Похоже, американский президент Дональд Трамп решил полностью переформатировать свою внешнеполитическую повестку в отношении Туркменистана, и теперь «во главу угла» уже не ставится регулярное и жесточайшее порицание Ашхабада в части отсутствия гражданских прав и свобод человека с надлежащими угрозами и рестрикциями.
Это вызывает негодование «правозащитников». Так, 28 августа в одном из местных «независимых» изданий вышла статья, автор которой сильно негодует по поводу того, что нарушение прав человека в Ашхабаде совсем не омрачило дружескую атмосферу встреч министра иностранных дел Туркменистана Рашида Мередова с высокими представителями Вашингтона. Речь идёт о прошедшем 20 августа 11-м раунде ежегодных двусторонних консультаций между Вашингтоном и Ашхабадом при участии Мередова и заместителя помощника государственного секретаря США по делам Южной и Центральной Азии Джона Поммершайма, а также о последующем общении с американским госсекретарем Марко Рубио. По словам журналистов, Рубио подтвердил приверженность Соединенных Штатов продолжению работы с Туркменистаном в целях расширения экономических и торговых связей, содействию региональной интеграции через дипломатическую платформу «С5+1» и укреплению безопасности.
Больше всего туркменских «несистемных» оппозиционеров возмутило то, что пресс-служба американского Госдепартамента, мол, им не сообщила, обсуждались ли во время этих дискуссий вопросы соблюдения прав человека в Туркменистане, а также внесения Ашхабада в список государств, на которые распространяется указ президента Трампа от 4 июня 2025 года о частичной приостановке въезда иностранных граждан на территорию США.
Отметим, что столь сильное возбуждение местных информационных ресурсов вызвано опубликованным прямо накануне вышеназванного визита – 12 августа – докладом американского Госдепа о ситуации с правами человека в Туркменистане в 2024 году. А ведь они так сильно рассчитывали на то, что Вашингтон не только пожурит Мередова, но и предпримет более кардинальные карательные меры касательно Ашхабада.
И хотя в самом докладе упоминается о так называемых пытках и репрессиях в отношении прозападных «независимых» журналистов и правозащитников, о принудительном труде, а также об ограничениях и блокировке доступа к интернету и цензуре онлайн-контента, из него к сильнейшей досаде туркменских оппозиционеров полностью исключили раздуваемые много лет коллективным Западом «проблемы»: ситуацию в местах заключения, права женщин, представителей запрещённой в России ЛГБТК+-идеологии* и этнических меньшинств.
Как оказалось, Госдеп США в прошлом докладе опирался на «сведения» желтых прозападных изданий, которые на своих сайтах любили похвалиться достижениями по снабжению Вашингтона фейками, порочащими руководство Туркменистана. Из нынешнего доклада такая «информация» была исключена. Более того, выяснилось, что само бюро по вопросам демократии, прав человека и труда в скором времени ждет полная ликвидация, что показывает вычёркивание Вашингтоном из туркменской повестки (и не только из нее, но и других стран ЦА) тематики прав и свобод женщин, журналистов, гражданских активистов, других «уязвимых» представителей населения, включая ЛГБТК+.
Что касается второго аспекта, о котором так печется несистемная оппозиция – внесения Ашхабада в список государств в соответствие с указом американского лидера о частичной приостановке въезда на территорию США, то этот вопрос в данный момент для американского президента тоже не входит в разряд ключевых. Как известно, предвыборная программа Трампа строилась в первую очередь на антимиграционной политике, что значительно повысило его шансы на победу на президентских выборах.
Кстати, даже американские эксперты с горечью признают, что сейчас Вашингтон, как им кажется, резко снижает свой интерес к Туркменистану и другим государствам Центральной Азии. По мнению директора программы по Центральной Азии профессора исследований IERES Университета Джорджа Вашингтона Себастьена Пейруза, «раньше, несмотря на ограниченные ресурсы, Соединённые Штаты оказывали хоть какое-то давление на правительства региона. Я понимаю, что это влияние было не всегда сильным, но, по крайней мере, США поднимали важные вопросы, связанные с правами человека. А сейчас, с уходом США, с тем, что можно назвать сокращением их политического влияния, становится все труднее как-то воздействовать на ситуацию в Центральной Азии. Да, Европейский союз, конечно, будет стараться, насколько это возможно, но все-таки для ЕС Центральная Азия не является приоритетом».
