В свете событий на Украине ряд развивающихся стран начал высказывать сомнения в надежности Запада, особенно США, как союзника. Высокомерие и уверенность в непогрешимости, а также заявления о том, что Америка лучше всех знает, как действовать всему миру, вызывают не только критику, но и гнев в столицах многих стран третьего мира. Продолжаем беседовать на эту тему с независимым международным экспертом в области экономического развития Гораном Шумкоски (Македония).
Эксплуатация под маской блага
Можно провести параллель между странами Центральной Азии и Восточной Европы?
— Очень интересный вопрос. Дело в том, что Восточную Европу здесь вам представляют как успешный пример постсоциалистического развития. Однако Джозеф Штиглиц (американский экономист-кейнсианец. Лауреат Нобелевской премии по экономике «за анализ рынков с асимметричной информацией» — прим. ред.) прямо сказал, что Восточная Европа просто стала экономическим вассалом Германии и в целом Западной Европы. И это правда, если смотреть на инвестиционные процессы.
Страны Западной Европы уничтожили промышленность стран Восточной Европы и открыли там свои заводы, где люди пашут за не очень большие деньги. Они не голодные. Но разбогатеть никогда не смогут. Вот это и есть миф и легенда европейских фондов развития.
Любая страна, после того как войдет в Евросоюз, получает доступ к этим фондам развития. Там дадут какие-то деньги. Джозеф Штиглиц по этому поводу сказал, что благодаря этим так называемым фондам развития, на каждый евро инвестирования в любую бедную страну, такую, как например, Болгария, немецкие, французские или нидерландские компании через налоги и в качестве прибыли получают десять евро назад.
Это система эксплуатации, которая очень хорошо распиарена в качестве блага. Людям говорят, что это помощь бедным ни на что не способным народам. Но благодаря такой «помощи» у них никогда не будет своего суверенного развития. Они всегда будут лишь трудовыми придатками больших корпораций транснационального капитала.
Однако сейчас ситуация такова, что сама Германия в экономическом кризисе. И вся Западная Европа. И евро. Их экономика представляла собой очень хрупкую модель Европейского Союза. Там очень тонкие грани, за которыми можно совершить ошибку. Всё их благополучие было основано на дешевых российских энергоресурсах. И если вы из этой хрупкой пирамиды уберете один кирпичик, она развалится.
И никакой сжиженный природный газ не спасет европейскую экономику. Потому что, во-первых, он в количественном плане существенно отстает. А, во-вторых, он в несколько раз дороже. Он подрывает и уничтожает европейскую экономическую модель, которая, как я сказал, и без этого достаточно хрупкая.
Почему она хрупкая?
— Потому что, загнав Восточную Европу в вассальную зависимость, сюзерены сами оказались в экономическом кризисе. Сегодня мы видим уже достаточно сильные выступления против этой системы. Например, в Венгрии. Такие же процессы идут в Словакии. Обе эти страны активно выступают против антироссийских санкций. Народы этих стран уже открыто выражают недовольство той ролью, которую им определили. Т.е. вначале им эту систему успешно продали. А теперь люди поняли, что им просто уготовили участь вассалов, вечно работающих на транснациональные корпорации только за то, чтобы не умереть с голода. И за эти рамки выпускать не собираются.
Закат Запада
Насколько сегодня конкурентоспособны Евросоюз и США?
— У них нет конкурентоспособности с 2008 года. Это был год финансового кризиса в США, после которого их экономическая и финансовая система так и не вернулась в прежнее состояние. И уже не сможет вернуться. Потому что эта модель была в том, чтобы все заводы перенести в Юго-Восточную Азию. И через финансовый контроль держать весь мир под своей пятой. Но перемещение заводов привело к тому, что у них исчез средний класс.
Я учился в США в девяностых годах. Это была экономически сильная страна. Недавно я побывал там снова. И своими глазами увидел, как она за это время деградировала. Это видно невооружённым глазом. Состояние тротуаров, улиц. Здания с дырами вместо окон, чего раньше никогда не было. Очень много бездомных.
Раньше американские компании боролись за работников. Предлагали лучшие условия, чем у конкурентов. Сейчас этого нет. Рабочие места остались лишь в ритэйле, курьерской службе и «макдональдсах».
Я разговаривал со многими американцами. От них просто разит безнадёгой. Заводы ушли. Богаты стали богаче, бедные – беднее. Рабочие места исчезли. Практически весь заработок уходит на оплату ипотеки.
Трамп обещал сделать Америку снова великой…
— Я знал, что Трамп выиграет президентские выборы в США. Но не потому что у него есть варианты решения проблемы. А благодаря протестным голосам американского народа против своей элиты. Возмущения по поводу того, что уже так невозможно жить, в Штатах слышны на каждом шагу. Американцы поняли, что их олигархи богатеют за счет своих заводов, которые стоят в Китае. А людям что? Только идти в армию и воевать где-нибудь далеко от дома и там умирать.
