Ташкент лидирует по оборонным расходам в Центральной Азии
Глава Службы гос безопасности (СГБ) Узбекистана Баходир Курбанов заявил о выходе ударных беспилотников Bayraktar TB2 на боевое дежурство – это стало ключевым этапом перевооружения армии. В то же время Ташкент завершил демаркацию 1482 км границ с Таджикистаном и Туркменистаном. Сегодня почти половина госграницы находится под непрерывным видеонаблюдением, а для передачи данных проложено 1,1 тыс. км линии связи.
Национальная безопасность Узбекистана вышла на новый уровень: на боевое дежурство заступило спецподразделение, оснащенное турецкими ударными БПЛА (беспилотными летательными аппаратами), которые умеют одновременно вести разведку и поражать цели на земле, например танки и артиллерию, с помощью управляемых бомб и ракет. Дрон может находиться в воздухе до 24 часов.
Как сообщил на заседании Совбеза председатель СГБ Баходир Курбанов, внедрение беспилотной авиации стало частью комплексного переоснащения пограничных войск, намеченного президентом Шавкатом Мирзиеевым год назад (см. "НГ" от 23.02.25). Глава государства тогда отметил, что Вооруженным силам Узбекистана необходимо опираться на опыт современных конфликтов, где ключевую роль играют искусственный интеллект, робототехника и высокоточные системы противодействия.
Главный силовик страны отчитался, что на сегодняшний день ведомство демонстрирует высокие показатели технической оснащенности: парк автобронетехники укомплектован на 98%, вооружение и боеприпасы поставлены в полном объеме, а уровень обеспечения электронно-оптическими средствами достиг 78%. Особое внимание уделяется цифровизации рубежей: 42% протяженности границы уже охвачены видеонаблюдением, для чего было проложено более 1100 км волоконно-оптических линий связи.
Укрепление безопасности идет параллельно с юридическим оформлением границ. В 2025 году завершена демаркация 1482 км рубежей с Таджикистаном и Туркменистаном, установлено 790 пограничных знаков. Созданная инфраструктура – от 453 км защитных ограждений до современных систем сигнализации – уже дает ощутимые результаты: число нарушений снизилось в 1,5 раза, а эффективность изъятия контрабанды выросла на 20%.
В будущем возможно расширение закупок, включающее другие современные системы вооружений, такие как беспилотные системы радиоэлектронной борьбы, бронетехника и артиллерийские системы. Турция как партнер с развитым военно-промышленным комплексом предлагает широкий ассортимент высокотехнологичной продукции. Эта продукция может стать основой для модернизации узбекской армии.
Фундамент для глубокой интеграции в оборонной сфере был заложен в ноябре 2024 года, когда главы военных ведомств Узбекистана и Турции – Баходир Курбанов и Хулуси Акар – подписали рамочное соглашение о военно-техническом сотрудничестве. По словам генерала Курбанова, отношения двух стран, опирающиеся на "закон братства", сегодня переживают период мощного подъема, получив особый импульс благодаря личному доверию президентов.
Турция выступает для Ташкента ключевым поставщиком высокотехнологичных решений. Речь идет не только о знаменитых беспилотниках, но и о комплексном переоснащении армии: от современных систем связи и бронетехники до стрелкового оружия (штурмовых винтовок и пулеметов). Эта техника становится основой для технического суверенитета и оперативного управления войсками Узбекистана.
Особое внимание уделяется "интеллектуальному" партнерству. В турецких военных академиях ежегодно обучаются десятки узбекских офицеров, перенимая передовой опыт ведения современной войны и управления сложными технологиями. Практическая проверка этих знаний проходит на полях совместных учений, таких как "Бiрлестiк-2024". Следующей целью станет поставка передовых систем ПВО, что окончательно закрепит за Анкарой статус стратегического оборонного партнера Ташкента, серьезно потеснив на этом рынке Россию. Между Москвой и Ташкентом действует договор до 2030 года, предусматривающий поставки и обслуживание военной техники. Также стороны объединяют свои усилия в рамках противодействия и нейтрализации угроз терроризма, экстремизма, распространения оружия массового уничтожения.
В то же время, как отметил старший научный сотрудник Института государства и права АН Узбекистана Равшан Назаров, договоренности Москвы с Ташкентом не предполагают участия узбекских военных в вооруженных конфликтах. Они также не касаются поставок военных технологий. Речь о глубокой интеграции страны в российскую военную систему тоже не идет. Узбекистан как был, так и остается привержен политике военного нейтралитета – страна предпочитает дистанцироваться от военно-политических и экономических межгосударственных блоков, не входит в ОДКБ и сохраняет лишь статус наблюдателя при ЕАЭС.
Узбекистан традиционно сохраняет за собой статус лидера Центральной Азии по объему оборонных ассигнований. В 2025 году военный бюджет республики оценивался в 2,8 млрд долл., и в 2026 году ожидается дальнейший рост показателей. Это продиктовано новыми стратегическими задачами, поставленными главой государства: принятием обновленной Оборонной доктрины, закрепляющей внеблоковый статус страны, и масштабной технологической модернизацией силовых структур. Приоритетами новой политики станут достижение военной самодостаточности, развитие собственного военно-промышленного комплекса и оснащение армии высокотехнологичными системами.
Согласно отчету Global Firepower за 2025 год, Ташкент значительно опережает соседей по уровню военных расходов. Для сравнения: Казахстан тратит на оборону 2 млрд долл., Армения – 1,7 млрд, в то время как оборонные бюджеты Туркменистана и Белоруссии зафиксированы на отметке 1,1 млрд долл. Наименьшие показатели в регионе демонстрируют Таджикистан (446 млн долл.) и Киргизия (221,8 млн долл.).
