с ними в этой области. Но он увеличивает и экономическое сотрудничество с ними. Молодые государства этому рады. Они льнут к Китаю, поскольку Россия вовлечена в конфликт в Украине и не имеет достаточных ресурсов, чтобы подкрепить свои позиции в регионе".
Александр Ломанов, заместитель директора ИМЭМО РАН, указал на то, что политика КНР последовательная. Ведь еще в прошлом году в городе Сиань прошел саммит Китая и стран Центральной Азии, где было сказано, что Китай и эти государства объединяет общая судьба. Причем заинтересованность Пекина в этом регионе увеличилась, поскольку европейцы развалили формат 16+1, предусматривающий взаимодействие Китая с Восточной и Центральной Европой. Поэтому Китай будет продвигать свою повестку дня в регионе. Что касается военной составляющей, то это неправильная формулировка. Речь идет о взаимодействии полицейских подразделений".
По мнению эксперта, версия о разногласиях между Россией и Китаем несостоятельна. "Нет никаких причин для соперничества двух стран. Увеличение китайского присутствия в экономике и образовании совершенно не бьет по интересам России. Москве следует только создавать больше своих учебных центров в регионе", – заключил Ломанов.