Да и в самом Европейском союзе, по словам Себастьена Пейруза, всегда были слишком горячая дискуссия и серьезнейший внутренний конфликт между сторонниками энергетических интересов, удовлетворяемых за счет поставок газа из ЦА, и теми силами, которые выступают за контроль над ситуацией с правами человека в Туркменистане. В качестве аргумента он приводит доводы о том, что ЕС до сих пор не подписал соглашение о партнерстве и сотрудничестве с Туркменистаном в отличие от других стран Центральной Азии, что являет собой крайне осторожную позицию европейцев по отношению к Ашхабаду.
Между тем американский специалист не исключает, что отдельные европейские лоббисты будут продолжать пытаться продвигать идею усиления сотрудничества с Туркменистаном ввиду наличия интереса в покупке у него природного газа вместо российского. Правда, эксперт тут же признаёт, что Ашхабад, занимающий четвёртое место в мире по доказанным запасам природного газа, уже поставляет большие объемы газа в Китай, а чтобы начать поставки в Европу, необходимо развивать проект Транскаспийского газопровода, реализация которого в настоящее время сталкивается с целым рядом проблем.
Кстати, еще два года назад агентство Bloomberg перечислило несколько ключевых факторов, которые представляют риски для проекта Транскаспийского газопровода и являются и по сей день актуальными. В числе главных были названы юридические споры по поводу статуса Каспийского моря: несмотря на то что в 2018 году пять прибрежных государств (Иран, Россия, Туркменистан, Казахстан и Азербайджан) подписали правовую конвенцию, разногласия по поводу строительства инфраструктуры и трубопроводов на морском дне сохраняются. Кроме того, время для налаживания экспорта туркменского газа в Европу сокращается, поскольку ее востребованность в газе ограничена ближайшими 15-20 годами, поскольку страны ЕС постепенно переключаются на возобновляемые источники энергии. Ну и, конечно же, проект такого масштаба требует значительных иностранных инвестиций, а правовая неопределенность и проблемы с безопасностью в регионе могут отпугнуть международных инвесторов.
Резюмируя вышеизложенное, следует отметить, что практически все западные аналитики в один голос признают, что ни для ЕС, ни для США Ашхабад, исповедующий нейтралитет и многовекторную политику, никогда не будет приоритетом. Тем более что рядом имеется два таких крупных игрока, как Россия и Китай.
На фоне всей этой мышиной возни туркменской оппозиции 28 августа министр иностранных дел РФ Сергей Лавров провёл конструктивные переговоры с прибывшим в Москву заместителем председателя Кабинета министров, главой МИД Туркменистана Рашидом Мередовым, в ходе которых обсуждались актуальные вопросы политической, торгово-экономической и культурно-гуманитарной повестки, а также международные и региональные проблемы.
Напомним, что их предыдущая встреча состоялась 25 июня в рамках визита главы российской дипломатии в Ашхабад. Тогда Лавров и Мередов подписали программу сотрудничества между внешнеполитическими ведомствами двух стран на 2025-2026 годы и обсудили широкий комплекс двусторонних и многосторонних вопросов.
Была выражена готовность продолжать тесную координацию в рамках ООН, СНГ, каспийской «пятёрки» и диалога «Центральная Азия + Россия». Не стоит умалять и экономическое сотрудничество, представляющее огромный интерес для обеих стран: двусторонний товарооборот постоянно растёт, а интерес к продуктивному взаимодействию с туркменской стороной проявляют многие крупные российские компании, включая ОАО «РЖД», ПАО «Лукойл», ПАО «Татнефть», ПАО «Камаз» и АО «ПО "Возрождение"».
Как говорится, здесь какие-либо глубокомысленные выводы и комментарии излишни.
