В конце прошлого года были обнародованы итоги международного исследования PISA-2022, в рамках которого проверку на математическую, читательскую и естественно-научную грамотность прошли 15-летние учащиеся. Им мы посвятили публикации «Грамотны ли казахстанские школьники?" и «В казахских классах уровень грамотности намного ниже, чем в русских?». Но параллельно оценивался также уровень креативного мышления, и полученные результаты стали известны только недавно.
…В «Тик-токе» гуляет видеоролик с выступлением небезызвестного Аятжана Ахметжана, который руководил республиканским центром Qazbilim, объединяющим сеть казахских лицеев в разных регионах страны, рядом столичных гимназий, а особо популярным стал после вызвавшей широкий резонанс статьи «Мне жалко детей, которых отдают в русские классы». Рассказывая о своём видении того, какой должна быть национальная казахская школа, он призывает не оглядываться на опыт и достижения других стран, поскольку, мол, наши предки тоже не только овец пасли, но и знали законы физики, механики… И иллюстрирует свою мысль таким примером: Ньютон сформулировал свой первый закон в конце 17-го века, а казахи ещё задолго до этого выразили его суть в поговорке: «Жел соқпаса, шөптің басы қимылдамайды» — «Если не будет ветра, трава не шелохнётся».
Ахметжан говорит это, как и другие подобного рода вещи, на полном серьёзе, даже с фанатичной уверенностью в правоте своих слов (кстати, аналогичные поговорки существуют у многих народов – туркмен, армян, русских и других, которые при этом далеки от того, чтобы ставить народное изречение на одну доску с научным законом и претендовать на лавры великого английского физика).
Между тем, в кругу «национал-патриотически» ориентированной общественности он почитается как чуть ли не гуру казахской педагогики. И коли в этой сфере сегодня погоду делают такие люди, то неудивительно, что учащиеся казахских классов в массе своей (не считая, конечно, одного-двух процентов тех, кто обучается в НИШ и в лицеях системы «Білім-Инновация») значительно уступают сверстникам из русских в степени грамотности – математической, читательской, естественно-научной. Доказательство тому – итоги тестирований, проводимых каждые три года в рамках международного исследования PISA. Не стало исключением и последнее.
Напомним, что в нём приняли участие около 20 тысяч юных казахстанцев, которые представляли 571 образовательное учреждение из всех регионов страны. Большинство их – школьники, но были и те, кто поступил в колледжи. Об итогах трёх основных направлений тестирования мы уже писали в двух упомянутых выше публикациях. А сегодня коснёмся той части исследования, в ходе которой оценивался уровень креативного мышления. Участникам требовалось проявить творческий подход к работе с письменными и визуальными заданиями – например, оригинально развить сюжет рассказа, разработать вариант логотипа для определённого мероприятия, предложить собственные решения какой-то проблемы местного или глобального масштаба и т.д.
Проанализировав полученные результаты, организаторы пришли к выводу, что в подавляющем большинстве стран уровень креатива 15-летних учащихся коррелирует с их же читательской, математической и естественно-научной грамотностью. И в том, и в другом случае одни и те же лидеры: Сингапур, Канада, Южная Корея, страны Западной Европы, а из постсоветских – Эстония; одни и те же середняки и аутсайдеры. Аналогичная корреляция наблюдается и внутри Казахстана: как и в основном разделе PISA, подростки из северных областей и обеих столиц значительно превзошли своих ровесников из южных и западных регионов.
С показателем 24 балла из 60 возможных наша республика поделила с Брунеем, Молдовой и Кипром 44-47 места. То есть расположилась чуть выше, чем в среднем по трём видам грамотности (51-е). Однако здесь нужно учесть одно важное обстоятельства: если в сдаче тестов на уровень знаний приняла участие 81 страна, то оцениванием способности к креативному мышлению были охвачены только 64. Иными словами, в последнем случае ниже нас расположились лишь 17 стран – преимущественно ближневосточные и латиноамериканские.
