Казахстан на пороге введения новых правил регулирования легальной "игорки". Нелегальная – итак под запретом. Кому выгодно снова загнать в офшоры целую индустрию, которую нельзя ликвидировать запретами?
Есть очень известный экономический закон о спросе и предложении. И работает он одинаково в любой категории товаров и услуг. А есть еще и известное древнеримское крылатое выражение "Хлеба и зрелищ", которое не утратило смысла и в современности. До тех пор, пока люди будут хотеть есть и развлекаться, а хотеть этого они будут всегда, и будут существовать разные способы получения физиологических и психоэмоциональных удовольствий. Алкоголь, наркотики и игра – наиболее популярный и доступный широкому потребителю развлекательный допинг. Но только в социально безопасных и контролируемых объемах их потребления.
В Казахстане давно действуют ограничительные меры по реализации алкоголя и полный запрет на свободное обращение наркотиков. Но в Минздраве по-прежнему констатируют приличные цифры потребления и того, и другого. Например, три исследования, проведенных за последние пять лет, показали, что опыт потребления алкоголя подтвердили 60% респондентов в возрасте 18–34 лет, а 45,7% опрошенных – делают это регулярно. Марихуану в Казахстане ежедневно или еженедельно потребляют 41% респондентов, кокаин – 50%, амфетамины и опиоиды – 50%, седативные и снотворные вещества – 33,3%. При этом, как мы помним, свободная реализация наркотиков в Казахстане запрещена. Однако ежегодно правоохранительные органы изымают из оборота свыше 20 тысячи тонн разных наркотиков.
С алкоголем история чуть другая – действуют ограничения по его рекламе и продаже, но в целом меньше пить от этого люди не стали. А учитывая ежегодный рост акцизов, растет подпольное производство контрафакта. Ну и, в конце концов, нельзя запретить круглосуточные аптеки, а там есть медицинский спирт.
То есть борьба с аддиктивными расстройствами у зависимых лиц на государственном уровне представляет собой исключительно комплекс запретительных мер, которые в некотором роде ограничивают в правах сознательное население. В США, например, государственное регулирование оборота наркотиков никак не помешало случиться опиоидному кризису, в котором ежегодно сгорает свыше 70 тысяч людей от злоупотреблений опиоидными анальгетиками.
Азартные игры в Казахстане, как и реализация алкоголя, контролируются государством. Существуют две легальные игорные зоны в Алматинской и Акмолинской областях, букмекерский бизнес и единый оператор лотереи. Все отчисляют в бюджет налоги и несут обязательства перед государством по социально ответственной игре. Эти требования включают в себя запрет на участие в азартных играх несовершеннолетних и предоставление нелегальных услуг. То есть государство уже сделало достаточно для того, чтобы в Казахстане игра стала социально контролируемой.
С 1 апреля 2007 года, когда "игорку" казнили впервые, в крупных городах повально стали открываться покерные клубы прямо на квартирах, в подвалах ЖК и даже в VIP-помещениях ночных клубов. Естественно, нелегально. Потому что казино запретили, а желание зарабатывать деньги – нет. О ночных облавах СМИ писали едва ли не ежедневно.
А потом началась тотальная гаджетизация, и необходимость в организации опасного бизнеса оффлайн-формата исчезла. Как грибы полезли онлайн-казино, замаскированные под безобидные мобильные игры, и новое дыхание открылось у букмекерских контор. С разной периодичностью до сих пор депутаты и разные лидеры общественного мнения проводят параллели между тотализаторами, казино и лотоклубами. Но общие между ними только азарт и обязательное участие в социальных проектах государства.
Что на Западе, что в Казахстане игорный сектор отчисляет от 10% своей прибыли на спонсорство и благотворительность. Например, в 2022 году национальная лотерея "Сәтті жұлдыз" перечислила на развитие массового спорта 3,6 млрд. тенге, букмекеры – также более 3 млрд. тенге. Помимо того, они спонсируют профессиональные спортивные клубы, трансляции спортивных мероприятий и различные проекты по продвижению творческих талантов. Европейские и американские участники азартного рынка, где обороты в сотни раз превосходят казахстанские, вообще не скрывают своего генерального спонсорства профессионального спорта. Например, почти все британские футбольные клубы ежегодно получают от 5 до 7 млн. евро от букмекеров на содержание и развитие. А лотерейный сектор Северной Америки в 2021 году потратил на благотворительность и социальные проекты 30 млрд. долларов. Кроме всего прочего, крупнейшие беттинг-компании мира состоят в ассоциации NCPGambling, созданной более 50 лет назад с целью защиты игроманов от гемблинг-зависимости. Учитывая многолетнюю историю зарубежной игорки и ее схожие проблемы с относительно молодым казахстанским беттинг-рынком, эффективная борьба с игроманией на основе запретов и ограничений обречена на провал.
Поэтому казахстанские власти прекрасно осознают, что запретить игровой сектор полностью – затея опасная и ему самому невыгодная, пытается балансировать между соблюдением интересов негодующей общественности и индустрией азартных игр. У него есть понимание, что если решить проблему не удается, ее нужно возглавить.