Так что благодаря процессу переноса производственного потенциала они потеряли реальную экономику. И теперь не могут её вернуть. Трамп действительно хочет сделать Америку снова великой, но проблема в том, что США, если не грабят весь мир через нефтедоллар, их система не работает. Она ведь всё время работала через высасывание ресурсов из всего мира.
Так что западная модель больше не конкурентоспособна. Она не создает добавленную стоимость. Когда я учился в Америке, все аспиранты, докторанты и магистранты таких ключевых индустрий, как биотехнологии, программирование, физика – все они были иностранцы. Пакистан, Индия, Китай, Россия, бывшие страны СССР. А сами американцы учились только на бизнес-администрированию и менеджменту.
Я еще тогда подумал, что это когда-нибудь это повернется против самой Америки. И это случилось. Иностранцы вернулись в свои страны. И вот вам результат. Раньше Индия экспортировала лишь рубашки. И должна была импортировать из Европы буквально всё. Сейчас ей от Европы ничего не нужно. Индия производят всё сама. От иголки до продукции нанотехнологий.
Это очередное подтверждение тому, что конкурентоспособность западной модели экономики исчезла. Сегодня нет ничего такого, чего бы не делали в Азии. Поэтому шансов возвратить себе лидерство у Запада нет.
Издевательский процент
Какова же роль в этом всём стран Центральной Азии?
— Очень скоро центральноазиатские страны встанут перед выбором своего экономического пути. Необходимо будет принимать стратегические решения. Кроме модели нужно будет выбирать геостратегический союз. И тут особую важность представляет фактор географии.
Власти Казахстана до сих пор зазывают транснациональные корпорации инвестировать в страну. При этом уже давно известно, что самой республике они оставляют лишь 27% добываемых ресурсов. Разве это инвестиции?
— Согласен. В мире много таких примеров. В Киргизии есть золотоносное месторождение Кумтор. Там тоже были такие «инвестиции», от которых республике почти 25 лет ничего не доставалось. Все киргизское золото эти так называемые инвесторы вывозили из страны. А Кумтор – это 20% ВВП Киргизии. Это одно из самых больших золотых месторождений в мире.
Вы правильно провели параллель. Почему большая часть нефти Казахстане ему не остается? Вот это и есть детская болезнь новых государств, которые не умели делать хорошие договоры с транснациональными корпорациями. С ними и невозможно сделать хороший договор. Они всегда так делали и будут делать.
Если до сих пор положение дел в этой сфере остаётся прежним, значит казахстанские власти это устраивает?
— Интересный вопрос. Если Казахстану остаётся лишь 27% от нефти, добываемой на его месторождениях, и ему этого достаточно, а власти не видят в этом проблему, значит народу продается какая-то сказка об успешной модели инвестиций.
К чему это может привести? К тому же, что мы сегодня видим в Восточной Европе. Казахстану достаточно 27%? Это смешно. Это унизительный эксплуататорский подход со стороны Запада, который казахстанское правительство преподносит своему народу как успех. Из-за этого в Казахстане не развивается промышленность, реальная экономика. Потому что людям говорят, что им достаточно того, что есть.
Но при этом со стороны власти следуют заявления о необходимости развития не сырьевого сектора…
— Когда я разговаривал с членами казахстанского правительства, они говорили, что хотят создать реальную экономику и экспортировать переработанную продукцию. Я тогда сказал, давайте составим список того, что может экспортировать Казахстан. Оказалось, ничего, кроме природных ресурсов.
Для того, чтобы страна могла экспортировать переработанную продукцию, нужны объемы и качество. Должен быть бренд. Но при вассальной зависимости от транснациональных корпораций это невозможно. Поэтому у Казахстана нет выбора, кроме этих 27 %.
Если бы параллельно с этим в стране развивался реальный сектор экономики в течение этих тридцати с лишним лет после развала СССР, с её правительством никто так себя не вел бы. А в данной ситуации неолиберализм искусственно поддерживает условие отсутствия выбора.
Но сегодня у многих народов и государств появилась альтернатива. И это нужно будет использовать. Как это сделать, я сейчас над этим работаю. Это мой опыт, который я собрал за 30 лет работы с самыми большими корпорациями. Я сейчас систематизирую в одну вещь, которой, по моему мнению, не хватает любому правительству и народу. Это доктрина суверенного развития государства. И внутри этого доктрина суверенного экономического развития. Как применить вековые умения, которые были у каждого государства, и с их помощью развивать свою экономику. И внедряться в реальную международную экономику. Не в ложном глобализме, а в настоящем международном экономическом потоке. Это будет большим вызовом для любого государства. Это будет нелегко, но это будет нужно сделать.