Средний балл по Казахстану оказался на 9 ниже, чем в среднем по Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР), включающей в себя наиболее развитые государства мира. А если бы оценка осуществлялась по шкале, используемой в основном разделе PISA, то разница составила бы порядка 90 баллов, что, согласно градации, принятой авторами исследования, соответствует трём годам обучения.
Самый высокий в нашей республике результат показали ребята из Северо-Казахстанской и Костанайской областей, набравшие в среднем по 30 баллов. То есть их отставание от ровесников из стран ОЭСР (33) втрое меньше, чем наше общестрановое. Они продемонстрировали такой же уровень креативного мышления, как и учащиеся Исландии, Словакии, Сербии, Хорватии, Словении, всего один-два балла уступили сверстникам из Италии, Франции, Израиля, Нидерландов. Не правда ли, неплохая компания?
А главным казахстанским аутсайдером стала Туркестанская область, представители которой набрали в среднем всего-то 18 баллов. Такой же показатель, например, у Палестинской автономии, где условия для получения образования, как вы понимаете, значительно хуже. Ненамного лучше ситуация в двух других южных областях, Кызылординской и Жамбылской, – по 20 баллов, или в полтора раза меньше, чем в Костанайской и СКО.
Если в двух последних регионах 4-го уровня (пороговым считается 3-й) и выше достигли соответственно 45,7 и 43,6 процента учащихся, то в трёх южных – от 14,3 до 11,2 процента. При этом в Туркестанской области 72,8 процента участников не справились с пороговым уровнем. Иными словами, там почти три четверти 15-летних подростков не обладают даже элементарными навыками креативного мышления.
Ниже предлагается таблица с показателями всех областей (о трёх городах республиканского значения поговорим отдельно), составленная на основе данных, которые взяты из аналитической записки Национального центра исследований и оценки образования «Талдау» при Министерстве просвещения. Отметим, что тестирование в рамках PISA-2022 проводилось до появления в Казахстане трёх новых регионов, поэтому отдельно по ним результатов нет.
В первом после названия области столбце указано количество набранных баллов, во втором – доля достигших 4-го уровня и выше, в третьем – доля учащихся русских классов в общем ученическом контингенте этого региона по состоянию на 2022 год. В случае равенства баллов более высокое место отдано тому региону, где выше удельный вес преодолевших 4-й уровень.
В казахских классах учащиеся куда менее креативны, чем в русских. Почему?
Как видим, прослеживается очевидная и прямая зависимость: чем выше в той или иной области удельный вес детей, получающих образование на русском языке, тем лучше показатели. И, наоборот, чем выше доля учащихся казахских классов (плюс узбекских, таджикских, как в Туркестанской области), тем результаты хуже. Единственное исключение чисто локального характера составляет Мангистау (общее 8-е место среди 14), юные жители которого проявили креатива чуть больше, чем участники из нескольких регионов с более высоким удельным весом обучающихся на языке Пушкина.
Безусловно, нельзя не брать в расчёт разницу в качестве образования между городскими и сельскими школами. Но… В тех же Костанайской и Северо-Казахстанской областях соответственно 39,3 и 53,8 процента детей учатся на селе, однако эти регионы, тем не менее, по итогам оценивания креативного мышления превзошли оба столичных города, Астану и Алматы, где в русские классы ходят менее половины всех школьников. Причём превзошли и по среднему баллу (30 против 29), и по доле достигших 4-го уровня и выше (43,6-45,7 процента против 40,4-40,9). А третий город республиканского значения, Шымкент, где на русские классы приходится менее четверти всего ученического контингента, и вовсе оказался в числе аутсайдеров по обоим рассматриваемым показателям – 22 балла (13-е место среди всех 17 регионов страны) и 19,9 процента (тоже 13-е место).
Вывод напрашивается один: да, место учёбы – город или село – оказывает влияние на результаты, но в ещё большей степени эти самые результаты (если говорить именно о Казахстане, поскольку в других странах ситуация, возможно, иная) зависят от языка обучения. А также, конечно, от тех, кто призван учить детей уму-разуму. И если среди педагогических работников много людей с таким же менталитетом и такими же представлениями о мире, науке, образовании, как Аятжан Ахметжан и его последователи, то вряд ли стоит ожидать скорых изменений к лучшему.