В стенах Минкультуры и спорта обсуждается идея запретить игорной индустрии рекламу и размещение объектов в общественных местах. Эффект прогнозируется тот же, что и с запретом на рекламу алкоголя – косметическая мера разве что удовлетворит эго высоконравственной публики. Но больно ударит по бюджету, рынку рекламы, где букмекеры занимают первое место как рекламодатели, и по доходам легального бизнеса, который, естественно, свою недостачу переложит на плечи игроков. Ну а в долгосрочной перспективе страна получит рост нелегальной "игорки", которая и без новых запретов цветет и здравствует.
– Тысячи нелегальных сайтов иностранных онлайн-казино и букмекеров наносят огромный урон интересам как наших клиентов, так и лицензированного игорного бизнеса РК. На то он и нелегальный бизнес, чтобы нарушать законодательство. Вот почему от различных норм, ограничивающих нелегалов, чаще всего страдает лишь законопослушный бизнес – ведь нелегалы-то их элементарно не соблюдают. Онлайн-букмекеры и интернет-казино, зарегистрированные где-то в офшорных зонах за тысячи километров от Казахстана, не платят налогов, они часто обманывают клиентов, не выплачивая им выигрыши или просто воруя их деньги. А люди не могут защититься, – в одном из интервью рассказывал руководитель СРО букмекеров Галымжан Дуамбеков.
Отдельные претензии у общественности к национальной лотерее, которая с 2016 года законодательно завязана на едином операторе, а владельцев ранее работавших игровых автоматов нелегально выводят из тени – они являются объектами контроля и налогообложения. В лотерею, как и в тотализаторы или в рулетку, в Казахстане запрещено играть несовершеннолетним. Не в интересах самой индустрии допускать в игру лиц до 18 лет – чревато санкциями государства. Природа появления резонансных видео с детьми у игровых автоматов аналогична той, когда подросткам в магазинах продают алкоголь или сигареты. Больше "нарушений" – жестче государственный прессинг, больше возможностей для нелегального сектора перетягивать потребителей.
"Куда смотрит правительство? Пора запретить это безобразие!" – обычно такими формулировками сопровождаются популистские публикации, посвященные проблемам лудомании в Казахстане. В них, как правило, приводятся сомнительные статистические данные, противоречащие официальным, вырванные из контекста депутатские заявления и анонимные истории игроманов. Но нет ни одного национального исследования, посвященного гемблингу, в котором на основании внутренней статистики легальных казино, букмекерских контор и лотереи были бы приведены данные о том, сколько казахстанцев реально играют. И ничего удивительного в этом нет – таких исследований за последние годы не проводили и крупнейшие азартные страны мира. Сведения все равно будут некорректными, поскольку даже там, где индустрии азарта представлена относительная свобода, есть процент нелегального бизнеса. Причем, этот формат взаимоотношений одинаково выгоден как субъектам нелегальной игорки, так и самим игрокам. Первые обходят законодательное регулирование и налогообложение, вторые получают возможность развлекаться конфиденциально.
По данным Агентства по финансовому мониторингу, с 2016 по 2022 годы Службой экономических расследований выявлено и ликвидировано 133 незаконных казино и 897 игорных залов, к ответственности привлечены 988 лиц. Помимо этого, из нелегального оборота изъяты почти 4000 игровых автоматов.
"В целях недопущения организации и функционирования подпольных казино, игорных залов и игровых автоматов территориальными подразделениями АФМ проводятся встречи на площадке Нацпалаты "Атамекен" с владельцами ТРЦ, ТД, а также представителями АО "Сәтті Жұлдыз" и ТОО "Lotomatic", где они предупреждаются об уголовной ответственности за сдачу помещений под незаконный игорный бизнес", – говорится в ответе Агентства на запрос журналистов.
В разрезе регионов, судя по статистике закрытых игорных заведений, можно сделать выводы, что наиболее азартными потребителям услуг казино являются жители Карагандинской области – из 133 подпольных казино 28 действовали именно в этом регионе. По ликвидированным незаконным игорным залам лидирует Алматы – 195, на втором месте Туркестанская область – 142 зала, на третьем Шымкент – 91 зал. Больше всего изъятых игровых автоматов пришлось на Алматы – 1522, за ним следует Астана – 768, на третьем месте Карагандинская область – 308.
Наименее азартными с точки зрения пристрастия к нелегальной "игорке" в Казахстане являются жители Северо-Казахстанской области. Суммарное число подпольных заведений, залов и автоматов, ликвидированных силами правоохранительных органов за 6 лет, там составляет всего 19.
В заключение немного истории. США, где сейчас успешно работает азартная Мекка – Лас-Вегас – шла к эффективному регулированию игорки 400 лет. Были и запреты, и публичные казни карточных шулеров, то есть эволюция была многовековой. И сейчас на всей территории США разрешены лотереи, а казино легально функционируют в 48 штатах из 50.
В Испании, Нидерландах и Дании помимо стандартных видов азартных игр разрешены на правах лицензирования и онлайн-казино. И там также озабочены проблемами гемблинга, а также вовлечением молодежи в азартные пристрастия. Но вводить на игру жестких запретов речи никто из чиновников не заводит. Сейчас на пороге разрешения онлайн-гемблинга стоит Япония, где в период пандемии число игроков выросло до 3 млн. человек. В этой связи возникает вопрос – а какими себе казахстанские санитары азартной индустрии представляют последствия от введения против нее новых запретов? Если рассуждать с позиции "нет человека – нет проблем", то да, переток лудоманов в офшоры, где они вообще не будут ни под каким учетом и контролем, то любые запреты сработают идеально.
